Перейти к основному содержанию

bavaria_seasonX_1200x120.gif


5675 просмотров

Председатель правления АО «Рахат» Константин Федорец: «Крупный кондитер – не лучшая идея для стартапа»

Константин Федорец рассказал Kursiv.kz, как развивается рынок кондитерских изделий, какие есть свободные ниши и как корейский конгломерат влияет на «Рахат»

Фото: Офелия Жакаева

Как развивается рынок кондитерских изделий, какие есть свободные ниши и как корейский конгломерат влияет на продукцию Алматинской кондитерской фабрики, рассказал председатель правления АО «Рахат» Константин Федорец. 

– Как Вы оцениваете сегодняшнее состояние кондитерского рынка? Насколько сложнее или проще кондитерам сегодня, в сравнении, например, с началом 2000-х годов?

– Говоря о рынке, он очень динамичен, меняется, игроков становится больше, особенно если сравнивать с началом 2000-х, в основном за счет игроков стран СНГ. В первую очередь из России, Украины, Беларуси. Уже практически все крупные производители этих стран представлены на рынке, и за их счет в основном и нарастает конкуренция. Что касается возможностей для новых игроков, то их становится меньше в силу конкуренции. Рынок достаточно зрелый, сформированный, в него труднее войти. Производство достаточно технологично с высокими требованиями к процессу, сырью, сотрудникам. Поэтому не самая лучшая идея начинать стартап – становиться кондитером, по крайней мере большим. Хотя, с моей точки зрения, какие-то ниши для небольших проектов на рынке есть.  

– Какие, например? 

– Крафтовые. Есть тенденция крафтовости, местечковости, когда в кондитерских производят не только торты и пирожные, но и шоколад. Хотя, как правило, шоколад производят из шоколадных масс уже известных производителей. Не нужно путать: то, что создано в кондитерской, это все же немного не то, что производится большим игроком. Не каждая кондитерская может покупать какао или какао-бобы, а потом превращать их в шоколад, потому что это сложный технологический процесс с дорогим оборудованием. А крафтовая выпечка, печенье – за этим есть будущее. Можно бесконечно экспериментировать и привлекать хипстерствующую часть аудитории к себе, тех потребителей, которые любят как раз уникальные продукты.  

– Сейчас довольно часто можно услышать от производственников, что требуется помощь государства… А что кондитерам нужно от государства? 

– Самый важный аспект – уравнивание условий для всех производителей. Крупным производителям нужно, чтобы все игроки действовали в рамках регламента Таможенного союза с жестким обязательным контролем его исполнения государством. В основном вызывает вопросы состав сырья. Есть регламент – он должен выполняться. Если за этим будет контроль, то импортеры и местные игроки будут в более-менее равных условиях. Как показывает практика, местные регламент исполняют. 

– Как Таможенный союз повлиял на отрасль? Производителям стало проще или сложнее конкурировать? 

– Когда не было союза, все импортеры имели примерно равные стартовые возможности. Сейчас в условиях ТС возможности импортеров изменились: те, кто имеет производство в рамках Таможенного союза, получают явное преимущество за счет единого пространства, отсутствия пошлин, налогов и так далее. При этом у большинства крупных международных игроков есть производство в России, и, имея глобальный бренд, они тем не менее являются местными игроками. Конечно, масштаб имеет значение. У крупных игроков более приятные условия в плане закупочных цен, что сказывается на окончательной цене. Фактически, если взять РФ, любой российский производитель больше всех вместе взятых казахстанских производителей. Соответственно, отсюда вопрос масштаба, закупочной цены и маркетингового бюджета. Маркетинговые бюджеты грандов отличаются в десятки раз от масштабов бюджета самого большого игрока казахстанского рынка – «Рахата», что уж говорить о более мелких производителях.  

– По экспорту двери должны бы открыться шире, но вопрос с товарными знаками все еще тормозит процесс… 

– Спасибо Ассоциации кондитеров, они проверяют иностранцев на въезде, что недопроверили они – проверяем мы, потому что у нас есть патенты, защищенные товарные знаки. История с товарными знаками тоже регулируется, но, скажем так, гораздо в более узком коридоре. Если это защищенный товарный знак, условно конфета с названием «Коктем», то на конфету «Весна» он уже не действует. В России немного по-другому. Что касается экспорта, по задумке плюсов много, наверное, РФ должна быть открыта – да, мы там продаем, но могли бы продавать больше, наша доля экспорта в Россию снижается именно потому, что местные производители, владеющие товарными знаками, в частности объединенные кондитеры, трактуют названия, написанные кириллицей и латиницей, а «Зеленый кузнечик» и «Кузнечик», «Зазнайка» и «Зайка» – названия, с точки зрения юристов, сходны до степени смешения. Скажем так, все эти конфеты – наследие Советского Союза, и по-хорошему, они сейчас уже все за объединенными кондитерами, но с нашей точки зрения, «Зазнайка» – это все же не совсем «Зайка», а «Ракушка-завитушка» не совсем «Рачки». Тем не менее наши клиенты вынуждены снимать с продаж такой продукт, и этот вопрос для нас актуален. 

– Нет возможности урегулировать отношения с объединенными кондитерами?  

– Позиция кондитеров нам понятна: они защищают свой рынок и свою долю. Товарные знаки за ними – они их честно защитили и получили. Просить их поделиться – наверное, это можно, но опять же в экономическом поле за это придется платить, а есть ли тогда смысл экспортировать? Наверное, нет, договориться вряд ли получится. Поэтому экспортировать продолжим конфеты с казахскими названиями – это исконно наши, невозможно зарегистрировать их на территории РФ. Да, это уменьшает наши возможности, но все же ключевой рынок для нас – Казахстан. Мы - казахстанский производитель, делающий казахстанский продукт для казахстанского потребителя. 

DSC06056.JPG

– Что касается казахстанского потребителя: лоялен ли он при возрастающей цене на продукцию?  

– Конечно, он голосует кошельком, но чувство патриотизма у казахстанцев стоит отметить отдельно. Оно присутствует, по крайней мере, в кондитерской отрасли ярко выражено, в том числе и у покинувших страну граждан: попробовав на новой родине, в путешествии, командировке продукты неказахстанского производства, понимают, что отечественный продукт более качественный. Да, я искренне считаю, что казахстанский продукт более качественный.

– Свой ассортимент планируете сокращать или расширять? 

– У нас сейчас более 400 наименований продуктов. Вообще, ассортимент – вещь живая, меняющаяся в зависимости от спроса. У нас есть неосвоенные текущие категории, в которые мы активно стратегически заходим, и там могут появляться новые продукты, но в то же время есть продукты, которые в силу определенных причин отжили свое и перестали пользоваться спросом, – это процесс естественный. Мы и будем жить примерно в рамках 400 наименований.  

– Что отжило? 

– Категория ириса – она отживает свой срок, потому что ирис – продукт из прошлого, который сейчас замещается другими видами конфет. Есть эксперименты в бисквитной группе с какими-то вкусами вафель, которые не прижились, – не прижившиеся выводим. Есть и шоколадные конфеты, которые перестают пользоваться спросом. Это не хорошо и не плохо, а просто факты. 

– А что еще, кроме печенья, производите в Шымкенте и почему именно там открыли фабрику?  

– Фабрика приобретена в 2013 году. Решение стратегическое, так как фабрика расположена в регионе с самой высокой плотностью населения, причем население молодое, активно растущее. Вообще, само здание изначально построено по американскому проекту в последние годы существования Советского Союза – очень хорошее технически и инфраструктурно оснащенное производство. Строилось именно как кондитерская фабрика, и до 2000-х годов в этом здании работала Шымкентская кондитерская фабрика. Фактически мы купили здание без оборудования и техники, но это было очень правильное, важное стратегическое приобретение. 

Фабрика производит бисквитную продукцию, зефир, мармелад и некоторые виды карамели – всего порядка 27% от нашего общего объема. Там работают около 800 человек. Шымкент – хорошее место для продолжения развития производства: много места и условия для создания рабочих мест прекрасные – всегда есть спрос на работу и достаточно много квалифицированных сотрудников. В этом году запускаем дополнительную могульную линию по производству мармелада, в следующем запустим линию по производству печенья. Это как раз та площадка, в которую мы планируем инвестировать и развивать. Сейчас ее общая загрузка порядка 90%, а у алматинской, на которой работают 2 800 сотрудников, наверное, уже порядка 105%. Дополнительных производств строить пока не планируем.  

– Какой объем инвестиций и какова их природа?  

– В 2018 году было инвестировано 3,7 миллиарда тенге. В этом году продолжаем вкладывать в производство, порядки будут такие же. Средства идут на развитие производства – мы инвестируем только собственные деньги. Lotte не выводит отсюда дивидендов, и все заработанное аккумулируется в «Рахате» для дальнейших инвестиций в развитие производства. Мы не нуждаемся в заеме средств, не кредитуемся в банках. Если есть госпрограммы поддержки и к нам с ними приходят, то мы от них не отказываемся. У Минсельхоза есть масса программ для местных производителей этого сектора, иногда они субсидируют до 30% запущенных производств, если нас приглашают, то с удовольствием работаем.  

– Обычно наоборот…  

– У нас так получается. Наверное, глупо оказываться, когда предлагают, но если мы такого предложения не получаем, то нас это не останавливает – мы изначально на это не рассчитываем. Что касается других производителей, это очень хорошие возможности, знаю, что они ими пользуются, осваивают дотации. 

– Lotte пока не изымает дивиденды. Это вопрос времени? Есть ли какие-то обозначенные финишные точки? 

– Это стратегический подход. Конгломерату интересно войти на рынок, обозначить позицию, начать зарабатывать и развивать местное предприятие. Lotte участвует в нашей жизни только на стадии защиты инвестпроектов и разработки стратегии. Ни в производственные планы, ни в рецептуру никто не вмешивается – бережно относятся к традициям и качеству. Они, скажем, дают возможность нам и используют ее сами, чтобы продавать на домашнем рынке что-то новое. Продукция корейского конгломерата, которую мы продаем, – наше внутреннее решение. Мы успешно завели ряд брендов, весной будет еще новинка. Мы видим возможность и используем ее – продукт с проверенным качеством, недешевый, но потребитель голосует кошельком.... Кей-поп-культура сейчас в Казахстане на пике, ее продукты гораздо более востребованы, чем в других странах СНГ. Это прекрасно, что наша молодежь ассоциирует себя с быстро развивающейся страной с такой интересной культурой. Кей-поп-культура не только в Казахстане «бумит», но даже в США, это общемировой тренд. Почему бы его не использовать?  

– Вы много говорите о качестве и традициях. Но тем не менее многие отмечают, что вкус продукции изменился… 

– Мы слышим и читаем мнения, что вкус продукции изменился. Как производитель с традициями ревностно относимся к этому. Прокомментировать могу так: раньше потребитель был менее пресыщен, было меньше возможности для сравнения, существовали ограничения, в том числе и материальные, на рынке. Сегодня все мы живем в открытом мире, и у многих есть возможность путешествовать, пробовать разные продукты. Из тех, с кем я общаюсь, люди достоверно не могут вспомнить, с чем именно сравнивают текущий продукт. Сладости – продукты из детства. Есть такое выражение: «когда деревья были большими» … Все детские впечатления – самые яркие, их сложно перебить. Что касается рецептуры, то ничего не менялось. По сырью – только самое качественное. Все так же, как и раньше. Но недовольные будут всегда, и мне всегда хочется спросить: «а что вы сейчас предпочитаете и сколько это стоит?» – чтобы была единая система критериев. При этом даже критикующие с гордостью дарят нашу продукцию иностранцам, возят в качестве гостинцев. Критикующих, надо сказать, намного меньше, чем тех, кто хвалит. Мы очень уважаем и ценим потребителя. 

DSC06049.JPG

– Как прокомментируете наличие соевых продуктов и пальмового масла в изделиях? 

– Что касается сои в шоколаде, то это тоже очень расхожий штамп. Помните, в Советском Союзе была соевая плитка с названием «Пальма»? Это был отвратительный продукт, я помню. Он стоил раза в три дешевле, чем шоколадка, но его невозможно было отскрести от нёба, он даже не пах какао и был невкусный. При этом, если бы сейчас появилось желание воспроизвести его, это было бы очень дорого, дороже, чем делать шоколад из натурального какао, и при этом невкусно. Какой в этом смысл? Что всех толкает к этой мысли: на шоколаде написано «соевый лецитин». Вообще лецитин – природный эмульгатор, вещество, влияющее на вязкость продукта. Лецитин был в шоколаде всегда, его применяют все производители – без него просто невозможно придать шоколаду форму Его содержание в общей массе продукта менее 0,5%. Лецитин – естественный продукт, он входит в состав всех клеток организма, клеточной оболочки – я врач по образованию и могу долго об этом говорить. Соевый лецитин – самый подходящий в плане использования натуральный продукт, без которого невозможно произвести шоколад. Кто утверждает, что производит в промышленных масштабах шоколад без лецитина, мягко говоря, лукавит. 

Пальмовое масло – та же история. Оно используется в кондитерской продукции всегда. Это один из видов растительного масла. В какой-то момент производители маргарина и других синтетических масел подняли волну, что пальмовое масло – вредный продукт. Пальмовое масло пальмовому маслу рознь. Есть дорогое пальмовое масло с низким содержанием трансизомеров (ниже 2% трансизомеров), именно его и используем. Местные кондитеры не применяют дешевые пальмовые жиры. Подсолнечное, рапсовое, сливочное масло, как показывает опыт, не обладают необходимыми качественными характеристиками, часто имеют специфический вкус, который ухудшает конечный вкус готовых изделий. С такими маслами мы можем печь печенье только в домашних условиях, потому что срок хранения невысокий – масло сливочное склонно к разложению и прогорканию на третьи сутки, подсолнечное живет чуть дольше – буквально в течение 18 дней начинаются необратимые процессы. Пальмовое масло стабильно, живет долго, переваривается, усваивается и растворяется полностью. 

– Откуда привозите сырье и что кроме муки используете местного?  

– Кроме муки из местного только вода. Соль везем из Беларуси и Польши, какао-бобы – из Ганы, сахар – из Польши, Украины, России, возили из Германии, орехи – из Бразилии, Калифорнии, Испании, Турции, Вьетнама, чернослив – из Испании, курагу – из Турции, вишню – из Сербии, мука местная, хорошего качества. На производстве ароматических добавок специализируется Австрия. У нас строгие технологи, и их не слишком волнуют экономические причины, в чем мы их поддерживаем. Картонная упаковка казахстанская, остальная – из России и Европы.  

– Сахарный вопрос сейчас не так остро стоит, как осенью, но не теряет актуальности. Возможно же повторение прошлогодней ситуации: Россия увеличит цены на сахар, Казахстан своего не произведет в достаточном количестве, да и в конце 2019 уже закончится период льготного ввоза сахара из стран за пределами ТС? 

– Да, в 2019 году льготные условия закончатся. В том, что происходит с сахаром, по моему мнению, у местных производителей с каждым годом возможность не выполнять программу все меньше и меньше. Я верю, что казахстанские производители начнут поставлять обещанное. Я думаю, что выбора особого у них нет…. Обещания и обязательства нужно сдерживать. Что касается цены на сахар, сейчас она на пике, и уже окончание льготного ввоза в 2019 году сильно на цену на сахар не повлияет. Рынок зависит от производства внутри СНГ – а там цена на пике. Опять же, немногие получили возможность ввозить льготно, не у всех производителей есть особый таможенный режим, соответственно, я не думаю, что для производителей в ближайшее время цена не сильно изменится. 

– Этой осенью будет спокойнее? 

– Сахар – волатильный товар, сильно зависит от урожая. В прошлом году была засуха в Германии, поздно созрел урожай в России, и его сбор пришелся на период дождей – масса совпадений, которая привела к удорожанию на мировом и российском рынке. Как видите, часть естественных причин, часть искусственных. Я сейчас много общаюсь с производителями муки и сахара – они сильно мониторят агентства, которые дают верный прогноз погоды, посещают конференции по прогнозированию. По прогнозам урожай будет хороший, а это значит, низкая цена. Пока мы смотрим на это со сдержанным оптимизмом.  


1 просмотр

Глава АО «Рахат»: «Россия даже в условиях Таможенного союза предпочитает действовать с позиции силы»

По словам предправления компании, продукцию фабрики «Рахата» в РФ постоянно арестовывают, а сама компания находится в тяжбах по товарным знакам

Фото: Офелия Жакаева

Председатель правления АО «Рахат» Константин Федорец посетовал, что российские производители кондитерских изделий препятствуют продажам казахстанского бренда на рынке России. В частности, Рахат постоянно втягивают во всевозможные тяжбы, из-за чего власти постоянно арестовывают продукцию компании.

«Россия даже в условиях Таможенного союза предпочитает действовать с позиции силы... Нас постоянно втягивают в тяжбы по товарным знакам... Мол, «Зайка-зазнайка» похож на «Зайку», «Зеленый кузнечик» похож на «Кузнечика», «Рачки» похожи на «Ракушку-завитушку». В результате остаются только казахские названия, которые россияне не могут оспорить. Нет предела беспределу, мы постоянно находимся в тяжбах. На их время власти арестовывают всю продукцию «Рахат» и магазины испытывают сомнения в плане дальнейшего с нами сотрудничества», - рассказал Федорец.

Константин Федорец рассказал, что Рахат пытался поговорить с российскими коллегами, и что раньше между компаниями был заключен «джентльменский пакт о ненападении», но после смены акционеров он не работает.

Так, по данным компании, экспорт продукции казахстанского производителя в Россию, в 2018 году снизился на 2%.

«Хотелось бы, чтобы наши власти также беспристрастно относились к нашим «друзьям по рынку», которые должны выполнять таможенный регламент, но некоторые данные дают мне основание полагать, что они его не выполняют. Поэтому мы начинаем эту работу по товарным знакам, но юридические службы российских кондитеров они очень мощные, полные и ведут с нами войну на много фронтов, в том числе и в Германии и Беларуси. На все хватает у них рук», - отметил он.

Он считает, что РФ нужно бороться не с казахстанскими производителями, а пищевым российским холдингом КДВ.

«С моей точки зрения, это стрельба из пушки по воробьям, потому что доля «Рахата» в России чуть больше 1%. Им нужно бороться с другими игроками, например, с КДВ. Тем не менее, бьют не местных, а бьют слабых и с этим приходится сталкиваться», - отметил Константин Федорец.

Также глава компании заявил, что хотел бы, чтобы казахстанские госорганы выполняли «протекционистские, омбудсменские функции». Защищали местный рынок от некачественной продукции.

«Хотелось, чтобы государство сделало анализ продукции зарубежных производителей, некоторые данные дают мне основания заявлять, что не все его выполняют (регламент по составу продукции). Если я буду проводить анализ и представлять результаты – это будет неверно истолковано, так как я лицо заинтересованное. Но если государство это сделает, проведет, то я – заплачу, чтобы поставить всех в равные условия», - заключил он.

 

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

В Казахстане недавно обновился кабинет министров во главе с премьер-министром. Как Вы считаете, на какие проблемы нужно обратить внимание новому правительству прежде всего?

Варианты

Цифра дня

29
лет
возглавлял Казахстан Нурсултан Назарбаев

Цитата дня

Как президент Казахстана я принял решение о сложении полномочий...

нурсултан назарбаев
Президент Казахстана

Спецпроекты

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций

Home Credit Bank

Home Credit Bank