Перейти к основному содержанию

1700 просмотров

Big data следит за тобой: как заставить потребителя совершить нужные бизнесу действия?

Управляющий директор ДБ «Альфа-Банк» Максат Нуриденулы поделился с Kursiv.kz своим опытом работы с большими данными

Фото: shutterstock.com

Концепция big data (большие данные) позволяет манипулировать поведением клиента, заставляя его совершать нужные бизнесу действия. Об основных ценностях больших данных и их возможностях рассказал управляющий директор ДБ «Альфа-Банк» Максат Нуриденулы.

– Для начала хотелось бы определиться с терминами. Что такое big data в вашем понимании?

– Глобально, big data – это все окружающие нас данные. Например, информация о том, что вы засмотрелись на рекламный баннер или bluetooth-сигнал ваших умных часов, или «разговор» базовой станции с телефоном. В практической плоскости это то, на чем можно заработать. К примеру, к 2016 году человечество произвело 16 зеттабайт информации. Однако только 1,5% из этого объема люди смогли пустить в дело, тем или иным способом монетизировав информацию. Оставшиеся 98,5% – это пока еще информационный шум, что-то вроде неразработанного нефтеносного слоя. При этом к 2023 году ожидается уже 160 зеттабайт информации.

Поэтому я считаю, что некорректно говорить о big data как о простой базе данных. Нет, большие данные – это история именно про ценность и монетизацию, которая осуществляется через онлайн- или офлайн-каналы. Их можно перечислить: искусственный интеллект, технологии интернета вещей, нейронные сети – все это продукты big data. И, на мой взгляд, говоря о больших данных, нужно рассматривать развитие именно этих направлений и в частности искусственного интеллекта.

IMG-20181128-WA0035.jpg

– Не могли бы вы остановиться на этом подробнее?

– Эксперименты с искусственным интеллектом начались еще в 1970-х годах, когда машину попросили написать текст. Эксперимент удался, но лишь частично, поскольку текст был красивым, но бессмысленным. Сейчас с помощью искусственного интеллекта можно написать картину, которую не отличишь от работы живого автора. Работа ИИ основывается на больших данных, как и десятки других экспериментальных и коммерческих направлений (чат-боты, нейронные сети и другое). Эти направления являются уже работающими или перспективными каналами монетизации больших данных. Потенциал дальнейшего внедрения безграничен.

– Как банкиры используют нейронные сети в своей работе?

– Нейронные сети используются для предиктивного анализа, который позволяет понять следующий шаг человека как потребителя. Для того чтобы ответить на вопрос, во сколько этот покупатель купит килограмм апельсинов в среду, нужно собрать и проанализировать много информации. Выводы можно сделать, автоматически получив данные из легальных источников о поведении того или иного человека в социальных сетях, специфике его карточных платежей, посещениях сайтов и о многом другом. И все это в итоге приводит к тому, что банки теперь могут предсказывать вероятность покупки клиентом того или иного товара. Хочу напомнить, что обрабатывают информацию не люди, а машины, система.

– Приведите примеры.

– Есть интересный кейс, мы исследовали группу клиентов, часто посещающих кофейни. Наши специалисты в автоматическом режиме анализировали их карточные транзакции. Рассматривалась разная информация: в какие кафе они ходят, как далеко от заведения находится их место работы и жительства, каков средний чек, возраст гостей и даже интерьер и кухня заведений. На базе этого мы сделали аналитику, которую предложили кофейням, недавно потерявшим своих клиентов. Мы дали им решение, программу лояльности, которое с высокой долей вероятности вернет клиентов обратно. На big data мы попытались предугадать, в какое время клиент пойдет в кофейню. И за несколько часов до его похода мы отправляли ему сообщение о том, что для него доступно несколько вариантов напитков в разных заведениях, предоставляя ему возможность выбора.

– А в чем выгода для банка?

– Монетизация данных в этом случае предполагает, что это будет повышение программ лояльности для клиента. Мы развиваем бизнес нашего партнера, за этим следует рост транзакций и, соответственно, дополнительный доход для банка. Современные системы по сбору и обработке данных легко могут масштабироваться под любые объемы бизнеса. К примеру, в торговые центры приходят десятки тысяч человек, которых можно распознавать уже на входе по биометрическим данным и, соответственно, управлять всем этим потоком. Это позволяет манипулировать оттоками и новым привлечением покупательского трафика, что в итоге сказывается на повышении среднего чека и в целом на росте бизнеса.

– Кстати, о big data и геоаналитике: работает ли это в Казахстане?

– Да, в Казахстане есть решения. Мы, например, работаем с основными игроками телекоммуникационного рынка и два месяца назад запустили первый коммерческий проект по real-time-маркетингу. Человек, заходящий через свой мобильный телефон на любой сайт, может получать от нас предложения на товары и услуги, находящиеся рядом с пользователем. Интересно наблюдать, когда человек смотрит сайт авто и в этот момент получает предложение о кредите. Людям такой ход нравится, так как это в новинку. Даже несмотря на ощущение, что за ними следят, постепенно клиенты привыкают к этому новому миру.

– А насколько это законно?

– Есть закон о защите персональных данных. Мы никогда не передаем персональные данные наших клиентов третьей стороне. Маркетинговые активности проводятся только с согласия клиентов. Если нет согласия клиента, с нашей стороны нет активности.

– Если заглянуть в будущее, то какими станут банки с дальнейшим развитием big data?

– Сам по себе банкинг как продуктовое явление никуда не денется, а вот классические банки исчезнут. Банков в традиционном понимании не будет, их заменят «сервисные агрегаторы», как я их называю, они будут управлять спросом и его удовлетворением на одной площадке. Банк будущего – это многоуровневые B2B- и B2C-системы, где сойдутся капитал, передовая научная мысль, банковская компетенция, транзакционный финтех и клиенты. Заря глобальной финансовой трансформации уже видна и в Казахстане. Посмотрите на наш банковский рынок: малый и средний бизнес сегодня формирует серьезную бизнес-повестку в среде банкиров.

– Что мешает банкам уже сейчас начать работать с большими данными?

– Любому бизнесу для развития нужны инвестиции, время и компетенции. У кого-то нет одного компонента из этого набора, у кого-то всего набора, а кто-то до сих пор считает, что большие данные – это лишь модная фишка на сезон. Признанный факт: big data – это не только прямая монетизация через стимулирование клиентов на покупку, но и внутренняя аналитика для построения цифрового банка на базе клиентского опыта. Кроме того, в Казахстане, как, впрочем, и в целом в СНГ, не хватает кадров. Конечно, есть отдельные курсы, тренинги, семинары по data-science, но высокого уровня компетенций крайне мало. Существующие специалисты, понятное дело, востребованы и высокооплачиваемы. Очевидно, что data-science – это одна из профессий будущего, поэтому мы уже сейчас готовим для себя молодых специалистов.
 


1728 просмотров

Санжар Кеттебеков, гендиректор АКФ «ПИТ»: «Казахстан - уникальная площадка для тестирования технологий и бизнес-процессов»

Санжар Кеттебеков рассказал о том, как в Казахстане развиваются стартап-проекты и зачем бизнесу нужно учиться интегрировать их в свои модели

Фото: Офелия Жакаева

Стартапы, которые предлагают решения только для одной отрасли, не имеют права на жизнь. И лишь один из десяти стартапов превращается в серьезную компанию. О том, как в Казахстане развиваются стартап-проекты и зачем бизнесу нужно учиться интегрировать их в свои модели, рассказал генеральный директор АКФ «ПИТ» Санжар Кеттебеков.

– Не так давно на площадке Tech Garden в IT-квартале корпорациям были презентованы 27 проектов, участвующих в Start Up Kazakshtan. В каких отраслях работают эти стартапы?

– Мы рассматриваем не столько отрасли, сколько сами технологии. Одна и та же технология может использоваться в нескольких отраслях. Например, технологии «интернета вещей» подходят как для приложений по «умному» городу, так и для цифровизации промышленности. Направлений достаточно много, от традиционных секторов, таких как горно-металлургический (ГМК) и нефтегазовый комплексы до новой энергетики, логистики, машиностроения и т. д. Так, в промышленном секторе есть решения по ГМК, нефтехимии и зеленым технологиям. Также имеются решения в области техники безопасности труда. Это серьезная проблема не только для ГМК, но и для всех отраслей, где используются большие агрегаты. Другими словами, предпочтительней стартапы, предусматривающие возможности внедрения в нескольких отраслях, а не сфокусированные на решении одной задачи в конкретной области.

– На презентации проектов присутствовал целый ряд крупных компаний из разных секторов, имеются ли уже конкретные договоренности?

– Многие корпорации уже пристально присматриваются к стартапам. Мы выступаем той площадкой, где корпорации могут эффективно взаимодействовать со стартапами. Сейчас наиболее активно со стартапами работают недропользователи. В течение немногим более двух лет профинансировано 87 проектов инновационного кластера. В основном это малый и средний бизнес, который выполняет решения для недропользователей – от цифровизации до работ по экологии, оценке запасов, базам данных и т. д. 

– Вами проводилась программа корпоративных инноваций в Кремниевой долине в США. Какие планы у компаний, которые участвовали в ней, есть ли намерения сотрудничать со стартапами?

– Да, именно с этой целью представители корпораций ездили в Кремниевую долину. То есть чтобы понять, как можно работать со стартапами и интегрировать их в свои бизнес-модели. Такие проекты структурированы на Западе, где крупные корпорации уже больше десятка лет планомерно работают со стартапами. Выстроены фундаментальные процессы интеграции стартапов в индустрию. Как правило, все начинается с инвестиций через корпоративные венчурные фонды. На следующем этапе корпорации создают свои акселераторы и инкубаторы, где из решений стартапов формируются уже конкретные продукты для последующей интеграции в бизнес. 

Выездная программа корпоративных инноваций была разработана в партнерстве с американской компанией Rocket Space, которая обладает большим опытом в этом направлении. Их клиентами являются порядка 100 крупнейших корпораций из списка Fortune-1000, которые тесно сотрудничают со стартапами и привлекают их технологии. Дело в том, что встроить стартап в существующую бизнес-модель крупной компании является довольно сложной задачей. Зачастую команда стартапа не знает всех бизнес-процессов корпорации, поэтому необходимы работы по адаптации их решений под стандарты и требования конкретного предприятия.

DSC05820.jpg

– И какой выход из положения?

– Как правило, у корпораций два пути внедрения инноваций: разработка решений в собственных корпоративных лабораториях либо приобретение готовых решений стартапов. Но в большинстве своем корпорации идут вторым путем. Это касается и ведущих компаний в мире, таких как Google, который к данному моменту выкупил порядка 190 стартапов. 

Как я уже говорил, для покупки стартапа корпорации создают венчурные фонды. Это позволяет входить в долю стартапа на ранних стадиях. Далее, если решение стартапа хорошо развивается, в проект вкладываются дополнительные средства и доля корпораций увеличивается. Таков процесс управления, при котором снижаются риски. Ведь по своей натуре венчурный бизнес является высокорисковым. По статистике, только один из десяти стартапов превращается в серьезную компанию.

С целью показать, как устроены эти процессы в США, при поддержке Министерства по инвестициям и развитию РК мы организовали данную программу для отечественных компаний. Также для того, чтобы корпорации посмотрели возможности расширения своих сервисов не только на казахстанском рынке, но и в рамках Евразийского союза. Ее целью является увеличение экспортного потенциала за счет внедрения инновационных решений. В числе участников – компании из добывающего, финансового, телекоммуникационного и других секторов, которые сегодня составляют основной костяк ВВП страны.  
 
– Одна из задач Tech Garden – это создание отраслевых лабораторий и центров компетенций. Скажите, есть ли уже результаты? 

– Зачастую корпорации создают собственные тестовые платформы для интеграции новых решений. Здесь мы как государственный фонд помогаем корпорациям и создаем такие платформы в партнерстве с транснациональными корпорациями и компаниями, которые обладают прорывными технологиями. На условиях паритетного софинансирования создаются центры компетенций, где разрабатываются, тестируются и внедряются новые технологии. Это платформы, через которые молодые компании предоставляют свои решения корпорациям. Таким образом, стартапу не нужно самостоятельно договариваться с недропользователями, это происходит через платформу, в которую недропользователи уже интегрированы. 

Одна из успешных историй – это наше совместное предприятие с компанией Intelli Sense из Великобритании. В рамках этого центра в реальном времени принимаются и обрабатываются живые данные с месторождений. За счет применения искусственного интеллекта, анализа больших данных предоставляются непрерывные рекомендации по оптимизации процессов.  Первоначально мы выбирали партнера с фокусом на горно-металлургический комплекс, но с помощью стартапов расширяем платформу для нефтегазового комплекса, логистики, машиностроения и энергетики. Данный процесс расширения платформы осуществляется за счет привлечения качественных стартапов, поставщиком которых служит программа акселерации Startup Kazakhstan.

– Сколько проектов поддержано в рамках акселерации?

– Программу Startup Kazakhstan мы запустили в конце прошлого года при поддержке правительства РК. Сейчас, с учетом второго набора, у нас насчитывается 75–76 проектов. Это довольно серьезная цифра. Часть проектов уже привлекли инвестиции, а оценочная стоимость некоторых из них достигает $20 млн. 
 
Как видите, мы стараемся подходить ко всем задачам системно. С одной стороны, готовим корпорации к работе со стартапами. С другой стороны, учим стартапы привлекать капитал, структурировать бизнес-план, юридические аспекты и помогаем интегрироваться в цепочки поставщиков крупных корпораций.

Благодаря партнерству с ведущими инновационными центрами удалось наладить хорошую воронку стартапов. В этом году мы получили около 1000 заявок от состоявшихся стартапов из стран СНГ и ближнего зарубежья. В будущем этот поток будет направлен в Astana HUB. Это международный технопарк IT-стартапов, который запускается в Астане по поручению главы государства. Это важный проект, который призван стать источником инноваций и технологических решений для цифровизации всей экономики.

– Если говорить отдельно об IT–квартале, то с момента его запуска уже прошло более года. Каких результатов удалось достичь за это время? То есть сколько компаний пришло на площадку, с каким сложностями сталкиваются те или иные проекты?

– Мы запустились год назад. Проект осуществлен практически без затрат. Как фонд мы стали якорным резидентом. Посредством наших мероприятий стала образовываться необходимая экосистема, и компании сами стали приходить сюда. Сегодня он полностью заполнен, преимущественно IT-компаниями. Важную роль сыграл и тот фактор, что зачастую стартапы расцениваются компаниями в качестве источника квалифицированных кадров. Ребята проходят очень серьезную школу, поэтому они востребованы. Большинство из них местные, но мы также пытаемся экспортировать специалистов из России, Украины, Белоруссии.

– Прошлой осенью вы также отправляли компании СЭЗ «ПИТ» на стажировку в Кремниевой долине в США. Где сейчас работают эти проекты?

– Да, это были компании – участники СЭЗ «ПИТ». Большинство из них – это малый и средний бизнес. По результатам той акселерации сегодня одна компания работает уже на рынке США, предоставляя продукты в финансовом секторе. В Казахстане она также успешно сотрудничает с рядом банков второго уровня. Еще одна компания предлагает свои решения за пределами Казахстана, в том числе в Российской Федерации – это решение по технологии «интернета вещей». Также сегодня данная компания проходит тесты с нашим национальным телекоммуникационным оператором. 

– Известно, что в IT-области компетенции играют ключевую роль, и ранее озвучивались мнения о том, что казахстанские специалисты пока не могут конкурировать с коллегами из России, Беларуси, Украины и т. д. Насколько это справедливо сейчас; действительно ли нашим ребятам до сих пор не хватает знаний или профессионализма?

– По отдельным специалистам тяжело судить. Но если оценивать по качеству стартапов, то мы наблюдаем ощутимый рост из года в год. Если три года назад мы думали, стоит ли вообще делать ставку на стартапы, то сегодня можем сказать однозначное «да». Многие стартапы уже обладают необходимыми для работы с корпорациями знаниями и компетенциями. Это мировая тенденция. Стартапов становится больше, качество повсюду растет. В ряде стран МСБ занимает более серьезную долю в ВВП, но мы тоже постепенно догоняем. Такие программы, как Startup Kazakhstan, направлены именно на то, чтобы сформировать в Казахстане критическую массу высокотехнологичных компаний.

Доступность технологий, которые распространяется практически в геометрической прогрессии, также оказывает положительное влияние на данный тренд. Решения, на которые раньше тратились миллионы долларов, сегодня уже стоят в десятки и сотни раз меньше. Пожалуй, доступность базовых технологий – это основной драйвер роста компетенций. Но также важен и спрос, который способствует самообучению.

Если говорить о качестве образования, сегодня востребованным специалистам зачастую приходится переучиваться и обучаться новым технологиям, которые появляются на рынке. Образовательные программы не успевают за стремительными темпами роста новых технологий. И здесь Казахстан не уникален – схожая ситуация происходит на всех рынках. Сегодня готовых IT-специалистов, которые только закончили высшее учебное заведение, практически не бывает. Пока человек не поработает в реальном секторе, он не станет IT-специалистом. Люди этой профессии постоянно учатся, раз в полтора-два года обязательно проходят определенные курсы.  Как только появляется новая технология в твоей нише, необходимо обучиться ей, чтобы оставаться востребованным на рынке.

– Насколько конкурентны казахстанские стартапы по сравнению со всем остальным миром?

– На мой взгляд, сегодня рынок стартапов можно разделить по экосистемам. В КНР есть своя экосистема, в Сингапуре она другая, но тоже является одной из самых сильных. Дубай, Москва, Берлин, Лондон, Кремниевая долина – это все разные экосистемы, но привлекательные для стартапов из самых разных стран. Стартап не может быть локальным и делать решения, скажем, исключительно для казахстанского рынка. Чтобы выжить в конкурентной борьбе, нужно выходить как минимум на рынки соседних стран. Следовательно, стартапы хотят работать и развиваться в лучших местах. Поэтому Казахстану важно выстраивать собственную экосистему, как для привлечения зарубежных, так и для удержания отечественных специалистов.

DSC05799.jpg

– Привлекаете ли вы зарубежные стартапы?

– Естественно, очень большой поток идет с Российской Федерации и стран СНГ. Мы рассматриваем около 1000 зарубежных проектов в год, большинство которых из Российской Федерации. Также большой поток идет из Восточной Европы, немного из Центральной Азии, ОАЭ и др. В основном это проекты, которые знают нашу экономику и хотят работать на нашем рынке. В первую очередь им интересны базовые сектора экономики. В этом плане Казахстан является уникальной площадкой, где можно тестировать новые технологии и бизнес-процессы.

– Иногда программы стартапов в Казахстане подвергают сомнениям. На Ваш взгляд, есть ли будущее у этой группы бизнеса в Казахстане?

– Сегодня Казахстан попал на общемировую карту стартап-экосистем, в  частности, благодаря реализации программы Startup Kazakhstan. Значительный вклад внесут такие значимые проекты, как Astana HUB и МФЦА, который является магнитом для притяжения новых финансовых технологий. Стартапы постепенно превращаются в индустрию. Сегодня уже имеется ряд акселераторов, но нужно много работать, чтобы качество проектов соответствовало международным стандартам. В этом вопросе важное значение имеют венчурные фонды, о которых я ранее упоминал. Пока мы видим частные инвестиции, не структурированные в венчурный фонд. Активность бизнес-ангелов растет, но примеров институционального инвестирования в стартапы пока нет.

– Имеется ли законодательство для создания венчурных фондов в Казахстане?

– Да, соответствующий закон был подписан этим летом.  Главное – признается тот факт, что не все проекты могут быть стопроцентно успешны. Сегодня все еще преобладает мнение, что любой проинвестированный проект должен быть успешным, то есть у него нет права на ошибку. А для стартапов необходим более портфельный подход. В этом случае оцениваются результаты не одного конкретного проекта, а общая стоимость всех стартапов. Как правило, стоимость стартапов, успешно дошедших до цели, перекрывает общую сумму вложенных инвестиций.

– Напоследок хотелось бы уточнить, все-таки, какие проекты будут более востребованы в ближайшие, скажем, пять лет?

– Все, что связано с цифровыми технологиями во всех отраслях, – это «интернет вещей», технологии блокчейн, искусственный интеллект, а также технологии, связанные с новыми материалами, несмотря на их капиталоемкость.
 

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Подходит к концу 2018 год. Какие события, произошедшие в Казахстане, на Ваш взгляд, оказали наибольшее влияние на текущее состоянии экономики?

Варианты

1012SledProdkursiv.kz.jpg

123.gif

Цифра дня

37 276
Нурсултанов
родились в Казахстане за 27 лет независимости

Цитата дня

Трудность настоящего лидера заключается в том, что ты вперед смотрящий. Ты - ведущий, а не ведомый. Ты ведешь. Так куда ты ведешь, ты должен же это знать? Конечно, есть много советников, есть помощники, которые «подносят снаряды», пишут, анализируют и так далее. Но тебе надо принять решение, они не отвечают за то, что написали. Президенту надо принять решение и отвечать за это решение. В этом есть одиночество президента. Ты один здесь сидишь и работаешь

Нурсултан Назарбаев
президент РК

Спецпроекты

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций

Home Credit Bank

Home Credit Bank