Перейти к основному содержанию

bavaria_x6_1200x120.gif


2199 просмотров

Как новая власть Узбекистана строит либеральную экономику

На фоне государственного протекционизма

Фото: Shutterstock/NICOLA MESSANA PHOTOS

Территория Навоийской области площадью в 110 800 кв. км в Узбекистане объявлена свободной экономической зоной (СЭЗ) на основании указа Шавката Мирзиеёва от 15 мая.

Соответственно, те областные предприятия, которые получат статус участника СЭЗ «Навои», например в сферах производства химической продукции, строительных материалов, энергетики, горной металлургии, транспортной и инженерно-коммуникационной инфраструктуры или сельского хозяйства, будут освобождены от выплат целого ряда налогов на срок от 3 до 10 лет. Речь идет о земельном налоге, налоге на прибыль, налоге на имущество юридических лиц, едином налоговом платеже для микрофирм и малых предприятий, а также о таможенных платежах за оборудование, сырье и строительные материалы, которые будут способствовать развитию предприятий на территории Навоийской области. Для учредителей предприятий с иностранными инвестициями в рамках программы СЭЗ «Навои», а также для членов их семей с 1 июня вводится трехлетняя инвестиционная виза. В случае необходимости ее можно прод­лить без выезда за пределы Узбекистана.

Реформа с барьерами

Создание СЭЗ «Навои» – очередной шаг в реформировании экономики Узбекистана. Создание СЭЗ и либерализация внешнеторгового режима в новой экономической политике страны сочетаются с установлением достаточно жестких протекционист­ских барьеров на пути товаров и услуг из-за рубежа. Предприниматель – владелец нескольких торговых точек на крупнейшем рынке Ташкента «Абу Сахий» в беседе с «Курсивом» попросил об анонимности в обмен на откровенность. По его словам, число различных заградительных мер для импорта в Узбекистане отнюдь не уменьшилось, а даже возросло. «Новая экономическая политика нашей страны сильно напоминает то, с чем я сам сталкивался в Китае: оттуда можно, туда  категорически нельзя! Другой вариант – за свои деньги организуй им производство. Мы не против последнего пункта. Но когда мы с друзьями стали выяснять возможность организации производства по программе СЭЗ «Навои», нам дали понять, что таких, как мы, в Навоийской области не ждут», – поделился ташкентский предприниматель.

Завозить товары из-за рубежа, заметил собеседник, по сравнению с прежними временами стало намного сложнее. «Вы не поверите, но с лета 2017 года уже несколько раз ставки акцизного налога на импорт меняли. В основном в сторону повышения. К примеру, с января нынешнего года подняли пошлины на ввоз бытовой химии и предметы личной гигиены, на поставках которых мы специализировались. Было 5% от таможенной стоимости товара, стало 10%. Так ведь есть еще и другие косвенные платежи, которые набрасывают еще 20%. Все слишком дорогим становится. Да, нам предлагают брать товары от местных производителей. Но качество у них несравнимо хуже, чем то, что предлагают Россия, Белоруссия и Казахстан». 

До сих пор существующие барьеры в движении капитала – еще одна причина недовольства предпринимателя из Ташкента. По его словам, несмотря на валютную реформу и свободную конвертацию сума, в банках Узбекистана практически невозможно купить наличные доллары и евро. «Вся купленная валюта переводится на банковские карты. В принципе, тоже пойдет. Но есть один нюанс: с ними можно работать в России или у вас в Казахстане. А вот в Турции или в Эмиратах уже нельзя. Деньги просто не переводятся. Мне кажется, что все эти ограничения для развития бизнеса нормальными не являются», – заметил ташкентский предприниматель.

На чью защиту встать государству?

Известный узбекский политолог, руководитель  Центра исследовательских инициатив Ma’no Бахтиёр Эргашев считает протекционистские действия официального Ташкента оправданными: государство должно защищать производителей, а не торговцев. «Как сторонник идеи экспортно-ориентированной модели развития, всемерной поддержки отечественного производителя, я считаю, что рынок Узбекистана надо открывать очень осторожно. На мой взгляд, безграничного открытия нашего рынка для импорта быть не должно. Более того, я считаю, что мы и так слишком быстро это сделали, открыв много возможностей для поставок из-за рубежа, – рассказал о своей позиции «Курсиву» Бахтиёр Эргашев.

Несколько иной взгляд на проводимую Узбекистаном экономическую политику у директора расположенного в Ташкенте Центра экономического развития Юлия Юсупова. Отвечая на вопросы «Курсива», он приз­нал, что, несмотря на введение конвертации национальной валюты по текущим операциям, открытие границ с соседними странами для свободного движения товаров и либерализации ряда внешнеторговых процедур в Узбекистане существует еще немало барьеров на пути импорта. К ним относятся как высокие таможенные пошлины по некоторым товарным позициям, так и  отдельные препоны административного характера. «Основная причина – лоббизм со стороны некоторых производителей и архаичных институтов, сохранившихся еще с советских времен, правда, несколько видоизменившихся и переименованных из отраслевых министерств в ассоциации, концерны и даже АО. К тому же в коридорах власти все еще находятся люди, для которых протекционизм – единственно приемлемая форма экономической политики», – считает экономист из Ташкента. В своих публикациях Юсупов регулярно критикует политику протекцио­низма, приводя примеры из мировой практики.  

К примеру, в одном из материалов о вреде протекционизма Юлий Юсупов сравнил развитие экономик Индии и Южной Кореи. Если в начале 1950-х годов Нью-Дели в области экономической политики взял курс на протекционизм и импортозамещение, то Сеул провозгласил внешнюю открытость и экспортоориентацию. «Тридцать лет спустя среднедушевой доход в Индии составлял всего лишь $230, а средняя продолжительность жизни – 55 лет. В Южной Корее за это же время доход на душу населения вырос до $2900 в год, а средняя продолжительность жизни – до 69 лет. К этому моменту Южная Корея не только не получала зарубежной помощи уже два с лишним десятилетия, но и выплатила свою внешнюю задолженность. Индия же, напротив, не могла обойтись без такой помощи, а по объему внешнего долга в $60 млрд занимала четвертое место в мире», – сославшись на информацию от американского историка Джима Пауэлла, отметил экономист.

Реакция Казахстана

Новая экономическая политика Узбекистана может очень скоро отразиться на показателях товарооборота с Казахстаном. По информации узбекского Гос­комстата, товарооборот двух республик с января по апрель 2019 года составил более $1 млрд и в сравнении с данными за аналогичный период прошлого года вырос на 128,6 %. Пока импорт из Казахстана в Узбекистан превышает экспорт: $663,7 млн против $390,8. Однако этот разрыв сокращается – Узбекистан стал заметно чаще поставлять в РК продукты с высокой добавленной стоимостью. Здесь и автомобили Ravon и SamAuto, и текстильные изделия с лейблом Made in Uzbekistan, и даже овощные консервы и сокосодержащие напитки. При этом перед импортом аналогичной продукции официальный Ташкент поставил протекционистские барьеры. Дело дошло до того, что предприниматели южных регионов Казахстана стали высказывать опасения по поводу своей конкурентоспособности перед производителями из Узбекистана и поставили под сомнение целесообразность создания в Туркестанской области международного центра торгово-экономического сотрудничества «Центральная Азия» («Курсив ЮГ» N 17 писал об этом в материале «Что нам второй «Хоргос» готовит?»). С большой вероятностью свой вклад в изменения показателей товарооборота между нашими странами в пользу соседей с юга внесет и создаваемая в Навоийской области свободная экономическая зона. По информации СМИ Узбекистана, о своем желании разместить на ее территории свои производственные мощности уже объявили компании из Канады, Китая, России и Франции.


1 просмотр

Выборы в Индии затронут интересы Казахстана

Итоги парламентских выборов станут известны 23 мая

Фото: Shutterstock

В Индии проходят самые масштабные в мире парламентские выборы. В случае прихода к власти оппозиции возможно изменение вектора индийской внутренней и внешней политики. Соответственно, и странам Центральной Азии придется корректировать свои планы. 

В отличие от других стран мира выборы в самую влиятельную в Индии нижнюю палату парламента (Локсабха) проводятся не в один назначенный день, а в несколько этапов. В этом году они начались 11 апреля. Помимо уже прошедших выборов в ряде штатов Индии, состоявшихся 11, 18 и 23 апреля, они ожидаются 29 апреля, а также 6, 12 и 19 мая. Выборы в несколько этапов связаны как с большим количеством избирателей – около 900 млн человек, так и с особенностью территориального устройства страны. В Индии 29 штатов и семь союзных территорий, включая национальный столичный округ Дели. При этом 545 депутатов, которые представляют интересы многочисленных индийских политических партий, избирают раз в пять лет и исключительно по мажоритарной системе в одномандатных округах. 

Годы прорыва 

На первый взгляд, итоги парламентских выборов в Индии, которые станут известны лишь 23 мая, особого интереса для Казахстана не представляют – официальный Дели всегда поддерживал дружеские отношения с нашей страной. Во всяком случае, так было в период, когда во главе индийского правительства стояли представители старейшей партии этой страны – «Индийского национального конгресса» (ИНК), членами которой ранее были такие великие люди, как Махатма Ганди, Джавахарлал Неру и Индира Ганди. Несмотря на опасения, не ухудшились казахстанско-индийские отношения и после парламентских выборов в Индии в 2014 году, когда оглушительную победу одержала партия индуистского национализма «Бхаратия джаната парти» («Индийская народная партия» – БДП).  

Напротив, если во времена доминирования ИНК, несмотря на регулярные встречи руководителей наших стран, отношения с Индией были скорее вялотекущими, то после победы «народников» во главе с Нарендрой Моди они получили поступательный характер. К примеру, посол Казахстана в Индии Булат Сарсенбаев три года назад в своем интервью одному из правительственных изданий даже назвал 2015-й год «особо удачным в двухсторонних отношениях». Вопреки ожиданиям и сделанным ранее мрачным прогнозам, правительство Нарендры Моди не стало замыкаться лишь на внутренних проблемах своей страны, а начало активно продвигать интересы Индии на внешнеполитической арене, все чаще давая понять, что претендует на статус мировой державы. 

В сферу интересов официального Дели попали и страны Центральной Азии, включая Казахстан. В том же 2015 году Нарендра Моди прилетел с официальным визитом в столицу Казахстана вместе с серьезной группой бизнесменов и промышленников, что позволило Казахстану и Индии создать совместный деловой совет и подписать «Дорожную карту сотрудничества». Это принесло ощутимые результаты: только за минувшие три года товарооборот между нашими странами вырос с $461,6 млн в 2015 году до $1,19 млрд в 2018-м. Посол Казахстана в Индии Булат Сарсенбаев в своем интервью «Курсиву» от 7 марта 2019 года рассказал о перспективах дальнейшего расширения казахстанско-индийского делового сотрудничества. Речь идет о производстве телекоммуникационного оборудования и внедрении новых технологий, переработке сельхозпродукции, машиностроении, совместном освоении космоса, взаимодействии в военно-техническом направлении, строительстве и производстве стройматериалов, туризме и образовании. 

БДП против ИНК

Между тем нельзя исключать, что все эти планы уже в первых числах июня придется серьезно корректировать. И провести корректировку  сотрудничества с официальным Дели надо будет не только Казахстану, но и другим странам Центральной Азии. Причина – те самые парламентские выборы в Индии, итоги которых могут преподнести нашим странам немало не самых приятных сюрпризов. Определенные предпосылки есть: если судить по гигантскому количеству постов и различных ссылок в индийском сегменте популярных социальных сетей под хэштегами #BJP, #INCIndia и #IndiaElections2019, граждане Республики Индия ныне не сильно жалуют и «Бхаратия джаната парти», и «Индийский национальный конгресс». 

Партию Нарендры Моди рядовые и не совсем индийцы обвиняют в невыполнении своих предвыборных обещаний. В тех же социальных сетях нередко можно встретить колкие замечания в адрес Моди, который в 2014 году чуть ли не гарантировал, что, если он возглавит правительство, каждому совершеннолетнему гражданину Индии будет перечислено 1500 рупий  (эквивалент чуть более 8 тысяч тенге. – «Курсив»). Немало жителей этой страны недобрым словом поминают и «денежную реформу» правительства индуистских националистов в ноябре-декабре 2016 года. Массовый обмен наличных денег в определенной степени повлиял на ситуацию с теневой экономикой, но одновременно нанес серьезный удар по накоплениям бедных слоев населения, которые хранили свои сбережения в упраздненных купюрах в 500 и 1000 индийских рупий.

Наконец, крайне слабым местом проводимой «Бхаратия джаната парти» политики считаются действия по организации новых рабочих мест. Замечание, что «когда в Китае появляется 50 тысяч новых вакансий, в Индии их создается только 500», является одним из самых популярных упреков в адрес еще действующего кабинета министров Нарендры Моди.  

Не все в Индии склонны доверять и «Индийскому национальному конгрессу» во главе с внуком Индиры Ганди Рахулом Ганди. К примеру, ИНК буквально подняли на смех, когда в ходе предвыборной борьбы его представители один за другим стали обещать избирателям полностью решить в стране проблему безработицы. А вот другое обещание – об увеличении социальной помощи наиболее уязвимым слоям населения – и вовсе испугало. Ведь даже в аполитичных по своей сути обозрениях ночных клубов Дели на YouTube можно встретить негативные рассказы о жизни целой категории людей, которые, получив от государства жилье, предпочитают не работать и обитать на улицах.

При этом в рамках государственной социальной помощи, той самой, которую ИНК обещает увеличить, им ежедневно привозят бесплатную еду и бутилированную воду, периодически обеспечивая их новой одеждой. Нельзя не отметить и недоверие части индийского общества к заявлениям руководителей «Индийского национального конгресса» об искоренении коррупции в своих партийных рядах. Последний пункт, кстати, стал в буквальном смысле роковым для ИНК на предыдущих парламентских выборах 2014 года, которые он с треском проиграл «Бхаратия джаната парти», потеряв статус правящей партии. В конце концов, о том, что в рядах «Индийского национального конгресса» далеко не все в порядке, говорит и неожиданный выход из его состава популярной в Индии певицы, телеведущей и общественницы Приянки Чатурведи. Достаточно сказать, что до 19 апреля текущего года она считалась лицом ИНК, а ее изображение часто использовалось на постерах и плакатах с целью привлечения внимания к программным обещаниям партии потомков Неру-Ганди. 

Измениться может все

Все это вместе наводит на мысль о том, что итоги индийских парламентских выборов 2019 года будут сильно отличаться от результатов пятилетней давности. Вряд ли какая-то из политических партий Индии получит комфортное большинство в Локсабха, позволяющее ей сформировать почти однопартийное правительство. Об этом же говорят и СМИ других стран, внимательно отслеживающие ситуацию в Индии. 

К примеру, китайское информационное агентство «Синьхуа» обращает внимание на наблюдаемую жесткую конкуренцию между индийскими политическими партиям, замечая, что шансы Нарендры Моди стать премьер-министром во второй раз не очень очевидны. В пример приводит случай, который лишний раз подчеркивает не очень прочные позиции действующего премьера. «Биографический фильм «Премьер-министр Нарендра Моди» планировался к прокату с 11 апреля. Но избирательная комиссия страны наложила временный запрет на его выпуск до завершения выборов, заявив, что это «нарушит игровое поле во время выборов», отмечают авторы агентства «Синьхуа».

Не видят явных фаворитов текущих выборов в Локсабха и обозреватели ведущего СМИ арабского мира – телеканала Al Jazeera. В своем последнем материале о выборах в Индии арабские журналисты говорят о серьезных проблемах в сельской местности этой страны и обвинениях в адрес Моди со стороны оппозиции, которая указывает на высокий уровень безработицы в сельском хозяйстве и обеспокоенность фермеров низкими ценами на урожай. 

Это значит, что кто бы из лидеров ведущих политических партий Индии в итоге ни получил право по результатам выборов сформировать свое правительство, он будет просто вынужден в первую очередь обратить внимание на решение внутренних проблем почти 1,5-миллиардного населения страны. А это требует немалых денег. Вполне можно допустить, что новый кабинет министров официального Дели будет не очень-то приветствовать стремление индийских компаний инвестировать свои средства за рубеж. Соответственно, нельзя исключать, что уже в текущем году товарооборот между Казахстаном и Индией начнет постепенно снижаться, чтобы через год-другой выйти на уровень «прорывного 2015 года». 

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Депозиты в какой валюте вы предпочитаете?

Варианты

d1fHAmG5BPI.jpg

almaty2019_kursiv_240×400.jpg

Цифра дня

старше 20 лет
половина продаваемых авто в Казахстане

Цитата дня

Земля должна принадлежать тем, кто на ней работает. Земля иностранцам продаваться не будет. Это моя принципиальная позиция

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций