Перейти к основному содержанию

bavaria_x6_1200x120.gif


2960 просмотров

Формат С5+1 по-новому: Индия вместо США

У Индии же есть деньги и желание стать одной из ведущих стран мира

Фото: МИД РК

На первую министерскую встречу с руководителем МИДа Индии Сушмой Сварадж в Самарканд прибыли все без исключения руководители внешнеполитических ведомств государств Центральной Азии. Причина очевидна - страны региона остро нуждаются в инвестициях. У Индии же есть деньги и желание стать одной из ведущих стран мира. Подробности у «Къ».

Нечто подобное уже имело место быть: Самарканд, комплекс «Форумлар Мажмуаси», флаги пяти государств Центральной Азии и Афганистана, а также страны, к которой приковано все внимание официальных лиц из Ташкента, Астаны, Бишкека, Душанбе, Ашгабада и Кабула. Такое происходило в ноябре 2015 года, когда на встречу с госсекретарем США Джоном Керри прибыли все без исключения главы внешнеполитических ведомств центральноазиатских стран. Это же можно было наблюдать и 12-13 января уже нового года, когда в бывшую столицу некогда могущественной Согдианы и сотрясавшей мир империи Тимуридов, прибыла министр иностранных дел Республики Индия Сушма Сварадж.   

Почти с поправками

Несмотря на то, что на встрече с госпожой Сварадж министры иностранных дел стран Центральной Азии, судя по сообщениям СМИ, обсуждение международной обстановки в глобальных масштабах постарались обойти стороной, все равно сложилось впечатление, что Диалог «Индия - Центральная Азия» с участием Афганистана является своеобразной реинкарнацией формата С5+1. Того самого, который был предложен еще администрацией 44-го президента США Барака Обамы, но так и не реализован. Во всяком случае, рассматриваемые во время «Диалога» экономические вопросы сильно напоминали те, что поднимались более трех лет назад. Правда, с некоторыми корректировками и поправками.

К примеру, министр иностранных дел Туркменистана Рашид Мередов напомнил своим коллегам и, прежде всего, госпоже Сварадж о значимости транснационального газопровода Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия (ТАПИ - «Къ»), о котором официальный Ашгабад говорит еще с 2010 года, но толком никак не может начать его строительство. «Проект ТАПИ создаст реальные предпосылки для стабильности в Афганистане, создаст только в самом Афганистане 12 тысяч рабочих мест, обеспечит ежегодное поступление в государственную казну около $1 млрд», - заверил собравшихся туркменский министр. Интересно, что при этом СМИ, которые специализируются на новостях из Туркменистана, отчего-то напомнили о поддержке проекта ТАПИ Владимиром Путиным.

Не менее масштабны и были предложения, прозвучавшие со стороны казахстанской делегации. Недавно назначенный на пост Министра иностранных дел РК Бейбут Атамкулов, предложил, как индийской стороне, так и своим партнерам из других стран региона активнее использовать возможности Международного технопарка IT стартапов Astana Hub и Международного финансового центра «Астана». Кроме того, была отмечена (как, кстати, и на встрече с Керри в 2015 году) важность транзитного потенциала коридора «Север-Юг», в рамках которого существует проект по присоединению железнодорожного маршрута Казахстан-Туркменистан-Иран к транзитно-транспортным возможностям принадлежащего Индии иранского порта Чахабар.     

Что касается других стран Центральной Азии, то, опять же, по сообщениям информационных агентств, их запросы не столь велики. И Кыргызстан, и Таджикистан, и особенно Узбекистан, сотрудничество с Индией у которого носит наиболее плодотворный характер, предпочли заострить свое внимание на совместных проектах в области туризма, науки, образования и, прежде всего, медицины и фармакологии, в развитии которых Республика Индия вышла на передовые позиции в мире.

Когда деньги решают не все

Естественно, возникает вопрос: а есть ли у Индии средства, чтобы инвестировать их в создание, например, совместных с центральноазиатскими странами производств лекарственных препаратов? Ответ однозначен - есть. В последнее время Индия стала выходить из тени, вкладывая немалые деньги в приобретении новейших технологий различного назначения. Это касается и той же фармацевтики с легкой промышленностью, а также исследований в области кибернетики и освоения ближнего космоса. Да что там?! Достаточно вспомнить, что Нью-Дели является крупнейшим покупателем военной техники в мире, уступая лишь Саудовской Аравии, ежегодно выделяя на военные цели свыше $60 млрд.

И все же, можно предположить, что первая министерская встреча в рамках Диалога «Индия-Центральная Азия» является для Нью-Дели своеобразной попыткой оценить потенциал своих возможностей. Косвенно на это указывает тот факт, что цитат от Сушмы Сварадж на лентах информационных агентств почти нет. Это значит, что представители индийской делегации больше слушали предложения от внешнеполитических ведомств стран Центральной Азии, нежели предлагали что-либо сами. И надо сказать, это вполне естественно. Ведь в апреле этого года Индию ожидают парламентские выборы, на которых Народная партия под руководством действующего премьер-министра Нарендры Моди может потерпеть поражение, например, от своего главного конкурента - Индийского национального конгресса, возглавляемого Рахулом Ганди. В этом случае появится новое правительство, которое может и отказаться от планов предыдущего Кабинета министров. К тому же нельзя сбрасывать со счетов и обострение обстановки вокруг Ирана, которая в состоянии поставить под сомнение реализацию всех идей озвученных в Самарканде. Соответственно  «Диалог» может запросто повторить судьбу инициативы американского госсекретаря Джона Керри. Впрочем, поживем - увидим.


1489 просмотров

Бремя проекта «Один пояс – один путь» все сильнее давит на Пакистан

Предполагалось, что выдвинутая КНР инициатива по созданию масштабных инфраструктурных проектов будет способствовать развитию экономики ключевого китайского союзника, однако разразившийся экономический кризис стал причиной приостановки текущих проектов и вынудил Исламабад в преддверии Пекинского форума по инфраструктурной политике просить о помощи

Фото: wsj.com

Глобальная программа под названием «Один пояс – один путь», инициированная КНР для развития инфраструктуры, должна была обеспечить Пакистану, ближайшему союзнику Пекина, бурный экономический рост, который был бы выгоден обеим странам, пишет The Wall Street Journal.

Однако Пакистан, где в рамках программы было освоено меньше половины от общей суммы инвестиций в $62 млрд, столкнулся с серьезными кризисными явлениями, которые тормозят реализацию остальных инфраструктурных проектов. При этом китайские государственные компании, чьими силами эта инфраструктура была построена, требуют, чтобы правительство Пакистана гарантировало выплаты Пекину за проделанную работу.

Теперь Пакистан просит Китай выступить с инициативой другого рода, а именно оказать безвозмездную помощь в социальном развитии страны, выделив на эти цели $1 млрд, и открыть в стране предприятия из частного сектора Китая.

Кроме того, не так давно Пакистан запросил у КНР срочный кредит на сумму $2,1 млрд, еще большие суммы страна заняла у Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов. Эти деньги потребовались Исламабаду для того, чтобы не допустить кризиса платежного баланса и продержаться до тех пор, пока не будут достигнуты договоренности о выделении финансовой помощи со стороны Международного валютного фонда, что, как ожидается, произойдет в течение нескольких недель.

ГЛАВНАЯ_ПАКИСТАН_page-0001.jpg

Попытки Пакистана придать новый импульс программе сотрудничества, известной как Китайско-пакистанский экономический коридор (КПЭК), являющегося своего рода витриной глобальной инфраструктурной инициативы, охватывающей 70 государств, для правительства КНР уже не являются историей того успеха, которым они бы хотели поделиться на большом форуме, посвященном программе «Один пояс – один путь», который пройдет в Пекине в апреле. При этом именно в рамках этой программы Китаю удалось вытеснить из Пакистана США, ранее являвшихся ключевым партнером для этого государства.

Однако Пакистан не единственная страна, которая не сумела использовать выделенные кредиты и построенную китайскими госкомпаниями инфраструктуру для обеспечения устойчивого экономического развития или где просто возникла оппозиция инициативам со стороны Китая. Так, несмотря на мощный импульс к дальнейшему развитию, который китайская инициатива получила после того, как Италия стала первым европейским государством, подписавшим соглашение по программе «Один пояс – один путь», правительства, пришедшие к власти в Малайзии, Шри-Ланке и Мальдивах, выражают свое недовольство по поводу растущего уровня долга их стран и той обстановки секретности, которая окружает сделки с участием Китая.

В Пакистане, где вопросы многолетнего стратегического сотрудничества с Китаем находятся под контролем армии, публичная критика по стороны правительства была не такой явной. Однако новый премьер-министр Имран Хан подверг критике многие из тех проектов, которые его предшественник Наваз Шариф инициировал совместно с Китаем во время своего последнего четырехлетнего срока.

Так, правительство Хана негласно приостановило реализацию большинства проектов КПЭК, на которые Китай выделил $62 млрд. При этом в Пекине говорят о том, что из этого объема средств уже освоено $19 млрд, которые были израсходованы на строительство дорог, электростанций и портов, работы по которым начаты либо уже завершены.

Исламабад все еще надеется реализовать в рамках этой программы и другие инфраструктурные проекты, в частности модернизировать сеть железных дорог, однако как они будут финансироваться, пока непонятно.

При этом во взаимоотношениях с Китаем Имран Хан хотел бы сместить фокус на свои собственные приоритеты, в первую очередь в сферу здравоохранения и образования, привлекая для этого более привычные гранты для развивающихся стран, которые не нужно затем возвращать. Сегодня его правительство и без того вынуждено решать проблемы с долговым бременем, двойным бюджетом и кризисом платежного баланса.

«Если у нас нет денег, зачем нам новые инфраструктурные проекты?» – задаются вопросом официальные представители пакистанских властей.

По данным внутреннего анализа, проведенного пакистанским правительством, только за уже реализованные проекты страна должна будет в течение 20 последующих лет выплатить Китаю долг в размере $40 млрд. При этом Пакистан утверждает, что текущий долговой кризис с кредитами, предоставленными Китаем, не связан.

По словам пакистанских чиновников, в ближайшее время с Китаем будет подписано соглашение по реализации первой фазы программы оказания помощи на общую сумму от $400 до $500 млн. Возможно, это произойдет на предстоящем форуме в китайской столице. В Пекине при этом отмечают, что китайские эксперты уже посетили Пакистан для оценки потребностей страны.

«Решение объявить о новом этапе развития КПЭК приняли обе стороны. Мы расширим сферу сотрудничества, мы нарастим сотрудничество в промышленном секторе, а также в социальном секторе», – заявил две недели назад Яо Цзин, посол КНР в Пакистане.

Однако, как признают пакистанские власти, специальные экономические зоны для китайских производителей будут готовы только через два года. В то же время Пакистан хотел бы, чтобы они действовали по всей стране.

В частности, благодаря именно китайским проектам Пакистан смог решить проблему с острой нехваткой электроэнергии.

«За последние пять лет объем инвестиций в рамках КПЭК достиг огромных показателей. И у нас есть много поводов для радости», – считает Мустафа Хайдер Сайед, исполнительный директор, аналитического центра в Исламабаде «Пакистанско-китайский институт».

Предполагалось, что китайская инфраструктура устранит наиболее проблемные точки в транспортном и энергетическом секторах страны, создав, таким образом, условия для экономического роста в Пакистане. Однако вместо этого страна столкнулась с экономическими проблемами. Впрочем, по данным рейтингового агентства Standard & Poor's, строительство инфраструктуры все же обеспечило определенный стимул для развития экономики, обеспечив в прошлом финансовом году рост до 5,8%.

По мере снижения темпов строительства к 2022 году S&P ожидает снижение средних темпов роста экономики до 3,6%. Это всего лишь половина того уровня, при котором рынок труда может обеспечить новые рабочие места, и значительно ниже, чем у основных конкурентов в других странах азиатского региона. Кроме того, как сообщил в марте Государственный банк Пакистана, сокращение объемов деятельности, связанной с КПЭК, также будет способствовать значительному замедлению экономического роста в текущем году.

Некоторые пакистанские бизнесмены считают, что сама по себе китайская инфраструктура не способна вывести Пакистан на новую экономическую траекторию, поскольку страна не предприняла необходимые для обеспечения такого роста шаги, в частности по повышению внутренней производительности и сокращению бюрократической волокиты. То есть экономическое развитие Пакистана по-прежнему идет по старому циклу, когда более высокие темпы роста влекут за собой рост импорта, что вынуждает правительство принимать меры по искусственному замедлению роста экономики.

Официальные лица Пакистана говорят, что страна не подготовилась к будущим фискальным сценариям, и прежде чем оказывать давление на Китай с целью добиться реализации большего числа проектов, нужно было изучить то, какая именно инфраструктура нужна Пакистану.

Так, ряд проектов был реализован исключительно по политическим причинам, считают некоторые представители пакистанских властей. В частности, речь идет о проекте по созданию железнодорожного сообщения с родным городом бывшего премьер-министра страны Наваза Шарифа стоимостью $1,6 млрд. Сегодня возглавляемая Шарифом партия критикует власти за его отставку по решению суда в 2017 году, а также из-за последующей политической нестабильности, связанной с потерей страной импульса к экономическому развитию.

Вместе с тем администрация Имран Хана считает, что развитие ключевого компонента КПЭК, нового порта Гвадар, сильно отстает от намеченного плана. В районе этого удаленного порта наблюдается лишь незначительное судоходное движение, строительство автодорог не завершено, промышленная зона пуста, а обещанный аэропорт и электростанция не построены вообще.

«Позиция партии Имран Хана заключается в формуле: «Нам нравится идея КПЭК, но нам не нравится КПЭК в версии, предложенной Навазом Шарифом». Но Китаю такая позиция не по душе: они хотели, чтобы эти проекты приобрели статус национальных и не ожидали политической критики со стороны государства, которое они рассматривают как ближайшего партнера, даже если эта критика завуалирована и очень осторожная», – говорит Эндрю Смол, автор книги «Китайско-пакистанская ось».

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Министр образования и науки Куляш Шамшидинова считает, что выпускные вечера школьников не должны выходить за территории школ и уж тем более, превращаться в состязания дорогих нарядов и пышных застолий. Согласны ли вы с ее мнением?

Варианты

Цифра дня

900 000
тенге
примерная сумма каждого потребительского кредита казахстанцев

Цитата дня

В эти дни я получаю много писем от наших граждан, для которых оказалось неожиданным мое решение остановить свои полномочия. Некоторые сожалеют о моем решении. Даже получаю письма с предложением идти на новые выборы. Я благодарю за такое отношение и благодарен за доброе ко мне отношение, хочу низко поклониться и поблагодарить всех сограждан за такую любовь и такое отношение!

Нурсултан Назарбаев
экс-президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций

Home Credit Bank

Home Credit Bank