Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


1598 просмотров

Как казахстанцу запустить успешный бизнес в Камбодже

История бренда Koompi

Фото: Shutterstock

Koompi – камбоджийский бренд ноутбуков, который появился благодаря усилиям казахстанского предпринимателя. За два года компании удалось стать одним из самых популярных производителей лэптопов в Камбодже и наладить экспорт в другие страны Юго-Восточной Азии.

«Степень экономического развития Камбоджи такова, что сейчас практически любой бизнес, связанный с онлайн-сервисами или интернетом, может быть потенциально удачным», – говорит Сакен Нигма, руководитель отдела развития бизнеса компании Koompi. Ему можно верить: в Камбодже он создал несколько бизнесов, но Koompi – самый известный его проект.

Книга знаний

До отъезда в Юго-Восточную Азию (ЮВА) Нигма успел и поработать в казахстанском корпоративном секторе в финансовой сфере, и получить опыт предпринимательской деятельности. Наработанный опыт позволил ему при первом посещении Камбоджи заметить перспективные ниши и направления для развития бизнеса. Через несколько месяцев Сакен Нигма снова прилетел в Камбоджу – теперь уже с билетом только в один конец и первоначальным капиталом в $80 тыс. Шел 2017 год.

У казахстанца была договоренность с местным бизнесменом о запуске платежной платформы, однако в последний момент камбоджиец передумал. С еще одним партнером Нигма собирался открыть в Камбодже банк, но регулятор не выдал им лицензию. На идею собирать и продавать ноутбуки Сакена Нигму натолкнуло чтение местной прессы – он увидел там интервью с камбоджийским предпринимателем, который хотел запустить подобный проект. Казахстанец нашел этого бизнесмена  через Facebook, они встретились, определились с общим видением бизнеса и приступили к работе.

Бизнес-проект по сборке ноутбуков из готовых комплектующих был признан перспективным в первую очередь потому, что лэптопы в Камбодже весьма дороги из-за высоких таможенных пошлин и доступны далеко не каждому местному жителю. Сам Нигма видит связь между ситуацией с доступностью техники и неосуществленным проектом платежной системы. «Когда я озвучил идею платежной системы, одним из основных рисков проекта был ощутимый кадровый дефицит – в Камбодже не хватало квалифицированных разработчиков. И мы увидели некую параллель между тем, что здесь проседает IT-образование, и тем, что ноутбук как инструмент для обучения не все могут себе позволить», – поясняет Сакен Нигма. Повышение доступности IT-образования стало фактически миссией компании, которая решила создавать ноутбуки с собственной операционной системой на базе Linux со специальной встроенной функцией для обучения программированию. Название бренда – Koompi – в переводе с кхмерского означает «книга знаний».

Биткоин для поддержки

Первая команда Koompi была интернациональной – работников искали и в Камбодже, и через LinkedIn. В числе первых сотрудников компании были специалисты из Японии, Сан-Паулу, Зимбабве, Чехии, несколько камбоджийцев и сам герой истории. Договоренности с поставщиками, закупка комплектующих в Тайване и Китае – все было организовано достаточно быстро. Продажи ноутбуков Koompi стартовали через 9 месяцев после того, как Сакен Нигма прилетел в Камбоджу.

Цена Koompi была установлена более чем демократичная – $275. Итог первого месяца продаж – 150 ноутбуков. Сейчас Koompi ежемесячно продает 500 ноутбуков, правда, их цена выросла до $339. Покупателям больших партий техники предоставляется скидка за объем, цена – $270. Налажены поставки Koompi на Филиппины, небольшая партия ушла в Таиланд. Компания участвует в государственных тендерах на комплектацию компьютерных классов в школах. «Для нашего маленького предприятия это хорошие цифры. Это позволяет всем себя комфортно чувствовать и зарабатывать деньги», – говорит Нигма и тут же добавляет, что так было не всегда. Когда проект еще не приносил прибыль, а источники дохода были необходимы, казахстанец создал в Камбодже сервис по покупке и продаже биткоинов. «В какой-то момент у нас был большой кассовый разрыв. И нам нужно был открыть небольшой сервис, который бы генерил деньги», – объясняет предприниматель. Через какое-то время после запуска сервиса Национальный банк Камбоджи заявил, что не рекомендует гражданам страны покупать и продавать криптовалюту. Директора компании с аналогичным бизнесом арестовали в тот же день, а после дали два года тюрьмы. Сакен Нигма, чтобы не повторить судьбу коллеги по рынку, по совету юриста тут же улетел в Бангкок. Сервис по покупке и продаже биткоинов был закрыт, его организаторы принесли руководству страны извинения, и после этого Нигма смог вернуться в Камбоджу к проекту Koompi.

После истории с биткоином команда Koompi пошла по классическому пути стартапа и привлекла в проект инвестора. Более того, это партнерство выросло в создание венчурного фонда, куда помимо инвестора Koompi вошли еще несколько человек, включая самого Сакена Нигму. На сегодня из 30 камбоджийских стартапов, в которые инвестировал этот венчурный фонд, выжили 19, при этом 7 из них – прибыльные. Самой успешной инвестицией фонда стал проект платформы по онлайн-покупке билетов на междугородние автобусы. Этот стартап был успешно реализован и в итоге выкуплен стратегическим инвестором из Камбоджи.

Продавать Koompi в Казахстане Сакен Нигма не планирует: во-первых, отечественный рынок после азиатского кажется слишком маленьким; во-вторых, цены на подобный продукт в Казахстане вполне конкурентные, а в-третьих, казахстанцы привыкли работать на Windows. Для камбоджийцев же Koompi часто первый ноутбук, и операционная система на базе Linux их не смущает.


5620 просмотров

Казахстан может не выполнить экспортных обязательств по поставкам зерна

Стоит ли нашей стране искать новых покупателей в дальнем зарубежье?

Фото: shutterstock/Raland

В период 2019-2020 годов Казахстан может не выполнить своих экспортных обязательств по зерну. 

В Казахстане почти закончилась уборка хлеба – работы завершены на 93,5% уборочных площадей в большинстве областей страны. Такие данные приводит Минсельхоз РК. Всего намолочено более 17 млн т зерновых и зернобобовых культур при средней урожайности в 12 центнеров с гектара.

Почти секретная информация

На прошедшем в Нур-Султане 30 сентября брифинге первый вице-министр сельского хозяйства РК Айдарбек Сапаров сообщил, что в текущем году валовый сбор зерна из-за аномальной жары в июле будет меньше прошлогоднего на 3 млн т.

В 2018 году, по информации Сапарова, было собрано 20,3 млн т. Тем не менее первый вице-министр не сомневается, что собранного урожая зерновых хватит не только для 100%-ного покрытия внутренних потребностей Казахстана, но и для отправки части зерна (в основном пшеницы. – «Курсив») на экспорт. В то же время Айдарбек Сапаров не стал уточнять цифры внутренней потребности страны в той же самой пшенице. Хотя они имеют немалое значение для понимания экспортных возможностей Казахстана на мировых рынках.

В конце сентября в ряде казахстанских изданий появилась информация от Минсельхоза, согласно которой потребность населения страны в пшенице составляет 2,9 млн т. При этом не уточнялось, что речь идет о пшенице, отгружаемой только на продовольственные нужды, или это общий объем, включая фуражное зерно и семенной фонд.

В свою очередь руководитель исследовательского бюро «Зерновые и масличные Казахстана» Виктор Асланов в беседе с «Курсивом» назвал иные цифры. Сославшись на волатильность их ежегодной оценки внутренней потребности страны в пшенице, он сообщил, что на текущий момент Казахстану надо приблизительно 1,5 млн т продовольственного зерна, 1,8 млн т для поддержки семенного фонда и 1,3 млн т для фуража. Итого – 4,6 млн т пшеницы в основном мягких сортов.

Наконец, совсем другая картина внутренних потребностей Казахстана в пшенице нового урожая складывается из данных продовольственной и сельскохозяйственной программы ООН (FAO-AMIS), Международного совета по зерну (IGC) и Министерства сельского хозяйства США (USDA). Так, в IGC прогнозируют, что на период 2019-2020 годов нашей стране потребуется 5,96 млн т пшеницы, в FAO-AMIS – 6,54 млн т, а в USDA – 6,60 млн т.

Кстати, в отличие от главного сельскохозяйственного ведомства Казахстана, все три вышеперечисленные организации, на прог­нозы которых и ориентируются все ведущие мировые трейдеры зерна, отделяют друг от друга все основные зерновые и зернобобовые культуры. Соответственно, в их маркетинговых сводках, основанных в том числе и на мониторинге из космоса, можно увидеть данные о том, сколько пшеницы предположительно соберет Казахстан. Согласно выводам экспертов из FAO-AMIS, в текущем году урожай пшеницы в нашей стране составит 13 млн т, что на 950 тыс. т меньше, чем в прошлом году, и на 1,9 млн т ниже показателей осенней страды 2017 года. Еще более худший прогноз дают специалисты из IGC и USDA, которые указывают, что Казахстан соберет в пределах 11,5 млн т пшеницы.

Kazahstan mozhet ne vypolnit' eksportnyh obyazatel'stv po postavkam zerna444.jpg

Фото: shutterstock/Автор Subbotina Anna

Задел на экспорт

Если международные эксперты правы в расчетах, то Казахстан попадает в странную ситуацию. Дело в том, что весь 2019 год представители нашей страны вели активные переговоры о возможности экспорта пшеницы в ряд стран, рассчитывая составить конкуренцию поставкам зерна из России, Украины и Румынии. В частности, в конце августа текущего года в ходе прошедшей в Саудовской Аравии II сессии Генеральной ассамб­леи Исламской организации по продовольственной безопасности делегация из Казахстана по этому поводу провела серию переговоров. Речь шла о возобновлении прекращенных в 2010 году поставок пшеницы в Египет, а также о расширении ее экспорта в Турцию и Афганистан.

К слову, последние 10 лет Египет и Турция наряду с Индонезией, Алжиром, Италией, Филиппинами, Японией, Бразилией, Испанией и Мексикой входят в число 10 крупнейших импортеров пшеницы в мире. При этом больше всего зерна они закупают в России и Украине.

Если окажутся верными расчеты USDA, то Казахстану вряд ли удастся увеличить экспорт зерна в 2019-2020 годы. Ведь в этом случае экспортный потенциал нашей страны составит лишь 5,2 млн т пшеницы.

Зачем нам берег турецкий?

По мнению руководителя исследовательского бюро «Зерновые и масличные Казахстана» Виктора Асланова, искать новые рынки сбыта казахстанской пшеницы вообще не нужно. «У нас под боком имеется активно растущий рынок. Это страны Центральной Азии плюс Афганистан. Тот же Узбекистан еще 20 лет назад мог закупать 300–400 тысяч тонн зерна и муки, а сейчас они готовы брать минимум 2 млн т. В предыдущем же сезоне они 3 млн т зерна и муки купили», – заметил в беседе с «Курсивом» Виктор Асланов.

Он добавил, что, даже имея возможность экспортировать в центральноазиатские страны, включая Афганистан, 8 млн т пшеницы в год, Казахстану для полного обеспечения их потребностей не хватает около 1,5 млн т зерна.

«При текущей ситуации впору говорить о недоборе наших экспортных обязательств. Потому что на международном уровне Казахстан значится как продовольственный донор для этих дружеских нам стран. Более того, мы и зерновой державой стали благодаря тому, что климатические и территориальные особенности стран Центральной Азии не позволяют им производить необходимое количество зерновых культур», – отметил Виктор Асланов.

Схожей точки зрения придерживается и бывший министр сельского хозяйства Казахстана Асылжан Мамытбеков. По его словам, правительство страны до сих пор несколько политизирует процесс производства и экспорта пшеницы, хотя в подавляющем большинстве стран мира это обычный биржевой товар.

«Это было характерно для Советского Союза, когда пшеницу из Казахстана можно было встретить в портах Владивостока и Находки. Сегодня надо в первую очередь думать, как получить максимальную выгоду от продажи зерна. Возьмем, к примеру, Грузию. В действительности ей нет смысла у нас покупать пшеницу. Несмотря на сложные отношения с Россией, она намного дешевле купит ее в Ставрополье. Невыгодно покупать у нас пшеницу и Беларуси. У нее под боком Украина. На регион Средиземноморья вообще выходить бессмысленно. При поставке пшеницы в Египет и даже в Турцию мы теряем минимум $100 с каждой тонны», – заметил в беседе с «Курсивом» Асылжан Мамытбеков.

При этом он, как и Виктор Асланов, выразил уверенность, что Казахстану достаточно ограничиться экспортом пшеницы лишь в страны Центральной Азии и Афганистан.

«Рынок этих стран стабильно забирает 6 млн т пшеницы. Столько же – 6 млн т – составляет и внутренняя потребность Казахстана. Поэтому, на мой взгляд, необходимо ограничиться производством 12 млн т пшеницы, а в случае получения излишков отправлять их в Азербайджан и в Иран. На высвободившихся от пшеницы землях начать возделывать более высокодоходные культуры, на которые есть устойчивый спрос на мировых рынках», – заметил собеседник «Курсива».

При этом он особо подчеркнул роль «Продкорпорации», которая, по его мнению, должна проводить контрцикличную политику, выполняя не коммерческую, а стабилизационную функцию. То есть в годы перепроизводства активно закупать зерно, а в неблагоприятные для урожая периоды гарантировать правительству, что внутренний рынок не останется без необходимой для страны пшеницы.

Kazahstan mozhet ne vypolnit' eksportnyh obyazatel'stv po postavkam zerna11.png

 

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

 

Цифра дня

64-е
место
занял Казахстан по скорости фиксированного интернета в мире

Цитата дня

Популизм – это политика посредственности. Я не раздаю пустых обещаний. Я - человек конкретных дел. Я буду твердо проводить в жизнь свою программу реформ.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций