Перейти к основному содержанию

9686 просмотров

Производители мебели из соседних республик могут составить конкуренцию мебельщикам из РК

Сегодня мебельные предприятия Казахстана покрывают внутреннюю потребность страны на 25–30%

Производители мебели из соседних республик могут составить конкуренцию мебельщикам из РК

Производители мебели из соседних республик могут составить конкуренцию мебельщикам из РК

Сегодня мебельные предприятия Казахстана покрывают внутреннюю потребность страны на 25–30% при объеме производства в год на сумму чуть более $100 млн. Такие данные во время полевых работ собрали эксперты Мебельного кластера города Алматы, который объединяет местные компании, работающие в этой отрасли.

Несмотря на засилье импортеров на местном рынке и теоретическую возможность отвоевать у них большую долю, казахстанские производители стали заглядываться на соседние республики.

«Мы изучили рынок мебельной промышленности стран ЦА в ответ на проявленный интерес со стороны мебельных предприятий Алматы, – объясняет причины появления исследования менеджер Мебельного кластера Алматы Индира Баяндинова. – Страны ЦА рассматриваются отечественными предприятиями как потенциальный рынок сбыта. Обратная сторона медали – в прогнозируемом будущем наши соседи могут составить нам конкуренцию на нашем же рынке».

Сотрудники Мебельного кластера проводили анализ на основе данных, полученных из официальных источников, таких как государственные сайты со статистической информацией Trade Map, а также из других открытых источников.

Анализ показал, что Казахстан занимает несущественную долю в структуре импорта мебели в странах ЦА (8% в структуре импорта «прочей мебели» в Кыргызстане, 2% – в Таджикистане, 1% – в Узбекистане) либо вовсе не представлен на рынке (Туркменистан).

Исследователи оценивают рынок ЦА как небольшой, но имеющий хороший потенциал для освоения со стороны внешних игроков. По данным аналитиков, емкость рынка (местное производство плюс импорт) Кыргызстана составляет примерно $30 млн, Туркменистана – около 60 млн, Таджикистана – приблизительно 20 млн, Узбекистана – 190 млн.

При этом Узбекистан характеризуется быстрыми темпами развития мебельной промышленности: ежегодно рынок растет на 15–20%. Целевой рынок экспорта узбекских мебельщиков – Казахстан, хотя объем экспорта пока незначительный, около $1 млн (емкость мебельного рынка РК составляет свыше $300 млн в год).

«Несмотря на большую долю импорта из России, Китая, Беларуси, Турции, Италии, Малайзии, казахстанская мебель пользуется стабильным спросом у населения. В целом отрасль ушла в сегмент мебели под заказ, но это неплохо», – отмечает менеджер Мебельного кластера Алматы.

Однако в отрасли есть и проблемы. К примеру, Казахстан, не имея своего лесопромышленного комплекса, входит в топ-10 стран мира – импортеров плитного материала (ДСП, ЛДСП, МДФ), ввоз которого в основном осуществляется из России.

«У многих компаний есть проблемы инфраструктурного характера (отсутствие эффективной организации производственных площадей) и проблемы с модернизацией оборудования. Необходимо улучшать дизайна мебели. Развитие отрасли возможно, и здесь нужна поддержка государства: улучшение компетенций (дизайна, дуальной системы подготовки кадров), стимулирование сбыта продукции и увеличение производственных мощностей», – перечисляет спикер.

Эксперты предлагают обкатать решение этих проблем на примере Мебельного кластера Алматы, который сложился исторически: здесь работает самое большое количество мебельных компаний (по данным МНЭ за 2016 год, 375 предприятий из 979 зарегистрированных в Казахстане. – «Къ»), представительства зарубежных поставщиков фурнитуры и оборудования, образовательные учреждения (Казахская головная архитектурно-строительная академия и Алматинский строительно-технический колледж).

Если говорить о развитии компетенций, то мебельщики предлагают создать центр компетенций по мебельному производству и школу мебельного дизайна с зарубежными специалистами. Чтобы стимулировать рынок сбыта – проработать внедрение инструмента приобретения мебели отечественных производителей через ипотечные программы «Нурлы жер», «Доступное жилье– 2020», «7-20-25» и др. (в качестве одного из вариантов предприниматели хотят предложить продажу меблированного жилья), разработать национальный стандарт по мебельному производству, что позволит улучшить качество и помочь мебельным компаниями при участии в государственных закупках. Возможно также внедрение мебельными компаниями отдельных сервисов для покупателей, что сделает продукцию более привлекательной (лизинг мебели, trade-in и т. д.).

Мебельным компаниям, чтобы развивать мощности, важно наладить работу в индустриальных зонах, а также получить инструменты, которые позволили бы им модернизировать и автоматизировать производство.

1 просмотр

Как африканский какао-картель повлияет на цены европейского шоколада

Меньше всего рост цен беспокоит премиальные бренды  

Фото: Shutterstock

Рост оплаты труда западноафриканских фермеров, выращивающих какао, неизбежно приведет к увеличению затрат в таких крупных кондитерских компаниях, как Lindt, Nestlé и Hershey. Впрочем, некоторые из них готовы к этому лучше, чем другие.

Новый метод оценки стоимости какао позволит фермерам из Западной Африки зарабатывать больше. C другой стороны, это еще больше усилит неравенство между мировыми шоколадными брендами.

По мнению Мартина Хуга, финансового директора швейцарской кондитерской компании Lindt & Sprüngli, в будущем шоколадная индустрия столкнется с возросшими затратами на производство. С таким предупреждением он выступил на минувшей неделе, представляя отчет о продажах. Прошлым летом правительства Ганы и Кот-д’Ивуара сформировали какао-картель, который будет взимать дополнительные $400 за каждую метрическую тонну урожая, чтобы обеспечить более выгодные условия сделки для фермеров. Новый налог вступит в силу в октябре текущего года.

У шоколадных брендов, которые являются основными клиентами производителей какао, по сути, нет других вариантов, как заплатить. Например, владелец марки KitKat компания Nestlé уже зафиксировала будущие поставки по более высокой ставке. На Гану и Кот-д’Ивуар приходится почти 65% мирового производства какао, поэтому ни один другой конкурирующий рынок не сможет восполнить тот огромный объем продукции, который необходим глобальным шоколадным брендам. Даже если часть спроса будет компенсирована какао-бобами другого, более мелкого производителя, например Эквадора, это сразу приведет к заметным различиям во вкусе готовых изделий.

С мая прошлого года стоимость фьючерсов на какао выросла на 15%, до $2 690 за тонну. Для брендов было бы идеальным, если бы эти дополнительные расходы несли сами потребители. У кондитерских компаний есть несколько способов сделать повышение цен не таким очевидным. Например, за счет уменьшения размера своих товаров – так называемой «сокрафляции». Также используется прием с изменением формы давно производимых продуктов либо с применением более дорогой упаковки с целью оправдать более высокую цену продукта. Согласно сайту британского Amazon, подарочная коробка шоколадных конфет Reese’s с начинкой из арахисовой пасты от компании Hershey в пересчете на килограммы стоит примерно на 40% дороже, чем традиционные батончики с арахисовым маслом того же бренда.

Впрочем, есть компании, которым поднять цены заметно легче, чем их конкурентам. Так, популярные бренды масс-маркета сильнее подвержены риску замедления роста продаж из-за резких скачков цен, чем премиальные бренды, за продукцию которых потребители и без того платят больше. Например, килограмм конфет Lindor Truffles Box (компания Lindt) продается онлайн на 40% дороже, чем килограмм обычных конфет Milkybar бренда Nestlé.

В последние годы бренды, выпускающие премиальный шоколад, росли быстрее, чем бренды масс-маркета, основная причина – потребители стали больше внимания уделять качеству того, что они едят и пьют. В прошлом году глобальные доходы Lindt (одна из немногих пищевых компаний, которые занимаются производством исключительно премиальных брендов) выросли на 6,1%, нивелировав валютные и портфельные изменения. Доходы кондитерского подразделения Nestlé за первые девять месяцев 2019 года выросли на 2,3%. Производитель печенья Oreo компания Mondelez за аналогичный период продемонстрировала рост на 4,2%.

Рост стоимости сырья, скорее всего, усилит эту тенденцию, а вместе с тем повысит интерес инвесторов к кондитерским компаниям. В настоящее время акции компании Lindt продаются с коэффициентом 39 от прогнозируемой прибыли, что делает эти акции одними из самых дорогих в потребительском секторе в Европе. Мультипликаторы компаний Mondelez и Hershey намного скромнее – 21 и 24 пункта соответственно.

Таким образом, новый какао- картель, вероятно, поможет премиальным кондитерским брендам оставаться «в шоколаде» и дальше.

Screenshot_1.png

 

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance