Перейти к основному содержанию

bavaria_x6_1200x120.gif


4135 просмотров

О чем говорили главы СНГ в ходе неформального саммита

Ряд моментов неформального саммита, прошедшего в Санкт-Петербурге и отсутствие в публичном пространстве каких-либо его итоговых документов невольно наводят на мысль, что прошедшее мероприятие было далеко не простым

Фото: Reuters

В Санкт-Петербурге 6 декабря прошел неформальный саммит глав государств СНГ. Несмотря на отсутствие подведения его итогов, похоже, он имел особое значение и был тесно связан с состоявшимся заседанием Высшего Евразийского экономического совета. Ведь на саммит прибыли все лидеры стран Содружества.

Назвать неформальным прошедший в Санкт-Петербурге саммит глав стран СНГ хоть и можно, но с некоторой натяжкой. Да, были очень даже дружеские приветствия в фойе фешенебельного отеля Corintia на Невском проспекте. Да, были вполне искренние улыбки. Даже совместный просмотр «Щелкунчика» в Мариинке и предновогоднее шампанское было. Вот только ряд моментов этого неформального саммита, попавших в объектив операторов главным образом российских федеральных телеканалов, равно как и отсутствие в публичном пространстве каких-либо его итоговых документов, невольно наводят на мысль, что прошедшее в северной столице России мероприятие было далеко не простым. И организовано уж точно не для того, чтобы лидеры стран СНГ рванули в Санкт-Петербург ради поздравления друг друга с наступающим Новым годом.

Неформальный, да не совсем

Первым признаком, скажем так, некоторого отсутствия неформальности прошедшей встречи являлась одежда первых руководителей стран Содружества. Никаких свитеров, пуловеров или джемперов. Напротив, все очень строго: сугубо деловой костюм темных расцветок и обязательно галстук! Последний также исключительно в духе новых течений официоза – красный, но не как у Трампа, а на два-три тона темнее, сиреневый либо фиолетовый без каких-либо крапинок. По протоколу и общая фотография участников будто бы не неформального саммита. В центре хозяин принимающей стороны Владимир Путин, все остальные выстроены строго в алфавитном порядке. Как результат – беспрецедентное явление: президент Азербайджана Ильхам Алиев оказывается рядом с премьер-министром Армении Николом Пашиняном

Кстати, очень похоже, что все это было заранее спланировано и оговорено. Поскольку несколько позже Алиев и Пашинян вновь оказались вместе в одной компании буквально в шаге друг от друга. Да и еще и с бокалами шампанского в руках. Поздравляли артистов балета Мариинского театра с наступающим Новым годом. Конечно, рядом были и Владимир Путин, кыргызский президент Сооронбай Жээнбеков, президент Молдовы Игорь Додон и глава Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов, но сам факт весьма и весьма интересен и в какой-то степени обнадеживающий.

Вместо ралли в Каракумах

Впрочем, куда более удивительным оказался приезд на сей вроде неформальный саммит глав Содружества туркменского Аркадага. Обычно мероприятия подобного рода он не жалует, предпочитая в дни их проведения посещать конефермы с ахалтекинскими скакунами или устраивать сумасшедшие гонки по пескам Каракумов на собранном по его чертежам автомобиле. Что отчасти понятно: Туркменистан, находясь в числе основателей СНГ, так и не ратифицировал устав этой организации. Но в этот раз Гурбангулы Бердымухамедов все же нашел время посетить Санкт-Петербург. Можно, конечно, предположить, что дабы балет посмотреть, который в Туркмении так и не возродился после того, как в 2001 году его запретил первый президент этой страны Сапармурат Ниязов. Однако есть подозрение, что дело не в «Щелкунчике» и не в неких «подведениях итогов года», о которых так и ничего не известно.

Вероятнее всего, основная причина приезда в северную столицу РФ всех без исключения лидеров стран СНГ кроется в итогах другого мероприятия, которое в стенах все того же отеля на Невском проспекте завершилось буквально за несколько минут до появления Гурбангулы Бердымухамедова, президента Таджикистана Эмомали Рахмона и лидера Узбекистана Шавката Мирзиеева. И надо сказать, на заседании Высшего Евразийского экономического совета, участие в котором приняли президенты Казахстана, России, Беларуси, Кыргызстана, Армении и присоединившийся к ним в статусе наблюдателя президент Молдовы, было явно не до «Щелкунчиков» или шампанского. Все потому, что вопросы там решались, которые однозначно затрагивали интересы, пожалуй, не только стран СНГ, но и целого ряда других государств, сотрудничающих с Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС).

Было 129, станет 127

К примеру, из слов Владимира Путина выяснилось, что, во-первых, совокупный ВВП ЕЭАС в первом полугодии 2018 года вырос на два процента, как продолжился и рост промышленного производства и сельского хозяйства на 3,3 и 2,4% соответственно. На 21% увеличился товарооборот со странами, не входящими в Евразийский экономический союз, причем в основном за счет экспорта. В итоге ЕАЭС серьезно улучшил свои позиции, в индексе Doing Business, например, поднявшись с 40 места до 31-го из 190 стран. Но это так, цифры главным образом для специалистов по статистике. А вот планы по созданию в рамках Экономического союза до 2025 года единых рынков нефти, нефтепродуктов и газа – это уже касается каждого жителя стран, входящих в ЕАЭС. К примеру, по словам все того же  президента России, уже в следующем году ожидается общее снижение цен на природный газ. Сложно сказать что-либо по поводу других стран Евразийского союза, но Беларусь будет получать его не по $129 за тысячу кубометров, а по $127. Казалось бы, всего на $2, вот только на мировых рынках январские фьючерсы на натуральный газ, напротив, демонстрируют устойчивый рост, колеблясь в пределах $128–130 за кубический метр. Спрашивается, будет это интересно Туркмении или Узбекистану? Думается, что наверняка.  

Решения и действия

Впрочем, на заседании Высшего Евразийского экономического совета не только обсуждались темы экономических взаимоотношений между странами ЕАЭС, но и был принят целый ряд очень важных решений. При этом из 16 документов особо хотелось бы выделить три. Это решения о вступлении в силу Соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве Евразийского экономического союза с Китаем, о создании условий для организации зоны свободной торговли с Ираном, а также об основных направлениях международной деятельности ЕАЭС в 2019 году.

И надо полагать, некоторые из них уже начали действовать. К примеру, нельзя исключать, что китайская государственная компания по импорту и экспорту автомобилей СМС – China National Machinery IMP. & EXP. CORP – как раз и ждала решения Высшего Евразийского экономического совета, чтобы официально объявить о покупке 51% акций костанайского ТОО «СарыаркаАвтоПром». Не очень-то случайными выглядят и шаги Таджикистана и Узбекистана. В частности, Эмомали Рахмон правительственным постановлением №399 8 декабря отменил таможенные пошлины для товаров из России, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана и других стран СНГ. Тогда как официальный Ташкент после многолетних переговоров 11 декабря договорился с Астаной о взаимном ускоренном пропуске поездов, одновременно начав совместную работу по решению вопроса обеспечения конкурентоспособных тарифных ставок на перевозку транзитных грузов по территориям Казахстана и Узбекистана. Так что получается, что саммит в Санкт-Петербурге хоть и имел статус неформального, но был очень важным с точки зрения интеграции стран СНГ.


1458 просмотров

Бремя проекта «Один пояс – один путь» все сильнее давит на Пакистан

Предполагалось, что выдвинутая КНР инициатива по созданию масштабных инфраструктурных проектов будет способствовать развитию экономики ключевого китайского союзника, однако разразившийся экономический кризис стал причиной приостановки текущих проектов и вынудил Исламабад в преддверии Пекинского форума по инфраструктурной политике просить о помощи

Фото: wsj.com

Глобальная программа под названием «Один пояс – один путь», инициированная КНР для развития инфраструктуры, должна была обеспечить Пакистану, ближайшему союзнику Пекина, бурный экономический рост, который был бы выгоден обеим странам, пишет The Wall Street Journal.

Однако Пакистан, где в рамках программы было освоено меньше половины от общей суммы инвестиций в $62 млрд, столкнулся с серьезными кризисными явлениями, которые тормозят реализацию остальных инфраструктурных проектов. При этом китайские государственные компании, чьими силами эта инфраструктура была построена, требуют, чтобы правительство Пакистана гарантировало выплаты Пекину за проделанную работу.

Теперь Пакистан просит Китай выступить с инициативой другого рода, а именно оказать безвозмездную помощь в социальном развитии страны, выделив на эти цели $1 млрд, и открыть в стране предприятия из частного сектора Китая.

Кроме того, не так давно Пакистан запросил у КНР срочный кредит на сумму $2,1 млрд, еще большие суммы страна заняла у Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов. Эти деньги потребовались Исламабаду для того, чтобы не допустить кризиса платежного баланса и продержаться до тех пор, пока не будут достигнуты договоренности о выделении финансовой помощи со стороны Международного валютного фонда, что, как ожидается, произойдет в течение нескольких недель.

ГЛАВНАЯ_ПАКИСТАН_page-0001.jpg

Попытки Пакистана придать новый импульс программе сотрудничества, известной как Китайско-пакистанский экономический коридор (КПЭК), являющегося своего рода витриной глобальной инфраструктурной инициативы, охватывающей 70 государств, для правительства КНР уже не являются историей того успеха, которым они бы хотели поделиться на большом форуме, посвященном программе «Один пояс – один путь», который пройдет в Пекине в апреле. При этом именно в рамках этой программы Китаю удалось вытеснить из Пакистана США, ранее являвшихся ключевым партнером для этого государства.

Однако Пакистан не единственная страна, которая не сумела использовать выделенные кредиты и построенную китайскими госкомпаниями инфраструктуру для обеспечения устойчивого экономического развития или где просто возникла оппозиция инициативам со стороны Китая. Так, несмотря на мощный импульс к дальнейшему развитию, который китайская инициатива получила после того, как Италия стала первым европейским государством, подписавшим соглашение по программе «Один пояс – один путь», правительства, пришедшие к власти в Малайзии, Шри-Ланке и Мальдивах, выражают свое недовольство по поводу растущего уровня долга их стран и той обстановки секретности, которая окружает сделки с участием Китая.

В Пакистане, где вопросы многолетнего стратегического сотрудничества с Китаем находятся под контролем армии, публичная критика по стороны правительства была не такой явной. Однако новый премьер-министр Имран Хан подверг критике многие из тех проектов, которые его предшественник Наваз Шариф инициировал совместно с Китаем во время своего последнего четырехлетнего срока.

Так, правительство Хана негласно приостановило реализацию большинства проектов КПЭК, на которые Китай выделил $62 млрд. При этом в Пекине говорят о том, что из этого объема средств уже освоено $19 млрд, которые были израсходованы на строительство дорог, электростанций и портов, работы по которым начаты либо уже завершены.

Исламабад все еще надеется реализовать в рамках этой программы и другие инфраструктурные проекты, в частности модернизировать сеть железных дорог, однако как они будут финансироваться, пока непонятно.

При этом во взаимоотношениях с Китаем Имран Хан хотел бы сместить фокус на свои собственные приоритеты, в первую очередь в сферу здравоохранения и образования, привлекая для этого более привычные гранты для развивающихся стран, которые не нужно затем возвращать. Сегодня его правительство и без того вынуждено решать проблемы с долговым бременем, двойным бюджетом и кризисом платежного баланса.

«Если у нас нет денег, зачем нам новые инфраструктурные проекты?» – задаются вопросом официальные представители пакистанских властей.

По данным внутреннего анализа, проведенного пакистанским правительством, только за уже реализованные проекты страна должна будет в течение 20 последующих лет выплатить Китаю долг в размере $40 млрд. При этом Пакистан утверждает, что текущий долговой кризис с кредитами, предоставленными Китаем, не связан.

По словам пакистанских чиновников, в ближайшее время с Китаем будет подписано соглашение по реализации первой фазы программы оказания помощи на общую сумму от $400 до $500 млн. Возможно, это произойдет на предстоящем форуме в китайской столице. В Пекине при этом отмечают, что китайские эксперты уже посетили Пакистан для оценки потребностей страны.

«Решение объявить о новом этапе развития КПЭК приняли обе стороны. Мы расширим сферу сотрудничества, мы нарастим сотрудничество в промышленном секторе, а также в социальном секторе», – заявил две недели назад Яо Цзин, посол КНР в Пакистане.

Однако, как признают пакистанские власти, специальные экономические зоны для китайских производителей будут готовы только через два года. В то же время Пакистан хотел бы, чтобы они действовали по всей стране.

В частности, благодаря именно китайским проектам Пакистан смог решить проблему с острой нехваткой электроэнергии.

«За последние пять лет объем инвестиций в рамках КПЭК достиг огромных показателей. И у нас есть много поводов для радости», – считает Мустафа Хайдер Сайед, исполнительный директор, аналитического центра в Исламабаде «Пакистанско-китайский институт».

Предполагалось, что китайская инфраструктура устранит наиболее проблемные точки в транспортном и энергетическом секторах страны, создав, таким образом, условия для экономического роста в Пакистане. Однако вместо этого страна столкнулась с экономическими проблемами. Впрочем, по данным рейтингового агентства Standard & Poor's, строительство инфраструктуры все же обеспечило определенный стимул для развития экономики, обеспечив в прошлом финансовом году рост до 5,8%.

По мере снижения темпов строительства к 2022 году S&P ожидает снижение средних темпов роста экономики до 3,6%. Это всего лишь половина того уровня, при котором рынок труда может обеспечить новые рабочие места, и значительно ниже, чем у основных конкурентов в других странах азиатского региона. Кроме того, как сообщил в марте Государственный банк Пакистана, сокращение объемов деятельности, связанной с КПЭК, также будет способствовать значительному замедлению экономического роста в текущем году.

Некоторые пакистанские бизнесмены считают, что сама по себе китайская инфраструктура не способна вывести Пакистан на новую экономическую траекторию, поскольку страна не предприняла необходимые для обеспечения такого роста шаги, в частности по повышению внутренней производительности и сокращению бюрократической волокиты. То есть экономическое развитие Пакистана по-прежнему идет по старому циклу, когда более высокие темпы роста влекут за собой рост импорта, что вынуждает правительство принимать меры по искусственному замедлению роста экономики.

Официальные лица Пакистана говорят, что страна не подготовилась к будущим фискальным сценариям, и прежде чем оказывать давление на Китай с целью добиться реализации большего числа проектов, нужно было изучить то, какая именно инфраструктура нужна Пакистану.

Так, ряд проектов был реализован исключительно по политическим причинам, считают некоторые представители пакистанских властей. В частности, речь идет о проекте по созданию железнодорожного сообщения с родным городом бывшего премьер-министра страны Наваза Шарифа стоимостью $1,6 млрд. Сегодня возглавляемая Шарифом партия критикует власти за его отставку по решению суда в 2017 году, а также из-за последующей политической нестабильности, связанной с потерей страной импульса к экономическому развитию.

Вместе с тем администрация Имран Хана считает, что развитие ключевого компонента КПЭК, нового порта Гвадар, сильно отстает от намеченного плана. В районе этого удаленного порта наблюдается лишь незначительное судоходное движение, строительство автодорог не завершено, промышленная зона пуста, а обещанный аэропорт и электростанция не построены вообще.

«Позиция партии Имран Хана заключается в формуле: «Нам нравится идея КПЭК, но нам не нравится КПЭК в версии, предложенной Навазом Шарифом». Но Китаю такая позиция не по душе: они хотели, чтобы эти проекты приобрели статус национальных и не ожидали политической критики со стороны государства, которое они рассматривают как ближайшего партнера, даже если эта критика завуалирована и очень осторожная», – говорит Эндрю Смол, автор книги «Китайско-пакистанская ось».

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Министр образования и науки Куляш Шамшидинова считает, что выпускные вечера школьников не должны выходить за территории школ и уж тем более, превращаться в состязания дорогих нарядов и пышных застолий. Согласны ли вы с ее мнением?

Варианты

Цифра дня

900 000
тенге
примерная сумма каждого потребительского кредита казахстанцев

Цитата дня

В эти дни я получаю много писем от наших граждан, для которых оказалось неожиданным мое решение остановить свои полномочия. Некоторые сожалеют о моем решении. Даже получаю письма с предложением идти на новые выборы. Я благодарю за такое отношение и благодарен за доброе ко мне отношение, хочу низко поклониться и поблагодарить всех сограждан за такую любовь и такое отношение!

Нурсултан Назарбаев
экс-президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций

Home Credit Bank

Home Credit Bank