Перейти к основному содержанию

bavaria_x6_1200x120.gif


3596 просмотров

Лилия Рах, байер сети магазинов Sauvage: «У казахстанской fashion-индустрии нет своего лица»

Байер Sauvage Group рассказала Kursiv.kz о проблемах, с которыми сегодня столкнулась отечественная fashion-индустрия

Фото: Офелия Жакаева

Имя Лилии Рах не нуждается в представлении как на модном рынке Казахстана, так и далеко за его пределами. Байер сети магазинов Sauvage, в которых представлены многочисленные всемирно известные бренды, рассказала Kursiv о проблемах, с которыми сегодня столкнулась отечественная fashion-индустрия.

– Лилия Робертовна, работа байера – ведь это не только творчество и креатив? По Вашему мнению, какие в этой профессии самые важные аспекты?

– 20 лет назад, когда я только начинала работать байером, мне казалось, что кроме погоды и настроения ничего не влияет на мою работу, оказывается, влияет все! Нужно иметь не только аналитический склад ума и уметь считать, важно уметь чувствовать настроение страны. Например, какой вектор направления выбрать в настоящее время, в кризис. Многие люди путают деятельность шопера и байера, хотя она значительно отличается. Шопер работает на своего персонального клиента, он должен знать характер, чувствовать эмоции, запахи, настроение, какой образ жизни ведет его клиент, а байер работает не только на своего гостя, а на переменчивое настроение улицы, страны, мира… Такая чуткая фигура, как байер, должна постоянно держать руку на пульсе и знать, где будет отдых в следующем сезоне, какие книги сегодня читают, какое смотрят кино. Даже в цвете нужно тонкую чувствовать грань: нужен в этом сезоне глобальный черный или не нужен, нужна ли женственность эмансипированной дамы или нет. Необходимо постоянно быть в курсе событий и понимать, на что сейчас обратить внимание и что будет можно через год не только в нашем доме, но и в мире в целом.

– Вы знакомили некоторых наших отечественных дизайнеров с культурой модного мира Европы. Почему они не смогли добиться успеха за рубежом?

 – Не хватило материальной базы, не хватило тканей, которые нужны были для подачи. Закупалось то, что было подешевле, не было возможности, чтобы организовать путешествие для поиска определенных тканей, даже, например, в Индию, Турцию, Корею. Просто не хватает средств. Нам не хватает школ для обучения дизайнеров. Но для этого опять нужна материальная база. Например, я с удовольствием предоставлю дизайнерам для практических занятий свою территорию Sauvage. Нужно обязательно организовывать практические занятия по моде, чтобы понимать, что такое ДНК, что такое лекало, что такое имя, которое мы даем, что такое лейбл (фирменный знак на одежде. – Kursiv.kz) и как его создавать. Нужно знать историю сегодняшнего сезона, текущие тенденции, чтобы потом создать индивидуальную коллекцию, не копируя зарубежные бренды. Это же не просто пошив вещей, это намного больше.

– Что Вам не нравится в работе отечественных дизайнеров?

– Единственное – это то, что казахстанские дизайнеры стараются повторять европейские бренды. Не нужно никого копировать. Мне нравятся те работы отечественных дизайнеров, в которых я вижу взаимосвязь с родным краем, землей, историей страны, какими-то традициями. И таких дизайнеров я с большим удовольствием поддерживаю. Давным-давно у меня сложились теплые отношения с Айгуль Куандыковой. Мы очень много разговариваем, и в этих беседах рождаются новые идеи, которые она потом воплощает в своих коллекциях. Я считаю, что принимала участие (как Айгуль сама говорит, дополнила) в ее становлении, развитии как дизайнера. И я считаю ее очень талантливым человеком.

IMG_6056_1_0.jpg

– Однако Алексей Чжен на сегодняшний день остается единственным отечественным дизайнером, бренд которого представлен в Sauvage?

– Алексей очень талантливый человек. Помимо того, что он совместно с Саятом Досыбаевым создал Казахстанскую неделю моды и внес неоценимый вклад в развитие отечественной fashion-индустрии, открыв для казахстанцев новые имена, он создает уникальные коллекции! Бренд Alex Chzhen представлен в Sauvage последние несколько лет. Мне нравится то, что он делает сейчас, насколько профессионально и неповторимо он это делает. Такие коллекции сегодня не создает никто. Он стал глубже заниматься своим творчеством и больше времени ему уделять. Мне очень нравятся его пиджаки ручной работы (пэчворк. – Kursiv.kz). Таких нет нигде, их нужно вывозить за пределы нашей страны и показывать эту работу на международных подиумах. Это колоссальный труд и талант. Это не просто пошив модного в этом сезоне платья, которое можно найти у различных дизайнеров подороже или подешевле с различной цветовой гаммой. Попробуйте найти такой пиджак!

Он первым в нашей стране создал детскую коллекцию одежды, затем детские коллекции были созданными остальными отечественными дизайнерами. Он очень любит детей. Его детские коллекции – это очень трогательно и мило, раньше у нас детских коллекций практически не было. Это тот человек, который может научить молодых дизайнеров многому. Именно Алексей хочет, чтобы казахстанскую моду в рамках страны или за ее пределами представляли настоящие дизайнеры. Мы вместе хотим и стремимся к тому, чтобы у казахстанской fashion-индустрии было свое имя, свое лицо. Потому что сегодня мы говорим о моде, о показах, о дизайнерах, но у нас нет конкретного имени, которым можно было бы гордиться. В России такие имена есть: Алена Ахмадуллина, Игорь Чапурин, Ульяна Сергеенко, Игорь Гуляев. Это люди, которые заявили о себе, заняли свою твердую позицию в модном мире, и именно они представляют Российскую Федерацию. О них знают, их поддерживает власть, которая активно продвигает российскую моду в лице этих людей. Уже организован шоу-рум в Париже, который представляет мой друг и коллега (международный байер. – Kursiv.kz) Гоша Ростовщиков. То есть российская fashion-индустрия имеет свое лицо. У нас оно отсутствует.

– Почему? И что нужно сделать для того, чтобы у казахстанской fashion-индустрии появилось свое лицо?

– Во-первых, в Казахстане нет поддержки страны и города в целом, дизайнерам очень трудно занять свое место под солнцем, потому что действительно не хватает средств. В талант нужно вкладывать, талант нужно растить… И без материальных вложений здесь, к сожалению, ничего не получится, нужна поддержка, чтобы человек мог заниматься любимым делом и создавать. Ведь очень многие заявляли о себе, а творчество их так и не получило достойного признания. Талантливые люди у нас работают, как портные, от чего я пытаюсь их увести. Когда я разговариваю с кем-то из отечественных дизайнеров, я всегда говорю: «только не опуститесь до портного, боритесь, стучите во все двери». Не надо ограничиваться тем, что ты получил определенный бюджет, согласно которому можно создать коллекцию.

Нужно расширять свои мечты, каждому дизайнеру искать какого-то продюсера, который будет его продвигать и стучаться во все двери – министерств, наших олигархов, акимата, отделов культуры. Чтобы наконец-то мы выбрали это лицо и начали его «растить». Потому что лицо должно быть у города, у страны, у какой-то отрасли. У нас же есть лицо в нефтяной отрасли, в национальных компаниях, но в fashion-культуре его нет. Есть люди, которые посвятили свою жизнь развитию fashion-индустрии в Казахстане: я, Алексей Чжен, Сакен Жаксыбаев, Саят Досыбаев, но нас никто не поддержал. Но за все эти годы для развития модной индустрии нашей страны сделано было очень многое.

Мне становится грустно от той мысли, что Лилию Рах и Алексея Чжена знают больше в Европе и оценивают по работе больше в Европе, России, Грузии и Азербайджане, чем в Казахстане. Там ты почетный гость, там из тебя делают какой-то культ. Когда я впервые с этим столкнулась, я была удивлена. Здесь я просто человек, который работает, и более того, я даже ассоциируюсь со спекуляцией. Как будто бы я на людях больше зарабатываю – на самом деле такое мнение оскорбительно. Моя миссия как байера очень знаковая, если ее делать профессионально. Поэтому она и получила оценку на Западе. Я знакомлю казахстанцев с fashion-культурой всей земли. То есть я здесь показываю картинку fashion-мира. Мы уже с Алексеем Чженом организовали Sauvage Fashion Days (Неделя моды Sauvage – Kursiv.kz) при поддержке акимата для того, чтобы наши отечественные таланты увидели то, что делают за рубежом; чтобы стилисты, дизайнеры, байеры понимали, до какого уровня нам нужно идти. Ведь не у всех есть возможность выехать и посмотреть на то, как выглядит мода на мировых подиумах. Нужно правильно создавать коллекцию, правильно делать показы, не просто картинку нарисовать, а создать единый образ. Я хочу, чтобы казахстанцы поверили, что мода есть в нашей стране, что она хорошо подана не только мной, но и другими людьми.

– Какие, на Ваш взгляд, существуют проблемы в развитии отечественного модного рынка?

– В нашем мире моды сегодня царит хаос. Fashion-рынок нужно упорядочить в Казахстане. За это должен кто-то взяться. Должна быть изучена ситуация, должен быть грамотно продуман маркетинг и вход на fashion-рынок должен быть постепенным, осторожным и грамотным. Я очень желаю, чтобы кто-нибудь проявил себя и упорядочил этот хаос. Fashion-культура – это огромная часть культуры в целом нашей страны. Это и есть лицо культурной жизни Казахстана.

– Нурсултан Назарбаев призывает, политиков, бизнесменов и всех граждан страны носить одежду Made in Kazakhstan, поддержать тем самым отечественных производителей… Не считаете ли Вы, что на деле этой фразой все и заканчивается? Что надо сделать, чтобы реально поддержать отечественного производителя?

 – Нужно организовать на государственном уровне сообщество фэшэнистов, то есть сообщество людей, которые как раз будут понимать, как продвигать fashion-культуру страны на международном уровне. Это должны быть люди неслучайные, они должны работать в мире моды, должны иметь талант, это должны быть люди, которые знают, что такое мода, и заинтересованы в развитии моды этой страны. Нужно организовать такое сообщество, которое разработает свою стратегическую программу развития fashion-индустрии страны. Затем определенное министерство должно этот план поддержать, утвердить, выделить определенное финансирование, и на фоне этой программы должна быть создана школа, которая будет обучать не просто дизайнеров, а будет обучать fashion-культуре в целом. Она должна учить и фэшенистов и будущих дизайнеров, и через эту школы Министерство культуры и спорта Республики Казахстан должно наладить порядок развития fashion-культуры здесь, в нашей стране. Нужно четко утверждать вход какого-либо бренда в нашу страну и в наш город. Вот, например, в Москве можно кому-то одному представлять один бренд, а у нас бренд Brunello Cucinelli (Брунелло Кучинели. – прим. Kursiv.kz) представляют два дистрибьютора официально. А сколько еще не официальных? И вот fashion-сообщество должно корректировать такие вопросы, наладить порядок в модной индустрии Казахстана. Так что нужно начать с объединения людей, которые будут заинтересованы в развитии индустрии.

– Кредитуют ли казахстанские банки второго уровня отечественных дизайнеров?

– Fashion – не нефть. Байеров банки вообще не кредитуют. А те проценты, под которые банки кредитуют, – нереальные. Их выплатить невозможно. Я считаю, что политику банков для развития нашей страны и fashion-индустрии нужно поменять.

Например, в развитых европейских странах весь малый и средний бизнес кредитуют с минимальной процентной ставкой. Она варьируется от 1,5% до 2% годовых, а у нас минимальная процентная ставка  – 20% годовых. И этим все сказано. При этой нагрузке мы должны сохранить цену для клиента, должны заплатить налоги, зарплату, коммунальные услуги, мы должны нести логистические расходы, а транспорт, ввиду нашей географической позиции, очень дорогой получается. Кроме того, мы должны сделать сервис уровня lux, сегодня даже если ты представляешь бренд в масс-маркете, ты должен следить за тем, чтобы сервис был на уровне lux, чтобы быть номером один на рынке. Все эти расходы знаковые. Дизайнерам и байерам нужна поддержка банка с приемлемыми и комфортными условиями.

– Поддерживаете ли Вы деятельность Алексея Чжена, Саята Досыбаева за рубежом? Например, в организации и проведении Недели моды в Азербайджане?

– Я их поддерживаю везде. Вы понимаете, Азербайджан нанимает казахстанских основателей для того, чтобы организовать свою неделю. Это знаковое событие. Мы должны этим гордиться. На самом деле в нашей стране много талантливых людей, но мне печально, что таланты мы не поддерживаем, не раскручиваем, не пиарим, не возносим на должный уровень. А в России, например, таких людей поддерживают, делают из них историю и несут эту историю дальше, потому что это и есть гордость страны. Казахстанцы, наделенные определенными талантами в любой сфере – шоу-бизнесе, fashion-бизнесе, мире искусства, художники, архитекторы, скульпторы – они не воспеты. Их не знают наши граждане, не говоря о мировом признании, о мировой популярности. Мы как-то их прячем. И я не понимаю, почему... Наши обеспеченные соотечественники колоссальные деньги тратят на то, чтобы пригласить выступать иностранных артистов, хотя у нас в стране столько талантливых людей. И, к сожалению, им не платят должных денег, не приглашают выступать на закрытых мероприятиях. У нас в некоторых магазинах наняты байеры, которым платят большие деньги, а они не знают, что нужно казахстанскому клиенту. А казахстанский клиент очень специфичный. И за 22 года своей работы я точно знаю, что нужно казахстанскому клиенту. Но я здесь как байер не нужна…

– Потому что видят в Вас конкурента?

– Я из этой страны. Я – член этой команды. Я живу рядом с каждым казахстанцем и знаю, какое настроение у людей летом, зимой, весной и осенью. Когда смотришь какие-то конкурсы по телевидению и понимаешь, что участникам, например, каких-то музыкальных конкурсов не хватает стилизации. Я готова этим заняться. Мы должны все друг другу помогать, приносить пользу, взаимодействовать друг с другом, сотрудничать.

IMG_6050_1.jpg

– Есть ли будущее у казахстанских дизайнеров?

– Конечно, есть! Нужно только желание трудиться. Я когда смотрю историю казахского костюма, задаюсь вопросом: «Почему мы делаем, как на Западе, подобие бренда Ralph Lauren или Lanvin? Почему мы не отталкиваемся от истории, чтобы создать что-то свое?». Цвет казахского исторического костюма, цвет степи, нашего неба, наших озер – он же особенный, согласно нашему территориальному климату. Терракотовый цвет – это цвет Востока, просто Модный дом Hermes в свое время его правильно использовал. Мне не нравится, что у нас дизайнеры не вдохновляются этим всем. Мне кажется, художник, а дизайнер – это художник, должен передавать в своем творчестве основное достояние страны, ее истории. У нас особая зелень, особый цвет воды, степи, только в Казахстане есть такие потрясающие маковые поля. Именно эти аспекты должны давать развитие таланту и гениальности. Дизайнер из Лондона Mary Katranzou создала шедевральный платок, на котором изображено маковое поле. Дизайнер из Лондона создала шедевр из казахстанских маковых полей. Назовите мне хоть одного дизайнера из Казахстана, который бы это сделал… Alexander McQueen (Ли Александр Маккуин. – Kursiv.kz), например, сначала шил платье, а потом его красил. Вот если бы кто-то из отечественных дизайнеров сшил платье, а потом его покрасил в это маковое поле с сохранением природного цвета, было бы замечательно и по-особенному.

– Есть ли возможность у отечественных дизайнеров работать с Лилией Рах?

– Я открыта для всех. Мне нравятся талантливые и трудолюбивые люди, и если будет создана интересная коллекция, я готова быть рядом и поддержать этого дизайнера. Я всегда готова посоветовать, дать правильное направление: как дальше двигаться, через кого, где найти фабрику, где найти людей, которые смогли бы твой талант продвигать, в каких шоу-румах мира выставляться. Лилия Рах открыта для всех в этом плане, потому что я родилась на этой земле и хочу, чтобы всему миру был известен дизайнер из Казахстана. Для меня это очень важно, чтобы имя нашей страны прозвучало на мировом уровне.


1649 просмотров

В Атырау может закрыться единственная в нефтяном регионе текстильная фабрика

Одна из главных проблем – отсутствие налаженной системы поставки сырья на производство

Фото: Тамара Сухомлинова

Уникальное для Атырау предприятие, осуществляющее полный цикл обработки, выпуска и реализации изделий из шерсти, столкнулось с большими производственными трудностями. Созданная по инициативе частного инвестора и поддержанная АО «СПК «Атырау», компания, по сведениям корпорации, перестала погашать долги по займам. Одна из главных проблем – отсутствие налаженной системы поставки сырья на производство.

Пледы и одеяла

Как рассказал «Курсиву» менеджер департамента по управлению активами и дочерними, зависимыми организациями АО «СПК «Атырау» Руслан Кабиев, инициатором проекта «Комплекс по первичной обработке шерсти и производству шерстяных изделий» является физическое лицо – Сейтжан Балжигитов. СПК «Атырау» поддержала идею финансово, выделив заем на строительство производственных помещений и закупку оборудования фабрики.

Проект был реализован в два этапа: вначале был построен цех по первичной обработке шерсти – мойка и подготовка, затем  введены в строй объекты по производству изделий из шерсти. Было закуплено и установлено оборудование, привлечены специалисты. Общая стоимость проекта составила свыше 3,1 млрд тенге. Управляющей компанией стало созданное для реализации проекта ТОО «Caspiy Lana Atyrau». 51% доли предприятия принадлежит инициатору проекта, 49% – АО «СПК «Атырау». По словам, г-на Кабиева, финансирование проекта велось соответственно принадлежащим сторонам долям. Фабрика полностью была запущена в 2015 году.

Проектная годовая мощность предприятия – переработка 100 тонн верблюжьей, 350 тонн овечьей шерсти и производство 400 тыс. погонных метров шерстяного полотна, из которого в дальнейшем выпускались одеяла и пледы. Было открыто 40 постоянных рабочих мест.

В чем проблема?

Выпущенная продукция потребителям понравилась. Но недавно стало известно, что предприятие перестало обслуживать свои финансовые обязательства.

«В последний раз они платили по нашему кредиту в 2017 году. До последнего времени мы как такового участия в жизни предприятия не принимали. Но, проведя анализ, увидели, что работа не налажена. Деятельность товарищества в данный момент приостановилась. Одна из главных причин –  отсутствие сырья», –  сообщил «Курсиву» Руслан Кабиев.

По его словам, проблемы завода возникли из-за слабого менеджмента, неумения вовремя договариваться с поставщиками шерсти.

«Мы увидели, что предприятие переживает не лучшие времена, и СПК пришла к выводу, что необходимо менять менеджмент предприятия. Мы хотим, чтобы это производство действительно достигло своей проектной мощности, вышло на безубыточное состояние», –  поясняет г-н Кабиев.

Дайте шерсти

Между тем в интервью «Курсиву» директор ТОО «Caspiy Lana Atyrau» Назгуль Есмаканова отметила, что предприятие не останавливалось, что действительно, есть определенные сложности, но они все решаемы.

«Сегодня объем промываемой шерсти на фабрике составляет 30% от производительной мощности. «Мы делаем из шерсти пух и пряжу, создаем заготовку. И когда поступает заказ, из этого сырья производим конечную продукцию», –  рассказывает Назгуль Есмаканова.

На складе фабрики есть готовая продукция, но не в том объеме, чтобы она просто так лежала. «Одеяло такая вещь, которую может съесть моль или мыши. И мы не можем вот так наобум выпускать эту продукцию лишь бы выйти на производительную мощность», –  объясняет ситуацию руководитель предприятия.

Она рассказала и о ряде проблем, с которыми столкнулась компания. Устранить их можно, по ее мнению, вместе с государством. В частности, г-жа Есмаканова считает, что проблему отсутствия сырья можно решить, включив шерсть в список продукции, закупаемой у крестьянских хозяйств сервисно-заготовительными центрами (СЗЦ), созданными при местных акиматах.

«СЗЦ занимаются закупкой молока и мяса, и они финансируются государством по льготной программе. Мы просим, чтобы включили в эту программу и шерсть, чтобы был централизованный пункт сбора шерсти. В настоящее время мы своими силами делаем закупку шерсти, но этого мало», – говорит г-жа Есмаканова.

Сталкивается предприятие и с нелегальными скупщиками сырья, которые перепродают его китайским покупателям. «Большинство крестьянских хозяйств заинтересовано продавать шерсть китайцам за наличные деньги, нежели нам по договору, потому что они потом должны платить налоги. Если бы государство субсидировало часть суммы заготовителям сырья, то они, конечно, сдавали бы сырье официально», –  продолжает бизнесвумен и добавляет, что такая практика применяется в Туркестанской области при закупке мериносовой шерсти, где Caspiy Lana закупает верблюжью и шерсть грубошерстных пород овец.

Китайский дешевле

Продукция предприятия качественная, но, признаться, не дешевая. Изначально фабрика создавалась с расчетом, что будет поставлять свою продукцию казахстанской армии, оснащать железнодорожные вагоны, специальные государственные учреждения, школы и интернаты.

«Но когда встал вопрос о ценовой политике, оказалось, что завозить из Китая дешевле. Выяснилось, что у нас в основном закупают полушерстяные одеяла по 3,5 тыс. тенге за штуку. А мы одеяло, из белой полутонкой овечьей шерсти продаем за 7 тыс. тенге. Когда нам говорят, что это дорого, мы объясняем, что качество нашей продукции намного лучше. И прослужит она более восьми лет, в отличие от китайской, которая годна только два года», –  говорит Назгуль Есмаканова.

По ее словам, производить в Казахстане полушерстяные одеяла невозможно, поскольку у нас не выпускают синтетику.

«Ближайшие производители расположены в Беларуси и Китае. И синтетика, если ее сюда импортировать, стоит дороже, чем шерсть. Получается, смысла нет делать полушерстяное одеяло, поскольку стоимость его будет такая же, как и шерстяного», – убеждена собеседница «Курсива».

Директор Caspiy Lana Atyrau также отметила, что компания собирается открыть точки реализации в Москве и Шанхае. Продукция, созданная из натурального сырья, украшенная национальным орнаментом, очень нравится иностранцам. В Казахстане магазины работают в Нур-Султане, Алматы, Актау и Атырау.

«В Европе же хотят закупать не готовый товар, потому что у них есть аналогичная продукция, а сырье в виде пуха и пряжи. Конечная продукция будет продаваться в большей степени, как эксклюзивный товар, в подарочной упаковке», –  отмечает она.

План – по плану

Что касается реализации сырья, то фабрика уже отправила образцы продукции собственного производства в Германию. Там они были протестированы, и немцы готовы приобретать шерстяную пряжу атырауского производителя.

«В марте мы заключили договор с итальянской компанией Bonatti. Они хотят, чтобы мы поставили подушки и стеганные одеяла, наполненные верблюжьим пухом, для общежития на 350 человек на Тенгизе. Сначала заказчик сделал пробную закупку, отправил ее в Италию, где провели тесты», –  делится предпринимательница.

Проблему нехватки кадров компания решает сама. Она оплатила обучение 10 студентов в Московском государственном университете технологий и управления имени К.Г. Разумовского. В Казахстане, как выяснилось, не готовят технологов по шерсти, ткачих и прядильщиц.

Говоря о невыплатах по кредиту, Назгуль Есмаканова отметила, что компания не отказывается от своих обязательств.

«Недавно мы провели встречу с представителями акимата области и СПК, где пришли к консенсусу, что совместно с СПК будем реализовывать этот проект. Составим график платежей, который реально можем исполнять», –   заверяет она.

Для справки отметим, что, согласно данным Казахстанского института развития индустрии, объем производства продукции легкой промышленности в РК в январе-декабре 2018 года составил 93,7 млрд тенге, что в номинальном выражении на 3,1% ниже аналогичного периода 2017 года.

При этом за 11 месяцев прошлого года по сравнению с аналогичным периодом 2017 года экспорт продукции легкой промышленности уменьшился на 15,7% до $179 млн. Тогда как импорт продукции легкой промышленности за январь-ноябрь 2018 года составил $1 млрд 281 млн, что выше аналогичного показателя 2017 года на 15,6%.

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Депозиты в какой валюте вы предпочитаете?

Варианты

d1fHAmG5BPI.jpg

Цифра дня

Более 7 млн
тенге
получит из бюджета каждый кандидат в президенты РК на агитацию

Цитата дня

Сегодня я выступаю перед вами не в качестве президента страны: ради интересов страны и народа я принял непростое, но продуманное решение о прекращении своих президентских полномочий… Вся моя работа будет заключена в том, чтобы поддержать деятельность нового президента и обеспечить транзит в спокойной обстановке и продолжать ту работу, которую мы начали

Нурсултан Назарбаев
экс-президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций

Home Credit Bank

Home Credit Bank