Перейти к основному содержанию
4102 просмотра

Падение цен на нефть и девальвация трехкратно сократили прибыль «КазМунайГаза»

Компания вынуждена на ходу сокращать расходы и корректировать ожидаемую прибыль

Фото: пресс служба АО НК «КазМунайГаз»

После нефтяного кризиса 2014–2015 годов «КазМунайГаз» попытался свести к минимуму влияние волатильности на рынке на свою финансовую состоятельность, уменьшив валютные долги и другие обязательства. 

Только в первом квартале выручка национальной компании по сравнению с аналогичным периодом прошлого года снизилась на 21%, до 1,4 трлн тенге, а чистая прибыль сократилась в три раза – с 309 млрд тенге в прошлом году до 100 млрд в этом. Сильнее всего пострадали доходы от доли в совместных предприятиях, сократившись более чем в четыре раза, до 53 млрд тенге. «В основном это связано со снижением цены на нефть, но также и с изменением курса, особенно на конец квартала. У нас есть валютные обязательства на уровне совместных предприятий, и мы признали по ним отрицательную валютную переоценку, то есть бухгалтерский убыток», – сообщил на брифинге в начале мая заместитель председателя правления и финансовый директор АО «НК «КазМунайГаз» (КМГ) Даурен Карабаев.

То есть падение цен на нефть нанесло по КМГ двойной удар. Сначала в виде сокращения выручки от продажи сырья, а потом еще и в виде девальвации национальной валюты, которая в свою очередь обесценилась из-за снижения стоимости нефти.

С начала года цена на Brent снизилась почти в три раза и достигала минимальных значений за последние 18–20 лет. Если с января по март средняя стоимость эталонной марки составила около $50 за баррель, то уже в апреле она упала до $18,5. Карабаев отметил, что результаты первого квартала еще не отражают в полной мере негативного влияния падения цены на нефть на показатели КМГ.

Реакцией компании на сложившуюся ситуацию стало сокращение затрат. К примеру, операционные и административные расходы на этот год снижены почти на 40 млрд тенге, капитальные затраты в 2020 году уменьшатся на 15%, или на 84,7 млрд тенге, а в течение ближайших пяти лет – на 400 млрд. 

Представитель КМГ признался, что сейчас сложно давать какие-то прогнозы относительно будущего. Но текущая ситуация однозначно окажет негативное влияние на финансовые показатели компании. Он отметил, что ряд дочерних компаний и сов­местных предприятий, а также нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) показали убытки в первом квартале; менее подверженными влиянию цен на нефть оказались блок транспортировки нефти и газовая сфера. 

Кроме того, ожидается значительное снижение дивидендов от совместных предприятий. «И в целом по 2020 году наш свободный денежный поток будет отрицательным. Вероятнее всего, нам придется частично использовать имеющийся запас ликвидности с целью поддержания деятельности наших предприятий», – отметил финдиректор КМГ.

 

ресурсы копия-1.jpg

И швец, и жнец…

Пандемия коронавируса, вспыхнувшая в начале этого года, нанесла серьезный ущерб только восстановившемуся после кризиса 2014–2015 годов глобальному нефтяному рынку. По итогам первого квартала многие мировые производители нефти объявили о значительных потерях. Чистая прибыль Shell за январь – март упала на 46%, ExxonMobil – на 31%, Saudi Aramco – на 25%. И снижение показателей у небольшого по мировым меркам «КазМунайГаза» выглядит неудивительным. Тем не менее некоторые участники рынка все же смогли не только не снизить, но и повысить доходы. К примеру, Chevron за тот же период увеличила чистую прибыль более чем на 35%. В американской компании сумели сбалансировать доходы и расходы так, чтобы иметь возможность быстро реагировать на рыночные изменения и сохранять устойчивость бизнеса. Chevron уже более 25 лет работает и в Казахстане, а также является партнером КМГ по Тенгизскому проекту – именно он обеспечил более трети чистой прибыли национальной компании в 2019 году.

«КазМунайГаз» на сегодня – это вертикально интегрированная нефтегазовая компания, на которую приходится 26% годового производства нефти и конденсата в республике (90,5 млн тонн в 2019 году), 81% – переработки нефти, 15% – добычи газа, 57%  – транспортировки нефти и 79% – газа. Компания имеет свой небольшой флот нефтеналивных танкеров грузоподъемностью 12, 13 и 115 тысяч тонн, предприятия по бурению скважин. У компании было даже свое высшее учебное заведение – Казахстанско-Британский технический университет, который продали в прошлом году за 11,3 млрд тенге. Как и многие крупные компании в Казахстане, особенно сырьевые, КМГ помогает стране в реализации социальных проектов: в прошлом году по поручению правительства выделил 22,8 млрд тенге на строительство стадиона, конгресс-холла и амфитеатра в городе Туркестане.

По итогам прошлого года выручка от продажи нефти при средней цене $64 за баррель составила чуть более 3 трлн тенге, что занимает свыше 45% совокупного дохода компании. На второй строчке – поступления от продажи нефтепродуктов: более 28%, или 1,9 трлн тенге. И только потом идут доходы от реализации газа – около 13%, или свыше 874 млрд тенге.

Результаты последних лет демонстрируют, что наиболее рентабельным сегментом становится реализация и транспортировка газа. В прошлом году доходы от продажи газа выросли на 13,6%, тогда как по двум другим отраслям (нефти и нефтепродуктам), наоборот, произошло снижение. Выручка от газа выросла главным образом благодаря увеличению на 14% средней цены и росту поставок в Китай на 29%, до 7 млрд куб. м.

Увеличились также поступления от транспортировки газа более чем на 49%, до 209,6 млрд тенге. Рост произошел благодаря повышению доходов от международного транзита и транспортировки газа на экспорт за счет роста курса тенге к доллару.

Кругом должен

В КМГ отмечают, что производство товарного газа является одним из перспективных направлений. По прогнозу управления энергетической информации США, в 2018–2050 годах мировое потребление природного газа вырастет более чем на 40%, а в странах, не входящих в ОЭСР, оно увеличится на 70%.

В прошлом году КМГ пересмотрел свою стратегию относительно транспортировки и маркетинга газа. В частности, компания намерена увеличить пропускную способность магистральных газопроводов Бейнеу – Бозой – Шымкент (ББШ) и Казахстан – Китай, чтобы нарастить экспортные поставки товарного газа в КНР до 10 млрд куб. м в год. Кроме того, компания задумалась об экспорте продуктов переработки газа с высокой добавленной стоимостью и, соответственно, строительстве газоперерабатывающих заводов (ГПЗ). А это требует больших финансовых вложений. При том, что при строительстве того же ББШ «КазТрансГаз» (дочернее предприятие КМГ) в 2018 году пришлось брать кредит от синдиката банков в размере свыше 65,8 млрд тенге, или около $200 млн.

Тем временем другое дочернее предприятие – Атырауский НПЗ вынужден выпускать облигации и брать кредит, чтобы закрыть (частично) валютные займы от Банка развития Казахстана и китайского Эксимбанка, полученные на строительство комплекса глубокой переработки нефти. Общий долг самой национальной компании на конец квартала составил $10,6 млрд. Вопрос, найдутся ли в закромах КМГ деньги для инвестиций в газопереработку или ему снова придется влезать в долги, пока остается без ответа.

Национальной компании пришлось сильно потрудиться, чтобы за последние два года снизить общую задолженность на $5,3 млрд, досрочно погашая платежи по еврооблигациям и рефинансируя долларовые займы в тенговые, чтобы снизить нагрузку на дочерние предприятия, не имеющие валютной выручки. Снижение общего долга произошло в том числе и за счет списания займа на общую сумму $290 млн от партнеров по блоку «Жемчужина», отказавшихся от реализации проекта.
В рамках реализации антикризисной стратегии КМГ объявил, что сократит численность персонала центрального аппарата на 34%, с 729 до 480 человек.

При этом программа капитальных вложений за последние годы сузилась в два раза, и сейчас она составляет примерно $1,2 млрд в год. 

Для повышения финансовой устойчивости и сокращения общих затрат в 2017–2019 годах в КМГ были интегрированы субхолдинги «КазМунайГаз – Переработка и Маркетинг» и «Разведка Добыча «КазМунайГаз».

«Эти меры, конечно, нам помогают сейчас, и можно сказать, что КМГ с финансовой точки зрения сейчас находится в сравнительно лучшем положении, чем в предыдущие периоды падения цен на нефть», – говорит Даурен Карабаев, но с сожалением признает, что в этот раз падение цен на нефть оказалось более глубоким, чем в 2014–2015 годах.

banner_wsj.gif

710 просмотров

Спасение Lufthansa правительством Германии – это палка о двух концах

Берлин хочет сохранить обширную внутреннюю сеть маршрутов авиакомпании, но это отрицательно сказывается на ее прибыльности

Фото: Pixabay

Компания-гигант в области авиа­перевозок Lufthansa получила от правительства Германии почти все, что требовала. У инвесторов эта новость вызвала как облегчение, так и новые опасения.

В понедельник официальный Берлин одобрил €9 млрд ($9,8 млрд) правительственной помощи в адрес крупнейшей по доходности авиакомпании Европы. На данный момент это один из самых крупных пакетов помощи, выделенных из-за пандемии COVID-19. Взамен правительство Германии получит 20%-ную долю в компании и два места в ее наб­людательном совете.

В США авиакомпаниям для получения помощи пришлось передать правительству лишь около 10% доли в виде варрантов. Тем не менее условия, предложенные Lufthansa, инвесторов в целом удовлетворили, поскольку правительство страны сразу сообщило о том, что планирует продать свою долю к 2023 году и не собирается вмешиваться в повседневную деятельность компании. Свой голос в компании оно намерено использовать лишь для того, чтобы заблокировать поглощение Lufthansa. Акции авиаперевозчика на этой неделе выросли примерно на 12%.

инвестиции WSJ-02.jpg

Сделке предшествовало многонедельное обсуждение деталей договора. Однако в реальности стратегия компании и видение правительства Германии всегда совпадали.

Lufthansa уже давно испытывает проблемы с прибыльностью из-за высокой стоимости рабочей силы и перенасыщения сети маршрутов. Хотя в последние годы компания активизировала усилия по решению некоторых из этих проблем, показатели ее рентабельности (рассчитанные до уплаты процентов, налогов, износа и амортизации) в 2018 и 2019 годах снова упали и оказались ниже, чем у конкурентов. Кроме того, кризис, вызванный коронавирусом, Lufthansa встретила с весьма скромным резервным капиталом.

Одна из главных причин, почему европейские авиакомпании менее прибыльны в сравнении с американскими компаниями, заключается в том, что крупные города Европы расположены недалеко друг от друга, из-за чего возникает высокая конкуренция с другими авиаперевозчиками, а также с железнодорожными и автомобильными компаниями. В Германии это проявляется особенно ярко: в отличие от Великобритании и Франции, столицы которых являются безоговорочными центрами, в германской экономике большую роль играют множество городов среднего размера, включая Франкфурт и Мюнхен (где расположены узловые аэропорты Lufthansa, хотя эти города разделяет всего 305 км), а также Гамбург, Кёльн и Штутгарт.

 

инвестиции WSJ-04.jpg

Чтобы заполнить международные авиарейсы в Северную Америку и Азию, Lufthansa приходится поддерживать обширную сеть во всех этих городах и соседних странах, что объясняет приобретение ею других европейских авиакомпаний – Swiss Air Lines и Brussels Airlines. Однако на фоне конкуренции с такими соперниками, как лоукостеры Ryanair и easyJet, эта стратегия обходится крайне дорого. Неоднократно Lufthansa пыталась вывести на прибыль свое бюджетное подразделение Eurowings, но безуспешно.

Даже несмотря на все сложности, авиакомпания могла бы попытаться оптимизировать свой бизнес в Германии, вместо того чтобы агрессивно защищать его всеми возможными способами от новых игроков. При поддержке официального Берлина компания может позволить себе продолжить функционировать как прежде, хотя все другие европейские авиакомпании под влия­нием COVID-19 трансформируются. Например, British Airways может пойти на сокращение до четверти своего персонала, а также покинуть базу в аэропорту Гатвик, чтобы полностью сосредоточиться на лондонских рейсах в Хитроу. Норвежские авиалинии Air Shuttle, вероятно, ограничат свою деятельность скандинавским рынком.

Несомненно, Lufthansa тоже внедрит ряд изменений. Не исключено значительное сокращение расходов, а также то, что все планы использовать авиакомпанию Eurowings на протяженных авиамаршрутах, скорее всего, будут надолго забыты. Руководство Lufthansa уже объявило о том, что другое подразделение компании – лоукостер Germanwings – будет закрыто.

Тем не менее компания по-преж­нему нацелена на обеспечение немецких экспортеров надежным авиасообщением. Как сообщают местные СМИ, правительство страны противится дав­ле­нию со стороны Европейского союза, который требует, чтобы Lufthansa отказалась от слотов в аэропортах Франкфурта и Мюнхена.

Вне зависимости от того, подразумевает акция по спасению Lufthansa контроль со стороны правительства или нет, она преследует цель сохранить текущую сеть авиамаршрутов в Германии. И это совсем не то, что может по-настоящему восхитить инвесторов.

 

инвестиции WSJ-03.jpg

Перевод с английского языка – Танат Кожманов.

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_kaz.png