Перейти к основному содержанию

305 просмотров

Этюд в красно-зеленых тонах

Кантемир Балагов рассказал о жизни послевоенного Ленинграда

Фото: Shutterstock

«Дылда» – вторая картина режиссера. В рамках программы Каннского кинофестиваля «Особый взгляд» работа удостоилась сразу двух наград: приза за лучшую режиссерскую работу и приза Международной федерации кинопрессы. 

Мы привыкли к тому, что многие фильмы о войне заканчиваются всеобщим ликованием. Ленты, где речь идет о послевоенных годах, чаще всего показывают большую стройку – люди, пережившие войну, с горящими глазами строят новую жизнь, с уверенностью глядя в светлое будущее. Но далеко не для всех война закончилась с последним выстрелом. Да, затягиваются раны, восстанавливаются дома, но как быть с перемолотыми в труху душами?

В какой-то степени фильм Кантемира Балагова основан на реальной истории. Он снят по одному из интервью из документального романа нобелевской лауреатки Светланы Алексиевич «У войны не женское лицо», в котором есть все то, о чем не принято говорить вслух: насилие, аборты, убийства собственных детей ради выживания… Все то, через что прошли в те годы миллионы советских женщин. И все то, с чем они были вынуждены жить после.

Война в «Дылде» осталась в прошлом, но отпустить ее никак не получается. Она живет в искалеченном городе, полном отголосков голода, страха, смерти. В людях, которые пытаются жить, строить отношения, но не могут дать друг другу ничего из того, что им действительно нужно. И не потому, что не хотят. А потому, что, скорее, нечего.

Действие фильма разворачивается первой послевоенной осенью 1945 года в Ленинграде. В центре истории – болезненные отношения подруг-зенитчиц Ии (Виктория Мирошниченко) и Маши (Василиса Перелыгина), которые после демобилизации пытаются вернуться к мирной жизни. Но при этом «Дылда» – это нечто большее, чем рассказ о двух подругах. Балагов препарирует дружбу людей, объединенных общей травмой. Дружбу, в которой любовь и жертвенность тесно переплетаются с брезгливостью и презрением.

Как и в дебютной «Тесноте», режиссер передает эти отношения не только с помощью диалогов и великолепной актерской игры, но и с помощью цвета. Ленинград в объективе оператора Ксении Середы словно на холстах фламандских художников залит желтым неживым светом. Принявшей мир «Дылде» Ие Балагов отдает зеленый, а не отпустившей войну Маше – кроваво-красный. Постепенно окружающее пространство расцвечивается зеленым и противостоящим ему красным. И эта игра цвета становится еще и основным саундтреком. Музыка, как и подробности жизни героев и война, здесь вынесена за скобки.

Действие, пропитанное послевоенной меланхолией, развивается медленно и тягуче, время от времени рассыпаясь на ряд эпизодов – историй второго плана, которые порой яркими штрихами, а порой парой акварельных мазков создают настроение картины. Например, парализованный солдат и его жена, просящие об эвтаназии. Или четырехлетний мальчишка, играющий с ранеными солдатами в игру, где надо изобразить животных. Единственное животное, которое он узнает, – это птица. А когда ему достается изобразить собаку, он молчит. Ему подсказывают: «гав-гав», но он не понимает. Он никогда не видел собак. Потому что в блокаду их съели. 

В фильме нет убийств, крови, насилия, но в какой-то момент становится не просто страшно, а жутко. Именно потому, что это – правда. 

А еще в фильме нет ни одного изображения Сталина, Ленина и прочих элементов, характерных для советского времени. Есть тщательно воссозданный художниками послевоенный Ленинград – с коммунальными квартирами, трамваями, госпиталем. Страна Советов лишь изредка мелькает в кадре каким-нибудь случайным плакатом. В остальном же пространство фильма – внесоветское, внеполитическое. И за это Кантемира Балагова хочется поблагодарить отдельно. Ведь, действительно, война калечит души независимо от страны и социального строя и не щадит никого – ни победивших, ни проигравших, ни детей, ни взрослых.

1326 просмотров

Как новый фильм «Джокер» разносит стереотипы

Режиссеры популярных комедий доказывают миру, что умеют снимать серьезное кино

Фото: Кадр из фильма

Стартовал казахстанский прокат фильма Тодда Филлипса «Джокер», который уже успели назвать лучшим кинокомиксом в истории.

Не так давно Папа Римский раскритиковал употребление в речи имен прилагательных. По его мнению, они услащают речь, ведь есть во всех этих оценочных словах что-то бесовское. Прав был понтифик – оказавшись в числе первых зрителей нового фильма Тодда Филлипса «Джокер», невозможно устоять перед дьявольским обаянием этого злодея, хочется писать о нем исключительно в прилагательных и в восхищенных тонах. 

Новый «Джокер» – это потрясающее, зрелищное, глубокое, хоть и радикальное и опасное, но эстетское и очень атмосферное кино с феноменальной актерской игрой Хоакина Феникса. Комедиограф Тодд Филлипс, который был известен работой над тремя «Мальчишниками (в Вегасе)» и тем самым «Боратом» (он был одним из сценаристов), самым неожиданным образом сумел сделать пронзительную драму о самом загадочном обитателе вымышленного города Готэма, злодее Джокере. Новый «Джокер» разносит в пух и прах стереотип о том, что режиссеры комедий не умеют снимать серьезное кино. Не зря «Джокера» наградили «Золотым львом» Венецианского кинофестиваля и навсегда вписали в историю мирового кинематографа как первый комикс, сумевший наконец «легитимизировать низкий жанр до уровня искусства» и получивший столь высокую награду среди критично настроенной аудитории. 

Итак, кратко синопсис: события разворачиваются в Готэм-сити, город переживает мусорный кризис и безработицу, местный богач по фамилии Уэйн, у которого есть маленький сын по имени Брюс (напомним, главного врага Джокера – Бэтмена звали Брюс Уэйн), собирается в мэры. А где-то на окраине живет Артур Флек (Хоакин Феникс), одинокий мужчина средних лет, страдающий редким психическим заболеванием – у него бывают приступы неконтролируемого смеха. Он пьет пачками антидепрессанты, кое-как зарабатывает на жизнь клоуном и живет с больной мамой. 

И хотя с детства Артур мечтает стать стендап-комиком, для чего ведет тетрадку с шутками, у него ничего не выходит. Он вынужден каждый день облачаться в костюм клоуна и развлекать людей самым идиотским образом. Единственная отдушина парня – это ежевечерние просмотры вместе с мамой популярного телешоу с Мюрреем Франклином (Роберт Де Ниро). Все меняется, когда однажды после неудачного рабочего дня Артура избивает банда подростков, и следующим утром коллега приносит ему оружие. Так шаг за шагом закомплексованный пациент психиатрической клиники Артур Флек превращается в великолепного Джокера – в голос маргиналов, в кумира миллионов, отчаянного психопата и злодея, за которым пойдет народ и на подвиги, и на бесчинства. Словом, в идеальный персонаж для совершения революций. В том числе революции в понимании жанра. 

Как известно, новый «Джокер» не входит в расширенную Вселенную DC и имеет свой оригинальный сценарий. Тодд Филлипс этим удачно пользуется. Он выдает собственное понимание комикса, разительно отличающееся от всех остальных экранизаций фильмов этого жанра. Взяв от истории про Джокера только вводные данные, он создает свой собственный мир, явно вдохновленный фильмами Скорсезе, одного из тех режиссеров, кто умеет эффектно снимать о насилии: это и его вечная классика – «Таксист», и обруганный знаменитым кинокритиком Роджером Эбертом и не сильно принятый широкой публикой «Король комедии» (подражание последнему очевидно к финалу). При желании в новом «Джокере» можно увидеть отражение картин из фильмографии Скорсезе. Ко всему прочему, социальная подоплека картины такая яркая, что кому-то весь фильм будет вспоминаться еще одна культовая картина – «Бойцовский клуб» Финчера. 

Что касается работы Хоакина Феникса и интерпретации им образа Джокера, то это одна из величайших актерских работ. Несмотря на все уважение к предыдущим Джокерам – и к Джеку Николсону, и к Хиту Леджеру, получившему за роль в «Темном рыцаре» Нолана посмертный Оскар и считавшемуся до этого момента лучшим, каноничным Джокером, Хоакин Феникс выдал нечто умопомрачительное. В картине он растворяется без остатка, играет все: лицо, тело (он похудел для этой роли и стал тщедушным и субтильным), мимика, жесты, пластика, меняющаяся от угловатости и скованности больного человека до чаплинского изящества и движений, которые подвластны только возбужденному манией человеку. Его смех имеет сотни оттенков: от надрывного истерического до глубокого драматического, от недоверчивого и застенчивого до наглого и зловещего, всего не перечислить.  

Не зря Феникса называют «последним из гениальных актеров». Он безупречен. Только жаль, что «Оскар» ему не дадут – слишком аморальным и опасным оказался образ. Интересно, что на предстоящем «Оскаре» за золотую статуэтку в номинации «Лучший актер» наверняка будут бороться лучшие из ныне живущих: Хоакин Феникс (будет номинирован за «Джокер» Филлипса), Леонардо Ди Каприо («Однажды в Голливуде» Тарантино), Брэд Питт («К звездам»), Роберт Де Ниро (а возможно, и Аль Пачино) за фильм «Ирландец». 

Так или иначе, но из супергеройского кино Тодд Филлипс сумел создать злободневную, остросоциальную, политически окрашенную (особенно на фоне участившихся в США случаев насилия с применением оружия), и наверняка, культовую картину, самым эффектным и нескучным способом исследующую природу насилия и объясняющую феномен появления суперзлодеев. Только вот сможет ли автор совладать с результатом своего сильного и бескомпромиссного высказывания, неясно – в США уже выставили охрану в кинотеатрах. Все помнят, что во время премьеры картины «Темный Рыцарь: возрождение легенды» Нолана один из зрителей, придя на сеанс, убил 12 человек. 

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

 

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций