Перейти к основному содержанию

656 просмотров

Почему iPhone нельзя считать «китайским»

Глобальные цепочки поставок Apple показывают, почему внешнеторговый баланс не подходит в качестве способа измерения экономической мощи страны

Иллюстрация: John W. Tomac

15 января в Белом доме во время церемонии подписания первой фазы торговой сделки с Китаем Роберт Лайт­хайзер, главный переговорщик со стороны президента Трампа, обронил фразу о том, что его босс «долгие годы жаловался на огромный отрицательный баланс с Китаем». 

И действительно, Трамп и многие другие уже давно рассматривали торговый дефицит как свидетельство экономической слабости США. По сути, они считали, что иметь отрицательный внешнеторговый баланс с Китаем в размере $420 млрд – значит просто ежегодно отдавать Китаю эти самые $420 млрд. В 2012 году Трамп написал в своем Twitter, что «ежегодно Китай забирает у США $300 млрд». Но это все равно что написать: местная заправка «забирает $20 у каждого», кто заправляет свой автомобиль топливом на $20. 

На деле же для определения самочувствия торговых отношений двусторонний торговый баланс полезен так же мало, как и для определения погоды. Внешнеторговый баланс между двумя странами просто измеряет стоимость товаров и услуг, проданных из страны А в страну Б, в сравнении со стоимостью товаров и услуг, отправленных в другом направлении. 

Страна, которая покупает больше, чем продает, имеет отрицательный торговый баланс по отношению к той стране, которая продает больше, чем покупает. 

У меня лично такой отрицательный торговый баланс сложился с моим парикмахером, поскольку я регулярно пользуюсь его услугами, хотя он у меня ничего не покупает. Разумеется, такой отрицательный баланс мало что расскажет о наших с ним финансах. По этой же самой причине отрицательный торговый баланс на сумму почти $420 млрд, который у США сложился с Китаем в 2018 году, не дает достаточной информации о том, насколько сильна или слаба экономика США.
 
Один из многих предметов, которым мы пользуемся в нашей повсе­дневной жизни, – смартфон iPhone делает разговоры о торговом дефиците особенно смехотворными. Изначально iPhone был разработан и спроектирован в США, но работает он благодаря минералам из Центральной Африки, а также технологиям из стран Европы и Азии. Однако и ВТО, и сами США классифицируют его как 100%-ный экспорт из Китая. 

При подсчете размера отрицательного торгового баланса США не учитывается, что 99 из 100 поставщиков для iPhone расположены в центре Сент-Луиса. Таким образом, все заслуги приписывает себе страна, «где происходит последняя важная трансформация». И поскольку подав­ляющее большинство смартфонов iPhone проходят финальную сборку в Китае, швейцарские гироскопы, голландские датчики движения, японские дисплеи Retina и американское стекло оказываются приписанными к китайской экономике. Сборкой iPhone главным образом занимается тайваньская компания Foxconn Technology Group, крупнейший в мире контрактный производитель электроники. По данным агентства Reuters, расходы на финальную сборку при этом составляют лишь 3–6% от стоимости смартфона, или от $10 до 20 за каждый iPhone X.
 
Стоимость смартфонов iPhone во многом зависит от конкретной модели и характеристик, но средняя цена для типичного смартфона – $999. Новостной сайт Business Insider и статистический портал Statista подсчитали, что в 2017 году в США было продано 69 млн смартфонов iPhone. Поскольку торговый баланс рассчитывался с использованием не розничных, а фабричных цен (примерно $230 за каждый iPhone), то вклад только смартфонов iPhone в отрицательный торговый баланс США с Китаем мог составить $16 млрд. Точное количество ежегодно продаваемых в США смартфонов iPhone известно лишь самой Apple, поэтому сумма импорта может быть как ниже, так и выше. Но в любом случае этот показатель составит сумму в десятки миллиардов долларов, которые уже «сидят» в отрицательном внешнеторговом балансе с Китаем на сумму $420 млрд. 

Когда американский потребитель покупает iPhone за $999, эти деньги не идут напрямую в Пекин. Как подсчитал ресурс IHS Markit, с каждого проданного iPhone X $110 отправляются в Samsung – южнокорейский конгломерат, который производит дисплеи для iPhone (Samsung также производит собственную линейку смартфонов Galaxy, выступая главным конкурентом Apple на рынке мобильных устройств).

Еще $44,45 уходят производителям чипов памяти – японской Toshiba и южнокорейской SK Hynix. Небольшая сумма отправляется в Сингапур еще немного – в Бразилию, Италию и в нью-йоркскую компанию Corning. Большая часть денег поступает в Apple Park в Купертино (штат Калифорния), тогда как Китай на услугах по сборке и поставляемых деталях зарабатывает лишь около $8,46. 

Конечно, iPhone может считаться китайским импортом, однако большая часть тех денег, которые американцы тратят на эти смартфоны, не уходит слишком далеко от их дома. И это только один из возможных примеров, который показывает, почему проблема торгового дисбаланса США с Китаем раздута. Просто потому, что Китай часто выступает конечной точкой для длинных глобальных цепочек поставок. 

Кроме того, полагаться на торговый баланс как на показатель экономического самочувствия не стоит и по некоторым другим причинам. Во-первых, он легко может быть искажен факторами, которые выходят далеко за пределы простого подсчета импорта и экспорта. Например, когда доллар США растет или падает в цене, торговый баланс также оказывается подвержен изменениям. Дорогой доллар делает американский экспорт более дорогим, а импорт – дешевым. То есть даже если количество продуктов, которые США импортируют из-за рубежа, не меняется, в случае роста стоимости доллара американские потребители, вероятнее всего, купят больше импортных товаров и меньше продадут товаров на экспорт, что делает торговый баланс США «хуже». Но является ли это чем-то плохим? Ведь любые изменения в курсе валют, инфляция или то, как много людей в стране делают сбережения и инвестируют, оказывает влияние на профицит и дефицит торгового баланса. 

Глобальная торговля оказывает влия­ние на спрос и предложение и делает многие продукты дешевле, качественнее, инновационнее и доступнее. Торговля также снижает стоимость нашей одежды, позволяет покупать качественные запасные части для авто и обеспечивает нас черникой в зимнее время.
 
Однако ее влияние на смартфоны и другие гаджеты еще более впечатляющее: переплетая вместе технологии и ресурсы многих стран, торговля делает возможным появление неординарных продуктов. Американские аудиочипы, корейские батареи, конголезские минералы, японские камеры, немецкие акселерометры - iPhone по праву может считаться глобальным продуктом. 

Торговый дефицит с Китаем на сумму $420 млрд, о котором так много говорят, не просто плохой инструмент для измерения экономической мощи США. Это также и некорректная статистика, которая может привести к неправильным политическим решениям. В этом смысле Китай для США вовсе не враг. В действительности китайцы производят такие продукты, как iPhone, не являясь получателями всех последующих выгод. 

Урок, который можно извлечь из примера с iPhone, очевиден: если американцам придется пользоваться только отечественными устройствами, многие устройства для них окажутся попросту недоступными.

С 2009 по 2017 год г-н Хохберг занимал пост председателя и президента Экспортно-импортного банка США. Эта статья – адаптированный материал из его новой книги Trade Is Not a Four-Letter Word: How Six Everyday Products Make the Case for Trade, недавно опубликованной издательством Avid Reader Press.

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

146 просмотров

Uzbekistan Obliges Foreign Internet Companies to Pay VAT

However, a registration procedure for them was simplified

Photocredit: Shutterstock

An online VAT office for foreign internet companies was created by the Uzbekistani state tax committee.

According to the committee’s press service, the site will address Value Added Tax payments for earnings from software, mobile applications and games, E-books, movies, music and others. All foreign internet companies that work in the country, including Google, Amazon, Apple, Yandex, Netflix and Spotify, should obtain taxpayer status using the new online platform.

The procedure of foreign company tax registration may be completed through the company’s business account via a hyperlink.

These new rules are obliged for all foreign firms with representative offices in Uzbekistan. However, Uzbek tax service is not yet going to punish companies if they fail to complete registration before the deadline.

Meanwhile, according to the new Uzbekistani Tax Code which entered into power last year, all foreign internet companies that get profit in the country should pay VAT.

According to the Ministry for Development of Information Technologies and Communications of the Republic of Uzbekistan, there are 22 million internet users in the country.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif