Перейти к основному содержанию

bavaria_x6_1200x120.gif


3525 просмотров

Travel-рынок Казахстана: онлайн или офлайн?

Основатель Santufei.com Асхат Омаров рассказал Kursiv.kz об особенностях рынка, конкуренции и планах на будущее

Фото: Офелия Жакаева

Казахстанский travel-рынок продолжает активно развиваться, но до сих пор основным конкурентом онлайн-сервисов по поиску, бронированию и продажам авиабилетов остаются офлайн-кассы и сами авиакомпании. К тому же казахстанским сервисам приходится конкурировать не только между собой, но и с иностранными игроками. Об особенностях рынка рассказал основатель Santufei.com Асхат Омаров.

– После объединения Aviata и Chocotravel конкуренция на рынке стала жестче?

– Я бы не сказал, что мы чувствуем острую конкуренцию. Рынок достаточно большой для трех-четырех игроков, которые смогут спокойно функционировать на нем. Места хватает всем, и до сих пор большая часть travel-рынка находится в офлайне. У нас есть огромный объем впереди, который нужно оцифровать. Опасений, что места не хватит, нет.

– Как сейчас распределяются доли travel-рынка между офлайн- и онлайн-игроками?

– Офлайн занимает 75%, остальные 25% рынка онлайн делят между собой четыре основных игрока. Наша доля – примерно четверть, столько же у Tickets.kz, оставшиеся 50% приходятся на объединенные Aviata.kz и Chocotravel. Итого четыре заметных игрока, которые занимаются продажей билетов онлайн.

– На что делают ставку для привлечения клиентов онлайн-сервисы?

– Если сравнивать цены, то они примерно одинаковы во всех компаниях. Рынок достаточно зарегулирован, сами авиакомпании не поддерживают демпинг агентств и предоставление больших скидок. Некоторые компании делают это очень жестко, вплоть до отключения. Демпинговать и конкурировать только ценой уже невозможно, да и не слишком работает – и мы в свое время пробовали, и наши коллеги. Клиенты смотрят на качество продукта, качество мобильного приложения, его красоту, функциональность, удобство и вызывает ли оно в целом доверие для совершения покупок. Очень много факторов, которые влияют на конверсию и количество клиентов. У нас два основных направления продаж – розница и корпоративный продукт. Мы разрабатываем систему управления командировками. Если рассматривать весь рынок продажи авиабилетов, то он составляет порядка $1 миллиард и половина – корпоративный рынок (командировки, вахты). Это направление мы активно развиваем, и сейчас у нас примерно 1 тысяча клиентов. Все потребители привыкли использовать топовые приложения от мировых компаний («Фейсбук», «Инстаграм»), и если ты будешь делать гораздо хуже, то человек, скорее всего, вообще откажется от покупки. Сегодня важно делать приложения мирового уровня.

– Насколько сложно было сделать приложение мирового уровня и кто вам его разрабатывал?

– Мы делали самостоятельно, казахстанские разработчики. Сделать было сложно, компания четыре года на рынке, а мы до сих пор работаем над улучшением, и этот процесс бесконечен. Диджитал-рынок – реактивный. Очень быстро меняются тренды, мы должны за этим следить и быть «на волне». Будучи онлайн-игроком, мы не конкурируем с авиакассой, которая стоит где-то в центре города. Наши основные конкуренты сами авиакомпании, российские и международные сервисы по продаже билетов онлайн. Даже с россиянами конкурировать сложно – у них больше кадров, капитала, да и диджитал-сфера в целом более развита за счет того, что они начали в начале 2000-х годов. У них больше ресурсов, но мы ближе к потребителю и нам проще сделать продукт под него.

– А почему среди конкурентов и авиакомпании?

– Казахстанцы, которые покупают билеты на сайтах авиакомпаний - это достаточно большая аудитория. Причем многие пользуются нашим сервисом как поисковиком, но в итоге идут покупать напрямую. Это, в основном, аудитория старше 35 лет, которая пока не слишком доверяет мобильным и онлайн-покупкам. Эти пассажиры, как правило, летают не чаще двух раз в год, и для них скорость и удобства, которые предоставляем мы, не слишком важны. Основная аудитория онлайн-travel-агентств – люди в возрасте 25–34 лет, которые часто летают, им более понятен один партнер, нежели десятки в лице авиакомпаний. Кроме того, они ценят время и не хотят заполнять многочисленные профили и многократно вводить данные.

– Как считаете, онлайн-travel будет видоизменяться в Казахстане?

– Рынок онлайн-тревел расти будет. Вообще, по прогнозам, мировой рынок авиаперевозок к 2050 году удвоится. Этот тренд не обойдет и Казахстан. При этом в стране очень высокая мобильность: у нас люди достаточно много путешествуют. Быть может, в силу ментальности и образа жизни. Например, отправиться на свадьбу к троюродной сестре, живущей в Атырау, – норма. Казахстанцы отправляются в путь по таким поводам, по которым европейцы, американцы, да даже россияне не поехали бы. Но такие поездки невозможно спрогнозировать, к тому же у нас люди редко бронируют билеты заранее.

– Вы на рынке четыре года, но активно из них работаете чуть больше двух лет. Как долго шла подготовка к запуску проекта?

– Технически запустились мы через полгода после старта, но потом поняли, что продукт необходимо дорабатывать. Точнее, сделали с нуля, но более качественно и без спешки, и на это ушло еще больше года. У нас не было опыта ни в разработке сайтов, ни в продаже билетов. Я сам занимался IT, но в другом направлении.

– Как видоизменилась команда?

– Начинал я сам, потом присоединился еще один человек, позже команда выросла до пяти сотрудников, и этим составом работали полтора года. Сейчас у нас более 30 сотрудников. Но с кадрами сложно, поскольку сфера диджитал развита слабо, на рынке мало людей, у которых есть релевантный опыт и которые могут делать продукт самостоятельно. В основном, мы нанимаем людей и уже обучаем в компании.

– А насколько это сложный бизнес?

– Скажем так, непростой. Вообще, за три года рынок кардинально поменялся. Нигде нет инструкции, как открыть онлайн-авиакассу, хотя на первый взгляд кажется, что это легко. Рынок консервативный – устоявшиеся потоки, партнеры. Новичкам неохотно доверяют и начинают замечать лишь после старта активных продаж. Тогда авиакомпании сами предлагают сотрудничать. Их тоже можно понять – желающих работать в этой сфере было очень много. За время, пока мы работаем, появлялось компаний 15, но сейчас работает только четыре.

– Как много инвестиций потребовалось?

– Точно не смогу сказать. Был собственный капитал, потом мы привлекали $350 тысяч в 2016 году. В то время были уже продажи, компания росла, привлеченные средства пустили на развитие и укрепили рост. Пока мы не слишком активно рассматриваем привлечение дополнительных инвестиций. Если они и будут, то уже иностранные и несколько позже. За 2018 год мы в объемах продаж выросли в 2,5–3 раза, прибыль еще немного больше, потому что чем больше мы продаем, тем лучшие условия получаем от поставщиков. В этом году запустим дополнительные сервисы, расширим линейку предоставляемых продуктов, планируем запуск в других странах. Казахстанский рынок на самом деле небольшой, и скоро тут нам уже станет скучно.


1649 просмотров

В Атырау может закрыться единственная в нефтяном регионе текстильная фабрика

Одна из главных проблем – отсутствие налаженной системы поставки сырья на производство

Фото: Тамара Сухомлинова

Уникальное для Атырау предприятие, осуществляющее полный цикл обработки, выпуска и реализации изделий из шерсти, столкнулось с большими производственными трудностями. Созданная по инициативе частного инвестора и поддержанная АО «СПК «Атырау», компания, по сведениям корпорации, перестала погашать долги по займам. Одна из главных проблем – отсутствие налаженной системы поставки сырья на производство.

Пледы и одеяла

Как рассказал «Курсиву» менеджер департамента по управлению активами и дочерними, зависимыми организациями АО «СПК «Атырау» Руслан Кабиев, инициатором проекта «Комплекс по первичной обработке шерсти и производству шерстяных изделий» является физическое лицо – Сейтжан Балжигитов. СПК «Атырау» поддержала идею финансово, выделив заем на строительство производственных помещений и закупку оборудования фабрики.

Проект был реализован в два этапа: вначале был построен цех по первичной обработке шерсти – мойка и подготовка, затем  введены в строй объекты по производству изделий из шерсти. Было закуплено и установлено оборудование, привлечены специалисты. Общая стоимость проекта составила свыше 3,1 млрд тенге. Управляющей компанией стало созданное для реализации проекта ТОО «Caspiy Lana Atyrau». 51% доли предприятия принадлежит инициатору проекта, 49% – АО «СПК «Атырау». По словам, г-на Кабиева, финансирование проекта велось соответственно принадлежащим сторонам долям. Фабрика полностью была запущена в 2015 году.

Проектная годовая мощность предприятия – переработка 100 тонн верблюжьей, 350 тонн овечьей шерсти и производство 400 тыс. погонных метров шерстяного полотна, из которого в дальнейшем выпускались одеяла и пледы. Было открыто 40 постоянных рабочих мест.

В чем проблема?

Выпущенная продукция потребителям понравилась. Но недавно стало известно, что предприятие перестало обслуживать свои финансовые обязательства.

«В последний раз они платили по нашему кредиту в 2017 году. До последнего времени мы как такового участия в жизни предприятия не принимали. Но, проведя анализ, увидели, что работа не налажена. Деятельность товарищества в данный момент приостановилась. Одна из главных причин –  отсутствие сырья», –  сообщил «Курсиву» Руслан Кабиев.

По его словам, проблемы завода возникли из-за слабого менеджмента, неумения вовремя договариваться с поставщиками шерсти.

«Мы увидели, что предприятие переживает не лучшие времена, и СПК пришла к выводу, что необходимо менять менеджмент предприятия. Мы хотим, чтобы это производство действительно достигло своей проектной мощности, вышло на безубыточное состояние», –  поясняет г-н Кабиев.

Дайте шерсти

Между тем в интервью «Курсиву» директор ТОО «Caspiy Lana Atyrau» Назгуль Есмаканова отметила, что предприятие не останавливалось, что действительно, есть определенные сложности, но они все решаемы.

«Сегодня объем промываемой шерсти на фабрике составляет 30% от производительной мощности. «Мы делаем из шерсти пух и пряжу, создаем заготовку. И когда поступает заказ, из этого сырья производим конечную продукцию», –  рассказывает Назгуль Есмаканова.

На складе фабрики есть готовая продукция, но не в том объеме, чтобы она просто так лежала. «Одеяло такая вещь, которую может съесть моль или мыши. И мы не можем вот так наобум выпускать эту продукцию лишь бы выйти на производительную мощность», –  объясняет ситуацию руководитель предприятия.

Она рассказала и о ряде проблем, с которыми столкнулась компания. Устранить их можно, по ее мнению, вместе с государством. В частности, г-жа Есмаканова считает, что проблему отсутствия сырья можно решить, включив шерсть в список продукции, закупаемой у крестьянских хозяйств сервисно-заготовительными центрами (СЗЦ), созданными при местных акиматах.

«СЗЦ занимаются закупкой молока и мяса, и они финансируются государством по льготной программе. Мы просим, чтобы включили в эту программу и шерсть, чтобы был централизованный пункт сбора шерсти. В настоящее время мы своими силами делаем закупку шерсти, но этого мало», – говорит г-жа Есмаканова.

Сталкивается предприятие и с нелегальными скупщиками сырья, которые перепродают его китайским покупателям. «Большинство крестьянских хозяйств заинтересовано продавать шерсть китайцам за наличные деньги, нежели нам по договору, потому что они потом должны платить налоги. Если бы государство субсидировало часть суммы заготовителям сырья, то они, конечно, сдавали бы сырье официально», –  продолжает бизнесвумен и добавляет, что такая практика применяется в Туркестанской области при закупке мериносовой шерсти, где Caspiy Lana закупает верблюжью и шерсть грубошерстных пород овец.

Китайский дешевле

Продукция предприятия качественная, но, признаться, не дешевая. Изначально фабрика создавалась с расчетом, что будет поставлять свою продукцию казахстанской армии, оснащать железнодорожные вагоны, специальные государственные учреждения, школы и интернаты.

«Но когда встал вопрос о ценовой политике, оказалось, что завозить из Китая дешевле. Выяснилось, что у нас в основном закупают полушерстяные одеяла по 3,5 тыс. тенге за штуку. А мы одеяло, из белой полутонкой овечьей шерсти продаем за 7 тыс. тенге. Когда нам говорят, что это дорого, мы объясняем, что качество нашей продукции намного лучше. И прослужит она более восьми лет, в отличие от китайской, которая годна только два года», –  говорит Назгуль Есмаканова.

По ее словам, производить в Казахстане полушерстяные одеяла невозможно, поскольку у нас не выпускают синтетику.

«Ближайшие производители расположены в Беларуси и Китае. И синтетика, если ее сюда импортировать, стоит дороже, чем шерсть. Получается, смысла нет делать полушерстяное одеяло, поскольку стоимость его будет такая же, как и шерстяного», – убеждена собеседница «Курсива».

Директор Caspiy Lana Atyrau также отметила, что компания собирается открыть точки реализации в Москве и Шанхае. Продукция, созданная из натурального сырья, украшенная национальным орнаментом, очень нравится иностранцам. В Казахстане магазины работают в Нур-Султане, Алматы, Актау и Атырау.

«В Европе же хотят закупать не готовый товар, потому что у них есть аналогичная продукция, а сырье в виде пуха и пряжи. Конечная продукция будет продаваться в большей степени, как эксклюзивный товар, в подарочной упаковке», –  отмечает она.

План – по плану

Что касается реализации сырья, то фабрика уже отправила образцы продукции собственного производства в Германию. Там они были протестированы, и немцы готовы приобретать шерстяную пряжу атырауского производителя.

«В марте мы заключили договор с итальянской компанией Bonatti. Они хотят, чтобы мы поставили подушки и стеганные одеяла, наполненные верблюжьим пухом, для общежития на 350 человек на Тенгизе. Сначала заказчик сделал пробную закупку, отправил ее в Италию, где провели тесты», –  делится предпринимательница.

Проблему нехватки кадров компания решает сама. Она оплатила обучение 10 студентов в Московском государственном университете технологий и управления имени К.Г. Разумовского. В Казахстане, как выяснилось, не готовят технологов по шерсти, ткачих и прядильщиц.

Говоря о невыплатах по кредиту, Назгуль Есмаканова отметила, что компания не отказывается от своих обязательств.

«Недавно мы провели встречу с представителями акимата области и СПК, где пришли к консенсусу, что совместно с СПК будем реализовывать этот проект. Составим график платежей, который реально можем исполнять», –   заверяет она.

Для справки отметим, что, согласно данным Казахстанского института развития индустрии, объем производства продукции легкой промышленности в РК в январе-декабре 2018 года составил 93,7 млрд тенге, что в номинальном выражении на 3,1% ниже аналогичного периода 2017 года.

При этом за 11 месяцев прошлого года по сравнению с аналогичным периодом 2017 года экспорт продукции легкой промышленности уменьшился на 15,7% до $179 млн. Тогда как импорт продукции легкой промышленности за январь-ноябрь 2018 года составил $1 млрд 281 млн, что выше аналогичного показателя 2017 года на 15,6%.

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Депозиты в какой валюте вы предпочитаете?

Варианты

d1fHAmG5BPI.jpg

Цифра дня

Более 7 млн
тенге
получит из бюджета каждый кандидат в президенты РК на агитацию

Цитата дня

Сегодня я выступаю перед вами не в качестве президента страны: ради интересов страны и народа я принял непростое, но продуманное решение о прекращении своих президентских полномочий… Вся моя работа будет заключена в том, чтобы поддержать деятельность нового президента и обеспечить транзит в спокойной обстановке и продолжать ту работу, которую мы начали

Нурсултан Назарбаев
экс-президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций

Home Credit Bank

Home Credit Bank