Перейти к основному содержанию


64 просмотра

Пять женских автобиографических книг, которые стоит прочитать

Произведения, выходящие на русском языке в этом году

Фото: Shutterstock

Автор телеграм-канала «Женщина пишет» Мария Бурова по просьбе «Афиши Daily» выбрала пять интересных автобиографических книг, написанных женщинами.

Оливия Лэнг «К реке. Путешествие под поверхностью»

Когда жизнь английской писательницы Оливии Лэнг («Одинокий город») пошла наперекосяк, она стала искать забвения на берегах реки Уз в графстве Суссекс. Путешествие от истока до места, где река впадает в море, превратилось в необычное исследование того, как события давно минувших дней отражаются в окружающем нас ландшафте. Реки виделись ей идеальными хранителями самых разных историй, которые то и дело находили отражение в настоящем. С заболоченных берегов навстречу Лэнг выходили участники жестокой Баронской войны XIII века и «охоты на динозавров», развернувшейся в этих краях шесть столетий спустя. Но больше всего внимания писательница уделила Вирджинии Вулф, которая разделяла ее трепетное отношение к воде и для которой Уз стала вечным утешением. Мемуары, биография писательницы, исторические хроники, заметки путешественника – омут памяти у Лэнг вышел разножанровый.

Кристи Уотсон «Язык милосердия. Воспоминания медсестры»

Британка Кристи Уотсон решила стать медицинской сестрой в 17 лет. Следующие двадцать лет она ухаживала за пациентами, лежащими в хирургическом, терапевтическом и психиатрическом отделениях, следила за жизнью младенцев, рожениц и стариков. Историй жутких медицинских диагнозов, нелепых совпадений и долгожданных откровений у операционного стола хватило бы на мини-сериал, но Уотсон написала книгу, чтобы реабилитировать свою профессию. Работа медсестры не предполагает поиска точного диагноза в ответ на запутанный список симптомов, однако она гораздо сложнее, чем принято считать. Кодекс профессионального поведения медсестер и акушерок в первую очередь говорит о доброте, уважении и сочувствии. Но где найти их источник, когда пациенты то и дело умирают, гендерные стереотипы влияют на зарплату, а психологической помощи на всех не хватает? «День, когда я была добра с каждым пациентом» – особенная глава в воспоминаниях каждой медсестры.

Мип Гиз «Я прятала Анну Франк. История женщины, которая пыталась спасти семью Франк от нацистов»

В 13 лет еврейка Анна Франк оказалась в тайном убежище в Амстердаме, где вместе с родителями и старшей сестрой скрывалась от нацистского преследования. В заточении они провели почти три года, пока их кто‑то не выдал. Все это время Анна вела дневник, который был опубликован уже после ее смерти единственным выжившим членом семьи – отцом Отто Франком. До его возвращения из концлагеря записи хранила голландка Мип Гиз. Именно она ежедневно обеспечивала жителей чердака продуктами и новостями о ходе войны. Ее собственные воспоминания, собранные в соавторстве с писательницей Элисон Лесли Голд, впервые были опубликованы спустя сорок лет после смерти Анны – в 1987 году. К тому моменту она и ее муж остались единственными живыми свидетелями тех событий. Рассказ Гиз дополняет известную на весь мир историю дневника Анны подробностями, по понятным причинам ей недоступными: повседневной жизнью в оккупированном городе и примерами отваги голландцев, которые пытались спасти обреченных на гибель евреев.

Тилли Уолден «Пируэт»

Для 22-летней американской художницы Тилли Уолден создание комиксов не всегда было основным занятием. Двенадцать лет подряд ее день начинался одинаково: на улице темно, а она сонная и голодная едет с отцом на тренировку по фигурному катанию. Издевательства в школе, сложные отношения с матерью, страх признаться в своей сексуальной ориентации – каток был ее спасением от ежедневного стресса. Но увлекшись рисованием и влюбившись в свою первую подругу, Тилли усомнилась, что контроль каждого движения на льду и за его пределами – это хорошая идея. Визуальная немногословность ее графических мемуаров дополняет эту мысль: наши внутренние переживания всегда более выразительны, чем высказанное вслух.

Кара Брукинс «Дом, который построил семью»

Кара Брукинс вместе со своими четырьмя детьми построила дом, полагаясь на собственное чутье, видео на YouTube и консультантов в строительных магазинах. Несмотря на вполне практичные советы по заливке фундамента и установке водопровода, строительство как процесс – это скорее декорации к более важному опыту. Годами Кара жила в страхе перед бывшим мужем, неоднократно грозящим убить ее. Четыре толстенные стены – это хорошо, но поиск в себе и капли бесстрашия – более ценный в долгосрочной перспективе навык. Создав с нуля свой дом, семья наконец обрела уверенность в собственных силах.

«Ты построила собственный чертов дом. Ты можешь все что угодно» -–спорить с новым девизом Брукинсов будет сложно.


144 просмотра

Этюд в красно-зеленых тонах

Кантемир Балагов рассказал о жизни послевоенного Ленинграда

Фото: Shutterstock

«Дылда» – вторая картина режиссера. В рамках программы Каннского кинофестиваля «Особый взгляд» работа удостоилась сразу двух наград: приза за лучшую режиссерскую работу и приза Международной федерации кинопрессы. 

Мы привыкли к тому, что многие фильмы о войне заканчиваются всеобщим ликованием. Ленты, где речь идет о послевоенных годах, чаще всего показывают большую стройку – люди, пережившие войну, с горящими глазами строят новую жизнь, с уверенностью глядя в светлое будущее. Но далеко не для всех война закончилась с последним выстрелом. Да, затягиваются раны, восстанавливаются дома, но как быть с перемолотыми в труху душами?

В какой-то степени фильм Кантемира Балагова основан на реальной истории. Он снят по одному из интервью из документального романа нобелевской лауреатки Светланы Алексиевич «У войны не женское лицо», в котором есть все то, о чем не принято говорить вслух: насилие, аборты, убийства собственных детей ради выживания… Все то, через что прошли в те годы миллионы советских женщин. И все то, с чем они были вынуждены жить после.

Война в «Дылде» осталась в прошлом, но отпустить ее никак не получается. Она живет в искалеченном городе, полном отголосков голода, страха, смерти. В людях, которые пытаются жить, строить отношения, но не могут дать друг другу ничего из того, что им действительно нужно. И не потому, что не хотят. А потому, что, скорее, нечего.

Действие фильма разворачивается первой послевоенной осенью 1945 года в Ленинграде. В центре истории – болезненные отношения подруг-зенитчиц Ии (Виктория Мирошниченко) и Маши (Василиса Перелыгина), которые после демобилизации пытаются вернуться к мирной жизни. Но при этом «Дылда» – это нечто большее, чем рассказ о двух подругах. Балагов препарирует дружбу людей, объединенных общей травмой. Дружбу, в которой любовь и жертвенность тесно переплетаются с брезгливостью и презрением.

Как и в дебютной «Тесноте», режиссер передает эти отношения не только с помощью диалогов и великолепной актерской игры, но и с помощью цвета. Ленинград в объективе оператора Ксении Середы словно на холстах фламандских художников залит желтым неживым светом. Принявшей мир «Дылде» Ие Балагов отдает зеленый, а не отпустившей войну Маше – кроваво-красный. Постепенно окружающее пространство расцвечивается зеленым и противостоящим ему красным. И эта игра цвета становится еще и основным саундтреком. Музыка, как и подробности жизни героев и война, здесь вынесена за скобки.

Действие, пропитанное послевоенной меланхолией, развивается медленно и тягуче, время от времени рассыпаясь на ряд эпизодов – историй второго плана, которые порой яркими штрихами, а порой парой акварельных мазков создают настроение картины. Например, парализованный солдат и его жена, просящие об эвтаназии. Или четырехлетний мальчишка, играющий с ранеными солдатами в игру, где надо изобразить животных. Единственное животное, которое он узнает, – это птица. А когда ему достается изобразить собаку, он молчит. Ему подсказывают: «гав-гав», но он не понимает. Он никогда не видел собак. Потому что в блокаду их съели. 

В фильме нет убийств, крови, насилия, но в какой-то момент становится не просто страшно, а жутко. Именно потому, что это – правда. 

А еще в фильме нет ни одного изображения Сталина, Ленина и прочих элементов, характерных для советского времени. Есть тщательно воссозданный художниками послевоенный Ленинград – с коммунальными квартирами, трамваями, госпиталем. Страна Советов лишь изредка мелькает в кадре каким-нибудь случайным плакатом. В остальном же пространство фильма – внесоветское, внеполитическое. И за это Кантемира Балагова хочется поблагодарить отдельно. Ведь, действительно, война калечит души независимо от страны и социального строя и не щадит никого – ни победивших, ни проигравших, ни детей, ни взрослых.

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Депозиты в какой валюте вы предпочитаете?

Варианты

Цифра дня

старше 20 лет
половина продаваемых авто в Казахстане

Цитата дня

Земля должна принадлежать тем, кто на ней работает. Земля иностранцам продаваться не будет. Это моя принципиальная позиция

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций