Перейти к основному содержанию
956 просмотров

Компании ускорят автоматизацию после пандемии COVID-19

Об этом свидетельствуют результаты опроса финансовых директоров от PwC

Фото: Shutterstock.com

Большинство финансовых директоров, опрошенных PricewaterhouseCoopers, все еще рассматривают меры по сдерживанию затрат, но они также планируют принятие различных мер и действий в отношении рабочих площадок, цепочек поставок и инвестиций, которые позволят их компании добиться успеха в посткризисном мире и стать более сильными и подготовленными к кризису в будущем.

Команда PwC продолжает каждые две недели опрашивать финансовых директоров, чтобы понять – как они оценивают происходящее в мире, как реагируют на пандемию COVID-19, и как эта оценка меняется под влиянием ситуации. Результаты предыдущего опроса можно посмотреть здесь. Ниже – результаты нового глобального обзора. 

Возврат к работе на местах с новыми политиками и средствами защиты 

Компании уже планируют открытие офисов, фабрик и других рабочих мест – но для этого им нужно определиться с методами защиты своих сотрудников и клиентов. Двумя основными мерами, которые рассматривают финансовые директора, являются изменения в мерах и требованиях по безопасности на рабочем месте (64%) и реконфигурация рабочих мест для обеспечения физического дистанцирования (55%). 

 

11112312312.jpg

Изучение своих поставщиков и своего риска 

Обеспечение эффективной работы цепочки поставок – один из столпов, на которых держится стабильная деятельность организации во время кризиса. Поэтому финансовые директора обращают особое внимание на вопросы цепочки поставок. Около половины говорят об уделении приоритетного внимания разработке альтернативных источников финансирования (52%) и пониманию финансового и операционного состояния своих поставщиков (50%). 

 

2222222212312312.jpg

Финансовые директора готовятся к возобновлению обычного хода деятельности ...

Почти половина (49%) опрошенных финансовых директоров считают, что их операционная деятельность вернется в прежнее русло в течение трех месяцев, если пандемия коронавируса закончится сегодня. В прошлом опросе доля таких оптимистично настроенных управленцев составляла 56%.

 

333332342342.jpg

… Но общая картина продолжает внушать им опасения

70% опрошенных PwC финансовых директоров ожидают значительного влияния пандемии коронавируса на деятельность их компаний. Финансовые руководители также обдумывают, как донести свои опасения по поводу кризиса до акционеров. Большинство респондентов (56%), в частности, финансовые руководители Португалии (78%) и Кипра (76%) планируют включить в финансовую отчетность обсуждение эпидемии коронавируса.

В разрезе стран наблюдаются значительные различия по уровню обеспокоенности - появляется четкая граница между финансовыми директорами, которые все еще видят вероятность существенного воздействия, и теми, которые считает, что ситуация начинает разряжаться. Финансовые руководители в Дании (48%), Швейцарии (47%) и Германии (44%) выражают меньшую обеспокоенность по сравнению со всеми остальными респондентами.

С точки зрения отраслей экономики, финансовые директора из сектора розничной торговли и производства потребительских товаров выражают наибольшую обеспокоенность (75%). Финансовые руководители компаний из сектора энергетики, коммунальных услуг и ресурсов (57%) наименее встревожены потенциальным влиянием на бизнес.

 

44444423124123.jpg
 
Главные проблемы, которые видят CFO -  глобальный экономический спад и финансовые показатели компаний

Основные проблемы, вызывающие опасения у финансовых директоров в связи с коронавирусом, включают вероятность надвигающегося экономического кризиса (69%) и финансовое влияние на операционную деятельность (67%). В странах с более низким уровнем общей обеспокоенности, например, в Дании и Германии, финансовые директора склонны относиться к глобальному спаду с большей тревогой. И это свидетельствует о том, что несмотря на их уверенность в перспективах восстановления собственных организаций, они все же обеспокоены тем, как мировой экономический кризис может повлиять на них. Конкретные опасения варьируются в зависимости от страны: финансовые директора Турции (80%), Мексики (80%) и США (71%) чаще всего считают финансовые последствия своей главной проблемой, тогда как руководители из Португалии (69%), Кипра (58%) и Бразилии (57%) больше обеспокоены снижением доверия среди потребителей. 

 

55555324234234.jpg

Отсрочка инвестиций, но не цифровой трансформации 

Наиболее предпочтительной мерой во всех странах является сдерживание расходов, которое в результате коронавируса рассматривают 82% финансовых директоров. Однако лишь 20% утверждают, что изменят свою стратегию в области слияний и поглощений (M&A). В целом, 40% финансовых директоров по всему миру отмечают, что коронавирус не повлияет на их прогноз по сделкам слияний и поглощений, а 11% планируют повысить активность в сфере M&A. 

666666666345345345.jpg

В рамках этого глобального отчета PwC был опрошен 871 финансовый директор из 24 стран, в том числе и из Казахстана. Результаты следующего опроса CFO – он станет последним в этом проекте PwC - будут опубликованы в середине мая.

banner_wsj.gif

3896 просмотров

Падение цен на нефть и девальвация трехкратно сократили прибыль «КазМунайГаза»

Компания вынуждена на ходу сокращать расходы и корректировать ожидаемую прибыль

Фото: пресс служба АО НК «КазМунайГаз»

После нефтяного кризиса 2014–2015 годов «КазМунайГаз» попытался свести к минимуму влияние волатильности на рынке на свою финансовую состоятельность, уменьшив валютные долги и другие обязательства. 

Только в первом квартале выручка национальной компании по сравнению с аналогичным периодом прошлого года снизилась на 21%, до 1,4 трлн тенге, а чистая прибыль сократилась в три раза – с 309 млрд тенге в прошлом году до 100 млрд в этом. Сильнее всего пострадали доходы от доли в совместных предприятиях, сократившись более чем в четыре раза, до 53 млрд тенге. «В основном это связано со снижением цены на нефть, но также и с изменением курса, особенно на конец квартала. У нас есть валютные обязательства на уровне совместных предприятий, и мы признали по ним отрицательную валютную переоценку, то есть бухгалтерский убыток», – сообщил на брифинге в начале мая заместитель председателя правления и финансовый директор АО «НК «КазМунайГаз» (КМГ) Даурен Карабаев.

То есть падение цен на нефть нанесло по КМГ двойной удар. Сначала в виде сокращения выручки от продажи сырья, а потом еще и в виде девальвации национальной валюты, которая в свою очередь обесценилась из-за снижения стоимости нефти.

С начала года цена на Brent снизилась почти в три раза и достигала минимальных значений за последние 18–20 лет. Если с января по март средняя стоимость эталонной марки составила около $50 за баррель, то уже в апреле она упала до $18,5. Карабаев отметил, что результаты первого квартала еще не отражают в полной мере негативного влияния падения цены на нефть на показатели КМГ.

Реакцией компании на сложившуюся ситуацию стало сокращение затрат. К примеру, операционные и административные расходы на этот год снижены почти на 40 млрд тенге, капитальные затраты в 2020 году уменьшатся на 15%, или на 84,7 млрд тенге, а в течение ближайших пяти лет – на 400 млрд. 

Представитель КМГ признался, что сейчас сложно давать какие-то прогнозы относительно будущего. Но текущая ситуация однозначно окажет негативное влияние на финансовые показатели компании. Он отметил, что ряд дочерних компаний и сов­местных предприятий, а также нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) показали убытки в первом квартале; менее подверженными влиянию цен на нефть оказались блок транспортировки нефти и газовая сфера. 

Кроме того, ожидается значительное снижение дивидендов от совместных предприятий. «И в целом по 2020 году наш свободный денежный поток будет отрицательным. Вероятнее всего, нам придется частично использовать имеющийся запас ликвидности с целью поддержания деятельности наших предприятий», – отметил финдиректор КМГ.

 

ресурсы копия-1.jpg

И швец, и жнец…

Пандемия коронавируса, вспыхнувшая в начале этого года, нанесла серьезный ущерб только восстановившемуся после кризиса 2014–2015 годов глобальному нефтяному рынку. По итогам первого квартала многие мировые производители нефти объявили о значительных потерях. Чистая прибыль Shell за январь – март упала на 46%, ExxonMobil – на 31%, Saudi Aramco – на 25%. И снижение показателей у небольшого по мировым меркам «КазМунайГаза» выглядит неудивительным. Тем не менее некоторые участники рынка все же смогли не только не снизить, но и повысить доходы. К примеру, Chevron за тот же период увеличила чистую прибыль более чем на 35%. В американской компании сумели сбалансировать доходы и расходы так, чтобы иметь возможность быстро реагировать на рыночные изменения и сохранять устойчивость бизнеса. Chevron уже более 25 лет работает и в Казахстане, а также является партнером КМГ по Тенгизскому проекту – именно он обеспечил более трети чистой прибыли национальной компании в 2019 году.

«КазМунайГаз» на сегодня – это вертикально интегрированная нефтегазовая компания, на которую приходится 26% годового производства нефти и конденсата в республике (90,5 млн тонн в 2019 году), 81% – переработки нефти, 15% – добычи газа, 57%  – транспортировки нефти и 79% – газа. Компания имеет свой небольшой флот нефтеналивных танкеров грузоподъемностью 12, 13 и 115 тысяч тонн, предприятия по бурению скважин. У компании было даже свое высшее учебное заведение – Казахстанско-Британский технический университет, который продали в прошлом году за 11,3 млрд тенге. Как и многие крупные компании в Казахстане, особенно сырьевые, КМГ помогает стране в реализации социальных проектов: в прошлом году по поручению правительства выделил 22,8 млрд тенге на строительство стадиона, конгресс-холла и амфитеатра в городе Туркестане.

По итогам прошлого года выручка от продажи нефти при средней цене $64 за баррель составила чуть более 3 трлн тенге, что занимает свыше 45% совокупного дохода компании. На второй строчке – поступления от продажи нефтепродуктов: более 28%, или 1,9 трлн тенге. И только потом идут доходы от реализации газа – около 13%, или свыше 874 млрд тенге.

Результаты последних лет демонстрируют, что наиболее рентабельным сегментом становится реализация и транспортировка газа. В прошлом году доходы от продажи газа выросли на 13,6%, тогда как по двум другим отраслям (нефти и нефтепродуктам), наоборот, произошло снижение. Выручка от газа выросла главным образом благодаря увеличению на 14% средней цены и росту поставок в Китай на 29%, до 7 млрд куб. м.

Увеличились также поступления от транспортировки газа более чем на 49%, до 209,6 млрд тенге. Рост произошел благодаря повышению доходов от международного транзита и транспортировки газа на экспорт за счет роста курса тенге к доллару.

Кругом должен

В КМГ отмечают, что производство товарного газа является одним из перспективных направлений. По прогнозу управления энергетической информации США, в 2018–2050 годах мировое потребление природного газа вырастет более чем на 40%, а в странах, не входящих в ОЭСР, оно увеличится на 70%.

В прошлом году КМГ пересмотрел свою стратегию относительно транспортировки и маркетинга газа. В частности, компания намерена увеличить пропускную способность магистральных газопроводов Бейнеу – Бозой – Шымкент (ББШ) и Казахстан – Китай, чтобы нарастить экспортные поставки товарного газа в КНР до 10 млрд куб. м в год. Кроме того, компания задумалась об экспорте продуктов переработки газа с высокой добавленной стоимостью и, соответственно, строительстве газоперерабатывающих заводов (ГПЗ). А это требует больших финансовых вложений. При том, что при строительстве того же ББШ «КазТрансГаз» (дочернее предприятие КМГ) в 2018 году пришлось брать кредит от синдиката банков в размере свыше 65,8 млрд тенге, или около $200 млн.

Тем временем другое дочернее предприятие – Атырауский НПЗ вынужден выпускать облигации и брать кредит, чтобы закрыть (частично) валютные займы от Банка развития Казахстана и китайского Эксимбанка, полученные на строительство комплекса глубокой переработки нефти. Общий долг самой национальной компании на конец квартала составил $10,6 млрд. Вопрос, найдутся ли в закромах КМГ деньги для инвестиций в газопереработку или ему снова придется влезать в долги, пока остается без ответа.

Национальной компании пришлось сильно потрудиться, чтобы за последние два года снизить общую задолженность на $5,3 млрд, досрочно погашая платежи по еврооблигациям и рефинансируя долларовые займы в тенговые, чтобы снизить нагрузку на дочерние предприятия, не имеющие валютной выручки. Снижение общего долга произошло в том числе и за счет списания займа на общую сумму $290 млн от партнеров по блоку «Жемчужина», отказавшихся от реализации проекта.
В рамках реализации антикризисной стратегии КМГ объявил, что сократит численность персонала центрального аппарата на 34%, с 729 до 480 человек.

При этом программа капитальных вложений за последние годы сузилась в два раза, и сейчас она составляет примерно $1,2 млрд в год. 

Для повышения финансовой устойчивости и сокращения общих затрат в 2017–2019 годах в КМГ были интегрированы субхолдинги «КазМунайГаз – Переработка и Маркетинг» и «Разведка Добыча «КазМунайГаз».

«Эти меры, конечно, нам помогают сейчас, и можно сказать, что КМГ с финансовой точки зрения сейчас находится в сравнительно лучшем положении, чем в предыдущие периоды падения цен на нефть», – говорит Даурен Карабаев, но с сожалением признает, что в этот раз падение цен на нефть оказалось более глубоким, чем в 2014–2015 годах.

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_kaz.png