Перейти к основному содержанию
8014 просмотров

Рынок мобильной связи: будущее – за крупными игроками

В настоящее время рынок телекоммуникаций развивается настолько быстрыми темпами, что позволить себе гонку за технологиями может либо крупная компания, либо альянс компаний

Приобретение «Казахтелекомом» 75-процентного голосующего пакета акций АО «KCell» стало главным событием на казахстанском рынке мобильной связи и вызвало множество споров о дальнейшем развитии телекоммуникационного сегмента экономики республики. Противники сделки много говорили о том, что она ведет к монополии, а концентрация значительной части рынка в одних руках может обернуться технологическим застоем и повышением тарифов. Однако есть и противоположное мнение, основывающееся на неоспоримой тенденции: в настоящее время рынок телекоммуникаций развивается настолько быстрыми темпами, что позволить себе гонку за технологиями может либо крупная компания, обладающая значительными финансовыми ресурсами, либо альянс компаний, способный сгенерировать этот самое финансовое «топливо» для технологической гонки. 

Факт состоит в том, что телекоммуникационных альянсов на казахстанском рынке пока не наблюдается. В мае прошлого года, на встрече Expert Update, где обсуждалась на тот момент еще будущая сделка по нашумевшему приобретению, генеральный директор дивизиона по розничному бизнесу филиала АО «Казахтелеком» Каспарс Кукелис заметил, что попытки TeliaSonera продать Kcell в течение уже нескольких лет показывают: желающих приобрести означенный пакет ни в одиночку, ни всем миром не находится. Причем не находится ни внутри страны, ни вне ее. 

«Ни Vodafone, ни T-mobile, ни AT&T в очередь за Kcell не выстраиваются, - не без иронии заметил тогда представитель национального оператора на рынке телекоммуникаций. – «Казахтелеком» – крайне рациональный игрок, который очень долго на рынке, мало занимается фантазиями и хайпом, строит фундаментальные, качественные сети в «оптике», 4G и транспортирует по ним абсолютно доминирующее количество трафика. Если мы рассматриваем какие-то потенциальные приобретения, то исключительно из крайне рациональных соображений», - добавил он. 

Следом за потребителем 

Для того, чтобы понять, какими именно крайне рациональными соображениями руководствовался «Казахтелеком» при приобретении пакета в Kcell, надо четко представлять тенденции современного телекоммуникационного рынка, которые окажут неизбежное влияние на его дальнейшее развитие. Собственно, это даже не тенденции, а одна основная глобальная тенденция, которая заключается в уходе телефонии из сферы передачи «голоса» в сферу передачи данных. И все остальные изменения – это лишь следствия данной уже необратимой тенденции. 

Основные факторы и мировые тренды в отрасли до 2020 года общеизвестны, их четко сформулировали ведущие аналитики телекоммуникационного рынка США и Европы: это дальнейший быстрый рост мобильных телекоммуникационных услуг, повышение требований к интеллектуальным услугам, повышение требований к их безопасности, резкое увеличение доли мобильных платежей, максимальное взаимопроникновение традиционных телекоммуникационных услуг и IT-сервисов, а также многократное увеличение трафика мобильного и фиксированного интернет за счет необратимых изменений в программном обеспечении всех ИКТ устройств и бытовой техники. 

Соответственно, тот игрок рынка, который намерен задержаться на нем всерьез и надолго, должен учитывать все эти факторы и соответствовать всем этим требованиям. По данным все того же «Казахтелекома», если в 2010 году в Казахстане услугами фиксированной телефонии пользовались 4,2 млн домохозяйств, то сегодня таковых осталось 3,2 млн – и этот процесс продолжится: по расчетам председателя правления АО «Казахтелеком» Куанышбека Есекеева, скорость этого перетока составляет в среднем 500 тыс. домохозяйств в год. Но коль скоро потребитель с головой (и с платежами) уходит в мобильник, то оператору связи ничего другого не остается, как следовать за ним. 

И если учесть, что база KCell по состоянию на 1 квартал 2018 года составляла 9 млн 855 тыс. абонентов, то рациональность приобретения с точки зрения интересов компании сомнений не вызывает. Она приобрела обширную платформу для своего дальнейшего становления в качестве инфраструктурного и интегрированного оператора, который способен предоставить услуги фиксированной и мобильной связи, доступ к широкополосному интернету и телевидению одновременно. Это попытка объединить максимально возможное предложение в один пакет – вполне рыночная тенденция, свойственная не только сфере телекоммуникаций. И KCell в данном случае выступает не инструментом доминирования национального оператора на рынке, а подходящей для него по масштабам дверью на относительно новый рынок. Которую ему все равно искать пришлось бы – вследствие ухода на этот новый рынок потребителя. 

Щука в реке на то, чтобы карась не дремал 

При этом многие эксперты, в том числе - директор департамента аналитики ИК «Фридом Финанс» Ерлан Абдикаримов, считают, что основные тренды рынка. Среди которых - вопросы по внедрению сети пятого поколения, и рост сегмента «интернета вещей», диктуются, прежде всего, интересами потребителя. И именно к интересам потребителя апеллируют противники сделки, говоря о технологическом застое и росте тарифов в случае доминирования на рынке того или иного игрока. Как сложится ситуация с тарифами в дальнейшей перспективе, сказать сложно, но на ближайшие три года антимонопольщики «связали» «Казахтелеком» обязательством как минимум сохранить (не увеличить) действующие тарифные планы. 

Что касается «технологического застоя», то в обязанности покупателю голосующего пакета KCell тем же самым ведомством вменены появление дополнительных услуг для абонентов, расширение покрытия сети 4G в сельских населённых пунктах (с численностью населения 4 000 человек и более) до 2021 года, а также внедрение стандартов предоставления услуг 5G не позднее 31 декабря 2021 года. Так что в обозримой перспективе «забронзоветь в монополии» у крупнейшего телеком-оператора просто не получится: государство не даст, оставив за собой право отменить сделку при нарушении этих условий. Более того, возрастающее давление со стороны одного из игроков на рынке приводит к тому, что остальные его участники начинают изыскивать возможности для улучшения собственного предложения потребителю.  

Новая конфигурация рынка, сложившаяся после совершения сделки, наверняка повысит градус конкуренции – с точки зрения потребителя и рынка это положительный момент. Впрочем, глава правления АО «Казахтелеком» Куанышбек Есекеев неоднократно подчеркивал: мультисервисный оператор заходит на рынок мобильной связи не для того, чтобы выжить с него остальные компании. 

«Надо понимать, что рынок «Казахтелекома» - это рынок домохозяйств, рынок сотовых операторов – это рынок физических лиц, поэтому наша маркетинговая структура и маркетинговая структура сотовых операторов – это два различных сегмента, - сказал он в эфире программы «Талап» на этой неделе. – «Казахтелеком» является инфраструктурной основой, а сделка открывает потенциал в новых сервисах за счет синергетического эффекта, а также открывает перспективы для развития новых технологий, таких, как Internet of Things», - добавил он. 

Развитие IoT: никто, кроме крупных игроков 

Собственно, о тех новшествах, которые «Казахтелеком» намерен внедрять в том числе за счет недавнего приобретения, председатель правления рассказал еще в ноябре прошлого года, в ходе Второго IoT Форума в Астане. Он напомнил, что в Казахстане интернет вещей начался с установки автомобильных девайсов, с помощью которых можно как отследить находящееся в угоне авто, так и найти «потерянную» на забитой стоянке машину. 

«Теперь мы более осознанно начали принимать новые тренды, среди которых наше домашнее видеонаблюдение, которое уже в большом количестве работает в подъездах, дворах и дает нам информацию о состоянии безопасности нашего жилища в режиме онлайн, с помощью мобильных приложений», - заметил Есекеев. 

По словам председателя правления, в настоящее время компания занята разработкой аналогичных экосистем для считывания, аккумулирования и анализа данных по различным приборам учета в ЖКХ.  

«Со временем и это станет для нас обыденностью, приход всех этих вещей для нас не далекое будущее, а ближайшее. Их приход незаметен и в рамках программы «Цифровой Казахстан» мы часть из этих вещей делаем, они у нас в программе сидят», - пообещал он. 

Понимание того, что в настоящее время конкуренция идет не между операторами, а между технологиями, и наиболее конкурентоспособным оказывается тот, кто может первым сделать большее по объему и лучшее по качеству предложение потребителю, есть и у экспертов. Так, глава агентства стратегических коммуникаций «Khalykbergen», PR-эксперт Нуркен Халыкберген отмечает, что мобильный трафик будет расти и далее, при этом тон на рынке будут задавать именно крупные игроки. 

«На мой взгляд, вопрос укрупнения присутствует на этом рынке, и мы видим два тренда, два движения одновременно – это и укрупнение, и оптимизация, - говорит эксперт. - Большим игрокам действительно будет гораздо проще реализовывать большие проекты, потому что мы стоим на пороге очередного скачка, мы стоим на пороге следующего перехода, перехода к эпохе пятого поколения мобильной связи. И поэтому, на мой взгляд, шансов больше у больших игроков. Если посмотреть на опыт Европы, на опыт наших северного и восточного соседа, на американский рынок, то практически все компании стремятся в вопросе внедрения 5Gделать не самостоятельные разработки, а объединяться в альянсы, в союзы, работать в максимальной координации друг с другом. И на мой взгляд, это одно из подтверждений общемировой тенденции укрупнения рынка», - добавляет он. 

Глава агентства стратегических коммуникаций отмечает, что любая модернизация сети, тем более, когда речь идет о внедрении новых стандартов и приобретении под них нового оборудования, потребует больших денег, а в условиях, когда экономика страны оказывается под сильным внешним давлением, в том числе – и из-за девальвационных процессов, будет иметь значение, имеет ли компания возможность зарабатывать в иностранной валюте, а также ее доступ к дешевым финансовым инструментам. 

«На мой взгляд, в условиях национальных экономик, не только казахстанской, но и экономик всей Центральной и Юго-Восточной Азии, практически все будут подчиняться общим правилам рынка, - говорит Халыкберген. - Нужны будут дешевые финансы и возможность зарабатывать в валюте. В нашей стране, на мой взгляд, такие возможности пока есть только у «Казахтелекома», который в период 2010-2019 годов достаточно большой объем инвестиций совершил в развитие оптоволоконной сети, как транспортной основы, и насколько я могу судить, предугадал огромный спрос на передачу трафика между Китаем и Европой. «Казахтелеком» создал оптоволоконное кольцо практически по всей республике, плюс предоставил центры обработки данных, создал центры хранения информации, которыми пользуются как Google, так и YouTube, и Facebook. Так что в процессе внедрения новых технологий – а они все будут так или иначе завязаны на мобильную связь – национальному оператору и карты в руки», - заключает он. 

Отстали с 4G – 5G не упустим

Ничего страшного в укрупнении игроков на рынке телекоммуникаций не видит и директор департамента аналитики ИК «Фридом Финанс» Ерлан Абдикаримов.

«Как мне кажется, укрупнение игроков на рынке мобильной связи не связано с какими-либо трендами, так как такие события все-таки происходят довольно редко. Тем не менее, где-то рынки мобильной связи представлены 3-4 игроками, а где-то имеется один крупный оператор, занимающий около двух трети рынка (Испания, Китай, Мексика). В целом, обе модели рынка жизнеспособны и имеют собственные плюсы и минусы», - отмечает он.

При этом эксперт признает, что чисто теоретически уменьшение конкуренции может ударить по карманам пользователей через более высокие тарифы, однако, напоминает он, в Казахстане есть антимонопольные структуры, ограничивающие рост тарифов. К тому же, согласно макроэкономической теории монополист или крупный игрок не может просто поставить заоблачную цену на свои услуги, так как такие неаккуратные действия могут ударить по карману самого монополиста или крупного игрока из-за снижения спроса на его услуги.

«Поэтому возможность значительного роста цены на мобильные услуги может оказаться преувеличением, более того, укрупнение поможет в целом удешевить себестоимость оказания услуг за счет элиминирования дублирования капитальных затрат и снижения прочих операционных расходов», - считает Абдикаримов.

При этом, по его мнению, рынок телекоммуникаций Казахстана будет развиваться в сторону внедрения новых технологий и решений вслед за мировыми практиками: первоочередной задачей будет внедрение сети 5G и дальнейшее проникновение 4G в регионы Казахстана. Также в ближайшем будущем будет развиваться сегмент «интернета вещей», который подразумевает под собой подключение к интернету дополнительных девайсов и гаджетов, что создаст дополнительную стоимость для телекоммуникационного рынка и изменит предпочтения пользователей.

«Можно сказать, что казахстанский рынок мобильной связи в плане технологий двигается в сравнении с развитыми странами с небольшим опозданием, - говорит представитель ИК «Фридом Финанс». - Например, самые первые 4G сети были внедрены в конце 2009 года, а в Казахстане коммерческий запуск был произведен в конце 2012 года», - отмечает он.

По логике вещей, отставание в развертывании сети 4G обуславливалось как раз отсутствием в то время на рынке действительного крупного игрока, имеющего большую площадку для развертывания этой сети. Теперь у «Казахтелекома» есть это пространство для маневра – в преддверии развертывания сетей стандарта 5G.

banner_wsj.gif

1556 просмотров

Почему крупные инвесторы не делают ставку на вакцину от коронавируса

В случае успеха компания-создатель вакцины от коронавируса поможет миллиардам людей

Лаборанты на предприятии Gilead Sciences в Ла-Верн (Калифорния) загружают флаконы с ремдесивиром, 18 марта.
Фото: Gilead Sciences/Reuters

Фармацевтические компании вступили в гонку по разработке лекарства для лечения нового коронавируса, и крупные инвестиционные фирмы делают осторожные ставки на вероятных победителей.

Хедж-фонды и фирмы из сферы венчурных инвестиций, бизнес которых – это прогнозирование будущего компаний и экономик, обретают все большую уверенность в том, что уже скоро исследователи создадут эффективные лекарства для борьбы с пандемией.

И хотя в случае успеха эти усилия могут помочь миллионам и даже миллиардам людей, вероятность того, что акционеры получат значительную прибыль, весьма невысока, утверждают инвесторы. Некоторые даже ставят на понижение цены акций тех фармкомпаний, которые, по их мнению, создают излишнюю шумиху вокруг своих успехов в разработке препаратов против COVID-19.

«Большинство цен на акции не имеет ничего общего с реальностью», – говорит Джозеф Эдельман, глава нью-йоркского хедж-фонда Perceptive Advisors (специализируется на здравоохранении и управляет активами на сумму в $4,2 млрд). Он предлагает обратить внимание, например, на разрыв между стоимостью акций фармацевтической компании Gilead Sciences Inc. и прибылью, которую они могут получить от лекарств и вакцин.

1WSJ копия_page-0001.jpg

В этом году акции компании Gilead выросли на 18,9% благодаря новому противовирусному препарату ремдесивир, который вводится внутривенно и, по последним данным, ускоряет выздоровление пациентов с COVID-19.

Появление новых лекарств всегда сложно предвидеть, но те, кто делает ставку на препараты для лечения коронавируса, сталкиваются с уникальными проблемами. Некоторые из на­иболее инновационных и многообещающих методов лечения еще не проходили клинические испытания. Кроме того, компании вынуждены конкурировать с иностранными государствами и некоммерческими организациями, которые намерены предложить собственные прорывные решения. В случае же успешного создания лекарства или вакцины могут появиться трудности при ценообразовании, производстве и дистрибуции.

Перед инвесторами стоит целый ряд вопросов, например, смогут ли препараты для лечения COVID-19 не только помочь больным, но и защитить от вируса тех, кто еще не заболел, или для этого потребуются другие лекарства? Помогут ли вакцины снизить потребность в длительном лечении? Позволят ли правительства устанавливать компаниям достаточно высокие цены, чтобы они смогли получить ощутимую прибыль?

Управляющий хедж-фондом Glenview Capital Management (специализируется на сфере здравоохранения) Ларри Роббинс не делает ставок на появление возможных лекарств для лечения коронавируса в том числе и потому, что ожидает создания такой вакцины, благодаря которой необходимость даже в самых эффективных лекарствах попросту отпадет.

«С гуманистической точки зрения, мы все хотим появления такого лекарства, но инвесторам нужно быть уверенными в том, что лекарство действует и что его продажи продлятся достаточно долго, чтобы оказать существенное влияние на компанию», – отмечает он.

Акции компании Gilead относятся к числу тех ценных бумаг, о которых инвесторы подумают дважды, прежде чем купить их. По прогнозам, до конца текущего года компания планирует произвести ремдесивир для свыше одного миллиона курсов терапии, и прибыль от годовых продаж препарата может составить несколько миллиардов долларов. Если Gilead сумеет разработать ингаляционную версию препарата либо другие альтернативные введению внутривенно варианты, популярность ремдесивира может возрасти еще больше, утверждают оптимистично настроенные инвесторы.

Однако тот факт, что компания пообещала безвозмездно передать госпиталям 1,5 млн доз препарата для лечения COVID-19, а также то, что стоимость лекарства в дальнейшем пока неизвестна, вызвали вопросы по поводу ожидаемой прибыли. В прошлом Gilead уже подвергался критике за высокую стоимость своих препаратов для лечения ВИЧ и гепатита. Компании может оказаться непросто удержать цену на ремдесивир, особенно если принять во внимание пуб­личную критику высоких цен на лекарства со стороны президента Дональда Трампа.

В случае если стоимость одного курса лечения от Gilead, как это предсказывают инвесторы, составит $4 тыс., то прибыль может достичь $4 млрд. Но эта цифра намного меньше добавленной рыночной стоимости за этот год и не учитывает расходы на разработку препарата – они, по самым приблизительным оценкам, могли составить $1 млрд, что негативно отразится на любой прибыли.

Кроме того, некоторые инвесторы, занимающие медвежьи позиции, все еще не убеждены в эффективности ремдесивира.

«Даже если лекарство будет иметь посредственную эффективность, его все равно будут назначать, однако Gilead не сможет на этом много заработать», – говорит доктор Джозеф Лоулер, руководитель хедж-фонда JFL Capital Management, который торгует на понижение, то есть делает ставку против Gilead.

Как сообщил официальный представитель Gilead, фармацевтическая компания еще не определилась с конечной стоимостью ремдесивира.

«На данный момент мы сосредоточены на том, чтобы обес­печить доступ к ремдесивиру на бесплатной основе в рамках акции по безвозмездной передаче лекарства. После этого мы намерены обеспечить доступ к ремдесивиру как для правительств, так и для пациентов по всему миру», – заявил он.

По мнению Лусианы Борио, ранее занимавшей пост главы комитета по обеспечению медицинской готовности к ЧС и биологической защите Совета национальной безопасности США, эффективные препараты, скорее всего, будут разработаны небольшими частными компаниями, а не публичными игроками, чьи акции торгуются на бирже. И это еще один вызов для инвесторов.

«Для технологий, которые являются по-настоящему инновационными и прорывными, появляется возможность привлечь финансирование и получить выгоду, заключив соглашение о партнерстве», – говорит Борио.

Некоторые инвесторы больше сосредоточены на препаратах, которые могут помочь не только тем, кто уже заболел, но и предотвратить само заражение вирусом, что потенциально является намного более крупным рынком. Эти инвесторы делают ставку на терапию антителами, вырабатываемыми иммунной системой организма. Такие антитела способны блокировать шиповидный белок коронавируса, предотвращая заражение здоровых клеток.

Управляющий фондом Perceptive г-н Эдельман владеет акциями компании Regeneron Pharmaceuticals Inc. – лидера в области терапии антителами. Компания использует метод с моноклональными антителами, при котором ученые отбирают наиболее сильные антитела у переболевших коронавирусом пациентов или, как в случае с Regeneron, у мышей, которым была привита иммунная система человека, а затем клонирует их и делает лекарства.

В начале лета Regeneron планирует приступить к клиническим испытаниям. Компания намерена производить сотни тысяч доз препарата ежемесячно, начиная  с конца августа.

Роберт Нельсен, один из руководителей фирмы Arch Venture Partners, которая занимается венчурным инвестированием и в прошлом уже делала успешные ставки на иммунотерапию рака, в настоящее время оказывает поддержку компании VIR Biotechnology Inc., планирующей этим летом провести клинические испытания собственной моноклональной терапии антителами.

«Я тороплю их каждый день. Мы не знаем, каким будет вирус этой осенью – слабее, сильнее или точно таким же, как сейчас. В 1918 году вторая волна вируса была более сильной,  поэтому мы должны быть к этому готовы», – считает Нельсен.

В этом году акции Regeneron выросли в цене на 52%, обеспечив компании прирост рыночной стоимости на $23 млрд. Рост акций VIR достиг 148% и обеспечил прирост рыночной капитализации на $2,3 млрд.

Есть инвесторы, которые полагают, что разработка вакцины может негативно отразиться на акциях этих компаний. Однако, по мнению Нельсена, для поиска вакцины исследователям может потребоваться гораздо больше времени, чем это ожидалось ранее, что создает огромный рынок для лечения антителами.

«Вакцины никогда не бывают эффективными на все сто процентов, поэтому терапия антителами может иметь ключевое значение в профилактике повторной волны заражений», – утверждает он.

Одна из инвестиционных стратегий, нацеленная на достижение высокой прибыли, но сопряженная с высоким риском, – это покупка акций небольших компаний с хорошим потенциалом роста. И Эдельман, и Нельсен владеют крупными пакетами акций малоизвестной биотехнологической компании VBI Vaccines Inc., которая заявляет о нестандартном подходе к разработке вакцин. На момент закрытия торгов в прошлый четверг ее акции продавались по цене $2,07.

Спрогнозировать, какая именно вакцина окажется победителем, возможно, даже сложнее, чем сделать то же самое для лекарств от коронавируса. По ряду показателей пока лидируют китайские компании и группа исследователей Оксфордского университета. Некоторые компании утверждают, что будут распространять разработанную ими вакцину по себестоимости, что может негативно отразиться на прибыли других игроков. Тем не менее потенциальный рынок огромен. Часть инвесторов уверена, что для удовлетворения глобального спроса потребуется несколько видов вакцин. К примеру, недорогой вариант для молодых, более крепких, людей и более мощный препарат для тех, чей иммунитет серьезно ослаблен.

2WSJ копия_page-0001.jpg

Наибольший ажиотаж среди производителей вакцин вызвала компания Moderna Inc. После начала клинических испытаний на людях акции компании выросли на 230%. Стратегия Moderna заключается в создании вакцины с использованием генетической последовательности вируса, а не фактического генетического материала. Компания использует запрограммированный материал, так называемую матричную рибонуклеиновую кислоту (мРНК) с целью направить работу иммунной системы пациента на выработку антител, способных бороться с коронавирусом.

По словам Энтони Фаучи, директора американского Нацио­нального института аллергии и инфекционных заболеваний, этот метод просто поразительный, и он может позволить наладить быстрое производство вакцины. Над разработкой мРНК вакцины также работают Pfizer и немецкая компания BioNTech.

В то же время аналитики отмечают, что технология мРНК весьма дорогостоящая и ранее никогда не применялась для производства одобренных лекарств или вакцин. Уже сегодня рыночная стоимость Moderna составляет $24 млрд. Для сравнения: в начале текущего года компания стоила лишь $6,5 млрд. Что касается Pfizer, то эта компания уже сейчас стоит $211 млрд, и поэтому неясно, как сильно вакцина отразится на дальнейшем росте ее стоимости.

Впрочем, некоторые инвесторы весьма скептически настроены в отношении наиболее быстро растущих в цене компаний, которые заняты в борьбе с коронавирусом. К примеру, Лоулер из JFL Capital шортит акции небольшой фирмы Inovio Pharmaceuticals Inc. Несмотря на скромные успехи в прошлом, в этом году ее акции выросли в цене на 314%.

По словам официального представителя Inovio, в данный момент осуществляется первый этап испытаний вакцины от COVID-19. Компания ожидает получить результаты тестов уже в июне, продолжая тем временем работать над другими препаратами.

«Чем громче заголовок в сообщениях прессы, тем охотнее публика расстается с деньгами», – отмечает Брэд Лонкар из Loncar Investments, специализирующийся на инвестициях в сфере здравоохранения.

Перевод с английского языка – Танат Кожманов.

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_kaz.png