Перейти к основному содержанию

bavaria_x6_1200x120.gif


2460 просмотров

Асем Нургалиева: «Главное в бизнесе – проактивность и скорость»

Исполнительный директор ПКБ Асем Нургалиева рассказала «Къ» о том, почему участники финсектора делают ставку на розницу, почему необходимо минимизировать участие государства в IT-сфере и что необходимо участникам банковского рынка для развития

Фото: Вячеслав Батурин

Сегодня рынок небанковского кредитования Казахстана и розничный рынок кредитования БВУ показывают удивительную динамику, чему способствует внедрение новых технологических решений и продуктов. В этой связи ключевым трендом уходящего года эксперты Первого кредитного бюро (ПКБ) называют всеобщую цифровую истерию. О том, почему участники финсектора делают ставку на розницу, почему необходимо минимизировать участие государства в IT-сфере и что необходимо участникам банковского рынка для развития, «Къ» рассказала исполнительный директор ПКБ Асем Нургалиева.

– Расскажите, что сегодня происходит на рынке розничного кредитования?

– Есть ряд моментов, которые можно отметить. Во-первых, это рост кредитной активности. На протяжении 2015– 2016 годов наблюдалась определенная стагнация портфеля банков. Он был на уровне 4,5 трлн тенге. К августу 2017 года мы достигли 5 трлн тенге, а к концу декабря текущего года скорее всего Казахстан пересечет рубеж в 6 трлн тенге по ссудному розничному портфелю. Это говорит о том, что кредитная активность стала достаточно высокая, и этому в свою очередь способствует ряд факторов. Во-первых, все банки очнулись от кризиса ликвидности и начали уходить в активное наращивание розницы. 

– Почему?

– Потому что розница – высоко маржинальная. Этот тот сегмент рынка, где можно очень быстро зарабатывать. Здесь все довольно быстро и четко работает. Все процессы выстроены так, что сегодня можно брать кредиты в on-line. А ведь несколько лет назад это было еще недоступно, потому что многие процессы еще не были готовы к этому.

К слову, мы, как кредитное бюро, к выходу on-line готовились уже достаточно давно. И сейчас мы формируем наши кредитные отчеты всего за 1,5 секунды. Если помимо кредитных отчетов требуются какие-то дополнительные данные, то в среднем весь процесс занимает не более трех минут. Это удобно для всех участников, поскольку растет скорость, естественно, растут и обороты, и нет необходимости ждать решения банка сутками.

– Какой же второй фактор?

–  Это качество портфеля. Доля NPL (кредиты с просрочкой свыше 90 дней. – «Къ») держится на уровне 15%. Сейчас собирается все больше и больше данных о заемщике, и это дает возможность более точно прогнозировать его поведение, что в конечном итоге отражается на качестве портфеля БВУ.

Главным трендом этого года является программа по рассрочке. Даже если у заемщика есть возможность оплатить что-то сразу, он все равно предпочитает брать товар в рассрочку. Фактически это тот же самый кредит, но гораздо выгоднее для клиента. Он получает займ по нулевой или какой-то незначительной ставке. Это очень удобно, поэтому сейчас на рынке кредитов лидирует товарное кредитование. 

– Так кто же сегодня на этом рынке на первых позициях, а кто оказался в аутсайдерах?

– Скажем так, в лидерах сегодня те, кто давно начал работать над внедрением технологий и разработками новых продуктов. В бизнесе самое главное –  это проактивность и скорость. Сейчас те, кто может увидеть тренды хотя бы на три года вперед и кто сможет быстро настроить свои процессы, и будут в лидерах.  

Есть и те, кто в настоящее время находится в позиции догоняющих: все еще использует какие-то старые маркетинговые инструменты, не может наладить у себя определенную IT-гигиену. Про таких уже сейчас можно сказать, что они проиграют. Потому что инновации идут вперед, а внедрять новые технологии, не имея нормальной архитектуры, нереально. Это все равно что заниматься, к примеру, Big Data, не имея нормальной платформы.

Такая же ситуация наблюдается и в продуктовой линейке. Сейчас все ударились в рассрочку и кроме этого придумать что-то новое не могут. Тот, кто действительно сделает какой-то инновационный кредитный продукт, кто решится потратить на это время, деньги, ресурсы, тот, конечно, будет впереди. 

То же самое касается и интернет-банков. Качество интернет-банков в этом году сильно упало. Во-первых, сыграл свою роль уход игроков с рынка цифровых банков. Во-вторых, у нас произошло объединение двух крупных банков, что отражается на качестве предоставления услуг. Поэтому интернет-банкинг – это ниша, которая на сегодняшний день имеет достаточно свободных мест.

IMG_9815.jpg

– Получается, что сегодня правительству нет необходимости подгонять банковский и финансовый сектор в целом, поскольку за него это сделает время?

– Конечно. Сейчас на самом деле в концепции «Цифровой Казахстан» меньше всего написано про цифровизацию финансовых услуг, потому что финсектор, в отличие от других секторов экономики страны, наиболее цифровизирован. 

А если мы внутрь финсектора заглянем, то можно сказать, что банковский сектор более или менее приближен к финтеху, тогда как, к примеру, страховой сектор, наоборот, сильно отстает. Тем не менее программа «Цифровой Казахстан» направлена на какие-то инфраструктурные вещи, есть отдельные темы, посвященные краундфандингу, биометрии. То есть это то, чего сейчас, можно сказать, вообще нет и даже взаконодательстве не прописано. По идее, программа «Цифровой Казахстан» как раз и направлена на то, чтобы выявить определенные тренды и подвести под это какую-то регуляторную среду. 

Допустим, если говорить про тот же краундфандинг, он как бы есть, он не запрещен, но в то же время каких-то прописанных норм под него нет. То же самое касается и биометрии. Те биометрические решения, которые сейчас есть, работают в рамках закона о персональных данных. Но помимо этого, например, вопросы о том, как это дальше работает, почему на ней можно делать идентификацию, где должны храниться эти данные, куда их безопасно сдавать, пока все еще остаются без определенного ответа и решения. Поэтому в концепции «Цифровой Казахстан» больше внимания уделяется общим стратегическим направлениям. А в самом финсекторе толчком для развития является сам потребитель, который требует от банков усовершенствований. При этом он сам скажет, как ему удобно и что необходимо. К примеру, в «Фейсбуке» мы уже сейчас банкам диктуем свои условия: мы хотим вот это или то, не хотим стоять в очереди, и там же банки нам отчитываются: мы сделали то-то и то-то…. 
 
– Почему одни банки предпочитают разрабатывать процессы и платформы самостоятельно и кто-то использует уже готовые, разработанные кем-то решения?

– На самом деле все это зависит от IT-стратегии каждого банка. Есть БВУ, которые используют исключительно на внутренние разработки; есть мультивендорные организации, направленные на покупку готовых технологий.  Все это зависит от размера кошелька и времени. Обе стратегии имеют право на жизнь. Ведь для кого-то разрабатывать такие стратегии долго, но дешево и эффективно. А кому-то внедрить чью-то технологию оказывается быстрее, пусть она и выходит ему намного дороже.   

– ПКБ уже не первый год проводит конференцию FCB: Key To Customer, где как раз обсуждаются вопросы современных решений и технологий. Дает это что-то для рынка?

– В этом году это было у нас одно из крупных мероприятий. Мы делали все, чтобы сама концепция охватывала более глобальные вопросы, причем в основе оставались знания о клиенте и технологии. Если технологии нечего не приносят для клиента или для компании, то они ничего и не значат. То же касается и баз данных. Соответственно трендом этого года и последующих нескольких лет будет являться управление данными. 

Сегодня можно сказать, что мы уже научились собирать данные. Теперь стоит вопрос о том, где их добирать, как обрабатывать и как монетизировать. Впрочем, выгода здесь может быть разная. Например, улучшается клиентский сервис, он становится лояльнее, удобнее, и клиент приходит снова. Вот на это мы и делали основной упор, чтобы показать, как можно и нужно с этим работать. Также в формате выставки мы собрали больше 30 вендоров и показывали новые IT-решения для финансового сектора. 

Мы все это решили сделать потому, что наше бюро сейчас является чем-то вроде центра потребности банков. Если банк хочет что-то сделать или внедрить новую бизнес-модель, он в первую очередь обращается в ПКБ. 

– Зачем?

– Во-первых, чтобы выяснить, какие у нас есть данные, чтобы решить ту или иную задачу. Во-вторых, есть ли у нас партнеры, которые могли бы технологиями это все поддержать. Так вот, на выставке, которая шла параллельно с форумом, вендоры показали банкам новые решения, которые последние с удовольствием посмотрели. Я считаю, что такие мероприятия для банков очень практичны и полезны. Важно, чтобы можно было хотя бы на один день отвлечься от рутины, получить много информации и увидеть что-то новое. 

Опять же, если мы говорим о проактивности, мы должны понимать, куда вообще движется будущее. Для этого мы должны видеть, что делается в других странах. Ведь пока мы разбираемся с биометрией по лицу и отпечаткам пальцев, в Китае уже определяется человек по походке. Они уже могут через камеры сканировать всех на улицах и присваивать рейтинги. 

Поэтому мы считаем, что нужно открывать больше горизонтов для рынка, для того чтобы игроки могли сфокусироваться не только на том, в чем они живут. 

–  Если говорить о госсекторе, есть ли какие-то проблемные моменты, которые стоило бы в данном направлении еще решать?

–  В конце ноября я была в Астане в Академии госуправления, там читают свои мини-лекции представители рынка. И я как раз читала лекцию для госслужащих, которые только были назначены на руководящие должности, о стандартах General Data Protection Regulation (GDPR), которые были приняты в этом году в Европе. В частности речь шла о защите персональных данных. И опять мы говорим о том, что это пока там, на Западе, но в течение пяти лет придет и в Казахстан. Поэтому уже сейчас госслужащие должны видеть риски и в улучшенном виде предложить для нас что-то, что будет работать в течение ближайших трех – пяти лет. Потому что, несмотря на предпринимаемые меры, защита  персональных данных в Казахстане сейчас минимальная. 

Но здесь надо хорошо понимать и то, что персональные данные –  это собственность человека, и только ему решать, давать личную информацию куда-то или нет. Европа именно так и подошла: это мои данные, и только я могу решать, распространять информацию о себе или нет. Это я и пыталась донести нашим госслужащим. Но, кажется, мне этого так и не удалось.

– Однако, если говорить о финансовой грамотности населения, можно сказать, что она демонстрирует рост…

– Можно отметить, что в последнее время население в каких-то моментах стало чересчур грамотным. Бывают интересные судебные иски, которые потребители предъявляли нашим партнерам или тем же банкам. К примеру, был случай, когда клиент опасался за риски в будущем. Он заранее просчитал, какой риск его может ожидать через три года, и уже сейчас подал в суд. 

Но в целом мы не проводим какие-то опросы, мы лишь отслеживаем, какое количество людей интересуется своей кредитной историей и как часто они заказывают кредитные отчеты.  Мы понимаем, что, однажды получив свой кредитный отчет, человек уже не будет таким, как вчера, и если он внимательно ознакомится с этим документом, то его уровень финграмотности сразу поднимется на несколько пунктов. Так, если в 2017 году мы выдали около 350 тыс. кредитных отчетов, то в октябре текущего года мы эту планку превысили и до конца года мы выдадим более 400 тыс. отчетов. 

С учетом того, что у нас 9 млн экономически активного населения, мы посчитали, что примерно каждый 20-й казахстанец проверяет свою кредитную историю. Может быть, по рынку СНГ это не самый лучший показатель, но и не самый худший. Для сравнения: в 2012 году  мы выдавали в год 7 тыс. отчетов. Очевидно, что 7 тыс. тогда и 400 тыс. в 2018 году – это, безусловно, разные показатели.  Причем 90% людей берет отчет один раз в год. Есть и такие, кто по 20 раз берет отчеты в месяц. Обычно такие люди имеют несколько кредитов и для них важно, чтобы кредитная история была положительная.

IMG_9742.jpg

– Возвращаясь к вопросу IT-сектора, хотелось бы выяснить, не мешают ли ПКБ конкуренты?

– Сейчас по правилам Yellow Pages если есть частная компания и если она уже присутствует на рынке, то государственная компания не может осуществлять деятельность в этом секторе. Вообще на это наложен полный запрет. В случае с ПКБ это правило было нарушено. И понятно, что те преференции, которыми сейчас снабжают нашего государственного конкурента, ставят под угрозу наш бизнес. Но, тем не менее, мы продолжаем работать и доказывать, что рыночные методы работают гораздо эффективнее, чем административные. 

Если в целом говорить об IT-секторе, то отмечу, что айтишники бьются за свое место под солнцем. Сейчас реализуется программа о приватизации ряда государственных компаний, чтобы полностью вывести IT в частный сектор. И для этого на базе «Зерде» создается очень много программ. Для нас это тоже тема актуальная, потому что мы считаем, что участие государства в бизнесе должно минимальным, особенно в сфере IT. Потому что в этом случае при правильном регулировании, при правильном диалоге с правительством айтишники сами смогут вытянуть и «Цифровой Казахстан», и другие программы. 

Недавно были озвучены статистические данные, согласно которым 60% наемных работников задействованы в госструктурах. На самом деле это не является хорошим показателем. У нас должна быть нормальная среда для развития бизнеса, в том числе и в IT-сфере. Чтобы наши айтишники оставались в Казахстане, чтобы они делали какие-то инновационные продукты для нашей страны. А то сейчас получается так: наши делают что-то на экспорт, а мы потом импортируем технологии. К сожалению, в настоящее время наблюдается большая утечка мозгов. 

В этой связи возникает и вопрос об импортозамещении. В данном сегменте ведутся работы по внедрению отечественных  IT-технологии, IT-решений. Конечно, заставить бизнес внедрить все это достаточно сложно, но в госструктурах это должно поддерживаться. 

– А откуда ПКБ берет новые наработки, идеи, чтобы внедрять их в нашей стране? Есть ли сейчас что-то новенькое для бизнес-кредитования?
 
– У нас есть партнерская линейка, с помощью которой мы привозим новые технологии. Одна из таких разработок, которую мы начали еще два года назад, – это первая в Казахстане автоматизированная система финансового анализа, когда можно просто с карточных счетов поднять финансовую отчетность, проанализировать ее, визуализировать и выдать в виде какого-то финансового решения. Для сравнения: в стандартном процессе банка финансовый аналитик на одну компанию делает такую работу три дня. Поэтому у нас порой так долго БВУ принимаются решения. У нас же эта система может выполнить ту же работу за три минуты. 

За два года только один банк сделал промышленное внедрение этой системы. И еще пара банков готовится к этому шагу. Когда мы это у себя реализовывали, мы столкнулись с тем, что в бизнес-кредитовании нет единых кредитных конвейеров, нет процессов, куда это все можно внедрить.  

На самом деле финансовый анализ – это лишь маленькая часть кредитного процесса, и он должен быть полностью автоматизирован. А внедрять одну часть этого процесса не имеет смысла. К сожалению, мало в каких банках есть полный кредитный конвейер на МСБ-кредитование. Чаще есть отдельные куски от всего процесса либо есть какие-то отдельные продукты. Например, есть автоматизация на самые простые продукты, такие как гарантирование. 

– Как же тогда все это работает?

– Пока вручную. Приходит клиент, приносит свои отчеты на бумажке. Их смотрит финансовый аналитик, который потом передает эти бумаги рисковику, рисковик посмотрел, передает юристу, юрист посмотрел, отдает залоговику, тот посмотрел, отдает СБ и так далее. И все это движется в бумажном процессе. В рознице это все работает в онлайн. Понятно, что в МСБ все гораздо сложнее, поскольку много участников процесса, суммы кредитов больше и, соответственно, риски тоже большие. Но в то же время это не говорит о том, что весь процесс нельзя автоматизировать. Так что впереди в этом финансовом сегменте IT-рынка еще немало работы. 
 


1 просмотр

Государство и бизнес обсудили перспективы роста электронной торговли

Объем онлайн-торговли Казахстана за год вырос на 23,2%

Фото: Shutterstock

В Алматы по инициативе Ассоциации «Цифровой Казахстан» прошла встреча, на которой крупнейшие игроки отрасли и регулятор обсудили перспективы развития e-commerce в стране.

По прогнозам, к 2020 году объем электронной торговли в мире может достичь 10 трлн долларов. При этом, цифровая торговля растет опережающими темпами, вытесняя традиционную торговлю.

Уже сегодня e-commerce вносит большой вклад в экономику Казахстана, поэтому так важно обеспечить сбалансированное регулирование этой сферы. Как лучше взаимодействовать бизнесу и государству? Этот вопрос стал центральной темой круглого стола «Будущее e-commerce в Казахстане – совпадают ли цели регулятора и бизнеса?».

Еще одной из важных тем для обсуждения стал проект Правил внутренней торговли, по отдельным положениям которых бизнес высказал свои пожелания.

По словам Николая Бабешкина, председателя АЦК и главы Kolesa Group, Ассоциация «Цифровой Казахстан» создана год назад, как площадка для обмена мнениями бизнеса и регулятора по вопросам e-commerce. Она объединяет крупнейших игроков отрасли и взаимодействует с министерством национальной экономики, министерством цифрового развития, Палатой предпринимателей. На долю членов ассоциации приходится около 60% рынка электронной коммерции и 70% электронных платежей.

Курс - на обороты в триллион тенге

К началу 2019 года объем онлайн-торговли РК оценивался в 287 млрд тенге, за год он вырос на 23,2%. Доля онлайн-торговли от общего объема торговли составила всего 2,9%, что, по мнению Николая Бабешкина, говорит о существенном потенциале роста.

Хорошие предпосылки для развития e-commerce дает высокий уровень проникновения интернета в РК - 76,4% в 2017 году. По этому показателю Казахстан занимает второе место в мире после Великобритании (94,8% пользователей), обогнав США (76,2%), Польшу (76%) и Россию (76%).

По темпам прироста платежей по картам Казахстан занимает первое место в мире – с 2013 по 2017 год средневзвешенный рост составил 20,5% в год.

Согласно оценкам экспертов АЦК, рынок электронной торговли в РК может в 2022 году составить 928 млрд тенге. То есть по сдержанным оценкам на основе среднемирового роста прирост составит 6%.

«Это больше 1% от ВВП Казахстана. Сегодня на долю членов АЦК приходится порядка 60% рынка электронной коммерции и около 70% электронных платежей. Рынок очень значим для экономики Казахстана, и от нас зависит, достигнем ли мы озвученных результатов к 2022 году», - отметил председатель АЦК.

ЕАЭС открыт для казахстанских игроков e-commerce

Евразийская экономическая комиссия разрабатывает Дорожную карту по созданию благоприятных условий для развития экосистемы цифровой торговли во всех странах Евразийского Союза. Утверждены направления дорожной карты, которые стали реакцией на глобальные вызовы в сфере цифровой трансформации: развитие цифровых трансграничных услуг, оцифровка товаров и услуг, развитие каналов цифровой торговли, стимулирование экспорта через цифровые каналы и развитие инфраструктуры цифровой торговли.

Мария Живых, консультант отдела развития информационных ресурсов и систем Департамента информационных технологий ЕЭК, пригласила казахстанские компании к участию в проектах, которые при поддержке ЕЭК можно масштабировать на все пространство ЕАЭС.

По словам эксперта, электронная коммерция – одна из приоритетных сфер экономики для ЕАЭС. Для ее развития во всех странах-участницах необходимо создавать благоприятный законодательный режим. 

Мы можем конкурировать с мировыми гигантами

АЦК ведет активную работу с регулятором. Одним из результатов работы стало причисление мобильных телефонов к списку невозвратной продукции управляющий директор АЦК Денис Степанцев пояснил, что это было сделано в рамках борьбы с контрафактом и для защиты прав потребителей. Кроме того, по инициативе рабочей группы был исключен из законодательства приказ МНЭ о регулировании электронной торговли.

Представители e-commerce уверены – если чрезмерно регулировать добросовестных внутренних продавцов, ограничивать для них условия ведения бизнеса и создавать дополнительные требования, то иностранные конкуренты, не имеющие зарегистрированного бизнеса в РК, получат возможность завоевывать казахстанский рынок практически беспрепятственно. Потому что казахстанскому покупателю будет проще и выгоднее делать покупки по интернету за рубежом, чем в своей стране.

У участников рынка не вызвала поддержки идея создания реестра интернет-магазинов в Казахстане. Участники встречи отметили, что интернет-магазины являются такими же субъектами торговли, как и обычные магазины, реестра которых не существует и до сих пор в нем не видели необходимости.

Регулятор считает, что реестр повысит дисциплину субъектов предпринимательства, а потребители всегда смогут найти в реестре добросовестного субъекта, которому могли бы доверять. Однако, игроки рынка считают эту меру неэффективной и указывают на то, что нигде в мире таких реестров нет, за исключением Белоруссии.

«Мы изучили опыт порядка 20 стран, и нигде, кроме Белоруссии, такого реестра нет. Есть опыт Китая, где регистрации подлежат иностранные торговые площадки. Это делается в связи с выполнением законодательства по локализации данных и никак не связано с торговлей. Есть еще опыт Южной Кореи, где торговая площадка, начиная работать, уведомляет об этом Комиссию по торговле», - добавила Мария Гирич, эксперт Центра компетенций и анализа стандартов ОЭСР РАНХиГС (РФ).

После обсуждений и обмена мнениями был сделан вывод о том, что казахстанское законодательство предоставляет потребителям казахстанских интернет-площадок все возможности защищать свои права. Но нужно повышать потребительскую грамотность, чтобы покупатели могли своими правами воспользоваться. А интернет-магазинам полезно перенимать опыт крупных торговых площадок, таких как Amazon, Aliexpress, Ebay которые сами подключаются к спорам, если были нарушены права потребителя. Аналогичных рекомендаций придерживается и ОЭСР, отмечая, что самый эффективный способ защиты прав потребителей состоит в создании внутри торговых площадок механизмов разрешения споров с потребителями.

«Казахстанское законодательство сейчас сбалансировано, и это позволяет бизнесу развиваться. За последние годы это обеспечило рост рынка практически в два раза. Но, работая над законодательством, мы иногда все-таки встречаем попытки зарегулировать бизнес, что может повлиять не только на рост рынка в целом, но и уничтожить отдельные его сегменты. Поэтому мы надеемся, что ответы на ключевые вопросы и те тезисы, которые мы сегодня сформулируем в ходе дискуссии, будут восприняты и расценены как основы, которые определят, как в идеале должно формироваться законодательство, регулирующее электронную коммерцию», - заявила Елена Бычкова, советник председателя ассоциации «Цифровой Казахстан».

У игроков отрасли и правительства общие цели

«Рост электронной торговли будет пропорционально снижать долю традиционной торговли, - прогнозирует Айжан Бижанова, директор департамента по развитию торговли Министерства национальной экономики РК. - И наша задача как государственного регулятора, подготовить субъекты бизнеса к этому переходу. Борьба за потребителя становится все жестче, и нашим интернет-магазинам и электронным площадкам надо будет постоянно развиваться и идти в ногу со временем».

По данным МНЭ, розничная электронная торговля в Казахстане по итогам 2018 года составила 269 млрд тенге (2,9% от общей розничной торговли), а количество покупателей приблизилось к 2,3 млн человек. В настоящее время МНЭ РК работает над Дорожной картой развития электронной торговли до 2025. Министерство предложило АЦК консолидировать предложения бизнеса для включения их в новый документ.

«У бизнесменов есть возможность непосредственно участвовать в принятии управленческих решений, формировать дальнейшее видение своей отрасли. Мы ждем все ваши предложения через Ассоциацию «Цифровой Казахстан» и обязательно их рассмотрим для включения в Дорожную карту. Будем совместно работать», - заявила Айжан Бижанова.

По итогам встречи будут сформированы рекомендации и предложения, которые будут направлены в Министерство национальной экономики РК и Национальную палату предпринимателей.

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Депозиты в какой валюте вы предпочитаете?

Варианты

d1fHAmG5BPI.jpg

almaty2019_kursiv_240×400.jpg

Цифра дня

старше 20 лет
половина продаваемых авто в Казахстане

Цитата дня

Земля должна принадлежать тем, кто на ней работает. Земля иностранцам продаваться не будет. Это моя принципиальная позиция

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций