2193 просмотра
2193 просмотра

В частных коллекциях произведения искусства смотрятся лучше

Сделка по продаже Sotheby’s означает уход с фондового рынка одной из немногих компаний из мира искусств, прошедших листинг

Фото: Shutterstock

После глобального финансового кризиса рынок предметов искусства переживал бурное развитие. Однако это не очень заметно по динамике стоимости акций Sotheby’s, аукционного дома с 275-летней историей. На прошлой неделе он вместе с долгами был продан французскому телемагнату Патрику Драи за $3,7 млрд. Возможно, в частной коллекции миллиардера Sotheby’s найдет лучшее пристанище, чем в портфелях инвесторов. По крайней мере, именно этот аргумент всегда применяется в отношении компаний из мира искусств, чьи акции торгуются публично.

В целом результаты 30-летнего присутствия аукционного дома на бирже весьма неоднозначные. По данным FactSet, с учетом 60% премии за поглощение, которую Драи выплатит акционерам, начиная с 1980-х годов, когда акции Sotheby’s прошли листинг на бирже, они принесли своим владельцам годовой доход в размере 8%, что на 11% ниже прироста индекса S&P 500.

Исправить положение не помог даже беспрецедентный бум на мировом рынке предметов искусства – он случился после мирового финансового кризиса благодаря бешеному спросу со стороны богатых коллекционеров, и число последних постоянно растет. По данным Art Basel and UBS Global Art Market Report (совместное исследование выставки Art Basel и банка UBS), в 2018 году в мире было продано предметов искусства на сумму в $67,4 млрд, а рост с 2009 года составил 70%. Это вполне сопоставимо с темпами роста мирового рынка товаров класса люкс за аналогичный период. Еще до того, как в понедельник стало известно о неожиданной сделке с акциями аукционного дома, годовой доход публичных компаний, владеющих такими luxury-брендами, как Hermès или LVMH Moët Hennessy Louis Vuitton, был вдвое больше, чем доходы Sotheby’s с 2009 года.

Есть несколько причин, почему бум в мире предметов искусства не слишком сильно помог росту акций Sotheby’s. Одна из них заключается в том, что новости о многомиллионных выплатах за картины Пикассо и Ротко не соответствуют действительности, поскольку такие сделки для аукционных домов наименее маржинальные. Поэтому, хотя бум в верхнем сегменте рынка предметов искусства становился причиной появления Sotheby’s в заголовках газет и был полезен для маркетинга, серьезного дохода он не приносил.

В отличие от люксовых брендов, которые сами производят продаваемую ими продукцию и благодаря этому контролируют цены, аукционные дома вынуждены конкурировать за лучшие лоты. 

Зачастую Sotheby’s намеренно уменьшал размер своих комиссионных и даже гарантировал фиксированную цену с целью обойти конкурента в лице аукциона Christie’s и переманить предмет искусства к себе. Условия таких гарантий никогда не становились достоянием общественности, поэтому рынок мог попасть в ловушку, когда дела шли не по плану и прибыль была меньше. В августе прошлого года стоимость акций Sotheby’s упала на 6% после того, как инвесторы узнали о том, что компания ничего не заработала на продаже картины Модильяни «Лежащая обнаженная» и работы Пикассо Femme écrivant – двух самых громких лотов того года. Так случилось из-за того, что полотна были проданы по цене ниже ожидаемой и гарантии съели всю маржу. Вообще, отсутствие прозрачности на рынке искусства мешает инвесторам сориентироваться, в какую сторону будет двигаться показатель прибыльности, и это усиливает волатильность акций подобных Sotheby’s компаний.

Нелегко сгладить колебания и самого арт-рынка. Сегодня у продавцов все меньше стимулов отказываться от продажи произведений искусства в период экономического спада, что приводит к циклам взлетов и спадов в работе аукционных домов и других компаний, зависящих от оборота. Такие риелторские компании, как Savills, работающие в сегменте люкс, во время спадов на рынке недвижимости аналогичную проблему решают за счет более стабильного дохода от услуг по управлению объектами. Sotheby’s также расширил сферу своей деятельности, консультируя клиентов по вопросам частных продаж и финансирования сделок с работами художников, однако и эта деятельность подвержена экономическим колебаниям.

Возможно, арт-бизнес просто плохо подходит для публичных рынков. Основные конкуренты Sotheby’s – аукционы Christie’s, Phillips и Bonhams – долгое время были частными. Одной из немногих оставшихся публичных компаний в сфере продаж предметов искусства является MCH Group – главный организатор ярмарки Art Basel. В течение последнего десятилетия средняя годовая доходность компании составила неутешительные 4%, что отчасти может быть связано со специфическими проблемами выставки часов класса люкс Baselworld.

«Гораздо проще купить картину и наслаждаться ею у себя дома, вкладывая оставшиеся деньги в торгуемый инвестиционный фонд с низкой комиссией», – говорит профессор Люксембургской школы финансов Роман Кройссль, изучивший доходность упомянутых выше арт-компаний.

Разумеется, активы индустрии искусств могут быть очень хорошими – когда, как Sotheby’s, продаются в виде трофеев с огромными премиями. В частности, подконтрольная правительствам кантонов Цюрих и Базель компания MCH может принять решение о продаже своей международной ярмарки искусств, учитывая проблемы в часовом подразделении. В этом случае хорошая цена способствовала бы росту стоимости акций компании.

И если недостатком перехода шедевров искусства в частные коллекции является лишь то, что они исчезают из поля зрения общественности, то для инвесторов причин горевать об исчезновении с биржи акций компаний вроде Sotheby’s еще меньше.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook и Telegram

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz


Материалы по теме


Читайте в этой рубрике

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

kursiv_instagram.gif

Читайте свежий номер