Перейти к основному содержанию

2486 просмотров

Почему в Казахстане так и не появились IT-гиганты

И что делать, чтобы изменить ситуацию

Фото: Shutterstock/RomanR

IT-рынок принято разбивать на три сегмента: аппаратное обеспечение («железо»), программное обеспечение (ПО) и IT-услуги.

В Казахстане, по данным IDC, на аппаратное обеспечение приходится примерно 78% рынка. На ПО и на IT-услуги, соответственно, 10% и 12%. То есть при емкости казахстанского рынка в $1,6 млрд IT-услуги «зарабатывают» менее $200 млн.

Официальная статистика, кстати, более оптимистично смотрит на емкость казахстанского рынка ПО. Так, по данным Комитета по статистике МНЭ, в 2017 году он равнялся почти 105 млрд тенге (более $271 млн), показав рост свыше 7%.

Для сравнения: в России доля «железа» в структуре IT-рынка составляет 61,5%, ПО – 14,6%, и, наконец, IT-услуг – внушительные 23,9%. Емкость всего российского IT-рынка в 2018 году, по оценке IDC, достигла $22,6 млрд. 

Если взглянуть в масштабе мирового рынка, то тут ситуация такова: по версии Forrester Research, на долю консалтинга и разнообразных интеграционных сервисов приходится 19%, на оборудование – 23,3%, на софт – 21% (остальное – это телекоммуникационные услуги, телекоммуникационное оборудование и т. д.).

Распределение долей в «пироге» рынка можно считать показателем его зрелости. Этот качественный показатель по факту отражает глубину рынка с точки зрения компетенций и наличия спроса на эти самые компетенции. 

Говоря другими словами, можно утверждать, что существует зависимость между спросом на крупные проекты и наличием компетенций для их реализации. Говорить об отсутствии таких проектов в Казахстане было бы неправильно. Они есть, но штучные. А это означает, что взращивать собственные, локальные компетенции для реализации таких проектов просто экономически нецелесообразно: штучный спрос, как правило, удовлетворяется за счет импорта.

Что делать?

Предполагалось, что ситуацию в Казахстане исправит внедрение сервисной модели в госорганах, которые традиционно являются крупными IT-заказчиками. В таком варианте госсектор перестает сам строить дорогие IT-системы и переходит на модель потребления того объема услуг со стороны сервис-провайдеров, который необходим в текущий момент. Использование сервисной модели должно было придать ускорение нужным процессам – взрастить необходимые компетенции, создать компании, которые бы и оказывали эти услуги. В идеале – появилась бы конкурентная среда. Внедрение сервисной модели информатизации госорганов преследовало и другую цель – снизить чрезмерное участие государства в экономике. Кроме того, она должна была решить проблему «зоопарка» IT-решений и систем, расходы на поддержку которых постоянно росли.  

Но сервисная модель информатизации госорганов не пошла и находится в стадии перезагрузки. Теперь поддержать отечественный IT-рынок должна госпрограмма «Цифровой Казахстан». Оптимисты уже создают инфраструктуру с прицелом в том числе на полноценную реализацию документа.

К таким оптимистам, например, относится Серикжан Кунанбаев, гендиректор Intarget Solution – компании, которая построила ЦОД под Нур-Султаном. Этот ЦОД был назван лучшим IT-проектом 2017 года по версии K-Tech Technology Forum 2018. Кунанбаев считает, что госпрограмма «Цифровой Казахстан» должна стать драйвером качественных изменений на IT-рынке Казахстана. А в числе тех, кто начнет заполнять стойки частных ЦОДов своими серверами, будут и госорганы.  

Для справки: инициаторы программы «Цифровой Казахстан» ожидают, что кумулятивный эффект от реализации программы к 2025 году может составить от 1,7 до 2,2 трлн тенге. Общий объем инвестиций запланирован на уровне 310 млрд тенге. 

Объективно мы не можем конкурировать в области аппаратного обеспечения, да и в софте – тоже. Поэтому будущее для отечественного IT рисуется довольно ординарным – без взлетов и восторгов. Но, может, тут как раз и есть вся соль – оставить чрезмерные надежды и стать ближе к реальности.

1489 просмотров

Мода на скромность и простые вещи ведет к новой реальности в экономике и ритейле

О новой реальности рассказывает партнер Scot Holland | CBRE в Казахстане и Центральной Азии

Фото: Shutterstock

Slowalization, или Медленнизация, – это новое слово, которым описывают развитие экономики и ритейла на ближайшие десять лет. Ритейл переживает непростые времена. Если несколько лет назад оптимисты говорили, что это временно, надо переждать и все настроится, то пессимисты были более осторожны в оценках, указывая на фундаментальные проблемы и называя состояние экономики new normal. Другими словами, призывали всех переосмыслить ситуацию и принять текущую стагнацию в мировой экономике как новую реальность.  

Сейчас в сфере ритейла, в зависимости от сегмента, мы наблюдаем очень вялое развитие или спад и стагнацию. Единственный сегмент ритейла, который рос до недавнего времени, – это онлайн-продажи. Развитие онлайн-ритейла стало своего рода приговором для традиционного ритейла и ТРЦ. Когда ситуация с падением продаж начала затягиваться и доходы некоторых сетей стали пробивать красную зону, собственники ТРЦ были вынуждены принимать меры. Кто-то менял концепты, кто-то снижал аренду, однако это помогло далеко не всем. Но даже в онлайн-ритейле, сглаживавшем общий стагнирующий тренд последнего десятилетия, сейчас наблюдается замедление роста. Черные пятницы и Киберпонедельники, Дни холостяков и прочие маркетинговые изобретения последних лет уже не дают того эффекта, что был раньше.

Ситуация в мировом ритейле усугублялась ростом фиксированных затрат, современным пониманием проблем экологии и осознанным уменьшением потребления.

Многие сетевики для сокращения фиксированных затрат предлагают магазины без продавцов. И если это было революционным несколько лет назад, то теперь это достаточно частое явление. В магазинах нет персонала на кассах, точнее вообще нет касс. Клиент все складывает в тележку, и на выходе сумма покупок автоматически списывается с телефона. Технологии заменяют людей.

Практически все автомобильные бренды регистрируют падение продаж. Термин slowalization неприменим только для Tesla и других производители EVs (Electric vehicles, электромобили). Потому что эти компании предлагают продукт, который отвечает требованиям и запросам современного мира, ценящего экономию и простоту.

В Великобритании ритейлеры зафиксировали 2019-й как самый тяжелый год в истории торговли с момента начала наблюдений. Известные компании,  например Debenhams and Fraser’s, уходят с highstreet location, где их магазины стояли больше 100 лет. Это равносильно тому, как если бы «Реал Мадрид» вылетел из Высшего дивизиона. Даже при исключительно низких кредитных ставках в 1–3% ритейл не может обслуживать долговую нагрузку. Если же центробанки начнут поднимать ставки, это может стать триггером массовых банкротств и положить начало полномасштабному кризису в ритейле.

Идет перестройка как рынков, так и сознания потребителей. Новое поколение оказалось очень отзывчивым на моду скромности и простых вещей. Молодые люди видят современных миллиардеров в толстовках и рубашках no name, пропагандирующих определенный аскетизм и здоровый образ жизни, борющихся за экологию путем умеренного потребления, и невольно перенимают эту модель. Они хотят быть такими же, это модно. Современный атрибут успешности – скромность и ответственное потребление с заботой об окружающем мире. И вот этот тектонический сдвиг в поведении и философии молодого поколения определит развитие экономики следующего десятилетия.

Нет смысла ждать бурного роста ритейла, его не будет, началось замедление, в корне которого – новая поведенческая модель современного потребителя. Это и есть new normal для современного ритейла.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance