Перейти к основному содержанию

7903 просмотра

Что происходит с платежным балансом Казахстана

Спросили у аналитиков и регулятора

Фото: Олег Спивак

По предварительной оценке Нацбанка, в 2019 году текущий счет платежного баланса РК сложился с дефицитом в $5,5 млрд против дефицита в $288,9 млн годом ранее. В отчете о реализации стратегического плана Нацбанка говорится, что «денежно-кредитные условия по итогам 2019 года оцениваются как слабо сдерживающие, что обусловлено необходимостью принятия упреждающих мер по ограничению влияния на инфляционные и курсовые ожидания расширяющегося дефицита текущего счета платежного баланса». «Курсив» расспросил финансовых аналитиков, что может значить для экономики страны столь существенный рост отрицательного сальдо.

Баланс спроса и предложения на валютном рынке зависит от целого ряда факторов

Ведущий аналитик аналитического центра Ассоциации финансистов Казахстана Рамазан Досов рассказал, что по предварительной оценке Нацбанка, в 2019 году текущий счет платежного баланса в Казахстане сложился с дефицитом в $5,5 млрд по сравнению с дефицитом в $288,9 млн по итогам 2018 года. Основным фактором послужило снижение профицита торгового баланса (см. инфографику. – «Курсив»). 

Согласно актуальным данным Комитета по статистике, профицит торгового баланса сократился с $27,5 млрд до $19,4 млрд (–$8,1 млрд). Отмечалось снижение доходов от экспорта товаров (–$3,4 млрд) при одновременном росте импортных затрат (+$4,7 млрд). Меньшие доходы от экспорта главным образом обусловлены снижением денежных поступлений от продажи нефти (–$4,2 млрд). При этом, поскольку физические объемы экспорта нефти в 2019 году были практически на одном уровне с 2018-м (70 млн тонн), указанное снижение происходило из-за менее благоприятной ценовой конъюнктуры. 

Средняя цена на Brent в 2019 году составила $64,12 за баррель против $71,69 в 2018-м (–10,6%). В то же время рост импортных поставок в страну происходил на фоне реализации крупных ремонтных работ на ключевых нефтяных месторождениях, прокладки трубопровода «Сарыарка», что поддерживало спрос на импортируемые инвестиционные товары. В структуре импорта основной рост приходится на такие товары, как промышленное оборудование для обработки материалов (+$539 млн), жидкостные насосы (+$465 млн), воздушные и вакуумные насосы (+$440 млн). 

Как можно заметить, платежный баланс дает понимание процессов в экономике и может указать на причины изменения баланса спроса и предложения на валютном рынке. Однако следует отметить и другие, не менее важные факторы влияния на баланс спроса и предложения, такие как денежно-кредитная политика Центрального банка, инфляционные и девальвационные ожидания, уровень долларизации, политическая стабильность и прочее. Отметим, что в 2019 году продолжилась дальнейшая динамика по снижению валютных депозитов: уровень долларизации снизился до 43,1 с 48,4%. 

Монетарная политика Нацбанка в целом оставалась умеренно жесткой и способствовала удержанию инфляции внутри заданного коридора в 4–6%. Отметим также, что инфляционные ожидания экспертов финансового рынка демонстрируют нисходящую динамику несколько последних месяцев подряд. Так, по мнению опрошенных нашей ассоциацией экспертов, рост цен на товары и услуги через 12 месяцев составит 5,5 против 5,8% ранее. 

 

chto-proisxodit-s-platezhnym-balansom-kazaxstana4.jpg

Угрожает ли тенге рост дефицита текущего счета

По словам экономиста Citi в России, Украине и Казахстане Артема Заигрина, в середине февраля были опубликованы предварительные данные о результатах внешнеэкономической деятельности Казахстана – статистика по платежному балансу. Больше всего внимания привлек значительный рост дефицита счета текущих операций (некоего обобщенного торгового сальдо) с менее чем $300 млн в 2018 году до $5,5 млрд в 2019-м. Более того, есть основания полагать, что такой значительный дисбаланс будет наблюдаться и в текущем году. 

С точки зрения внешне­экономической деятельности, влияющей на приток и отток валюты, есть несколько категорий, важных для экономики Казахстана: баланс текущих операций, связанный с экспорт­но-импортными операциями с товарами и услугами, вознаграждениями за владение активами (проценты, дивиденды), а также разного рода инвестиции (как прямые, так и портфельные), которые формируют баланс финансового счета. Дисбалансы в текущем и финансовом счетах покрываются изменением в резервах Национального банка.

По итогам прошлого года дефицит счета текущих операций расширился с немногим менее $300 млн в 2018-м до более чем $5,5 млрд при условии хотя и снизившихся, но достаточно высоких цен на нефть ($64 против $71 за баррель). Есть несколько причин, почему настолько снизилась выручка от торговли нефтяным сырьем. Во-первых, налицо снижение цен на нефть при даже небольшом росте производства, из-за чего экспорт углеводородов снизился с $38 млрд до $37 млрд.

Во-вторых, наиболее существенным событием прошлого года стал ремонт трех основных месторождений, составляющих 75% нефтяной добычи Казахстана. В течение года несколько раз примерно на месяц останавливалась добыча на Тенгизе, Кашагане и Карачаганаке. Помимо этого требовался импорт оборудования для обновления и ремонта, что и стало, по нашему мнению, основной причиной роста импорта практически на 11%, а также роста инвестиций в Казахстане на 10% в реальном выражении. Не стоит сбрасывать со счетов также и высокий потребительский спрос, образовавшийся за счет роста доходов населения и активной государственной поддержки. В то же время балансы услуг и инвестиционных доходов, находящиеся в постоянном дефиците, несколько улучшились. Так как большая часть выплат по инвестиционному счету связана с платежами по соглашениям о разделе продукции, они в значительной степени зависят от объемов экспорта углеводородов и составляют, по нашим оценкам, около 60% от всего экспорта.

Бывали ли такие прецеденты ранее?

Совсем недавно, в 2015–2017 годах, мы наблюдали серьезный дефицит текущего счета в Казахстане, который превышал $8 млрд. С одной стороны, это было связано с падением цен на нефть до $43 за баррель в 2016 году, а также со значительным ростом спроса на импорт в связи со строительством объектов в столице для международной выставки EXPO 2017. 

Несмотря на то что страна может жить с хроническим торговым дефицитом, то есть покупать за рубежом больше товаров, чем экспортировать, валюта может чувствовать себя уверенно благодаря притокам инвестиций, которые покрывают разницу дефицита. В моменты значительных дисбалансов, которые могут угрожать резким и значительным изменением курса, может помочь Нацбанк, проводя интервенции. В случае с Казахстаном дефицит текущего счета, который был продиктован импортом машин и оборудования для ремонта скважин, а также работами по проекту расширения Тенгиза, был скомпенсирован притоком прямых инвестиций в проекты. Более того, дальнейший рост импорта в 2021–2023 годах, в том числе по проекту расширения месторождения, связан со многими другими инвестиционными проектами, в том числе по диверсификации экономики, которые также будут покрываться иностранными инвестициями.

События в Китае в начале текущего года, несомненно, могут сказаться на динамике внешнеторгового оборота. Китай занимает около 15% в товарообороте РК и является крупнейшим потребителем товаров ненефтяного происхождения для Казахстана. Однако снижение экспорта, скорее всего, будет скомпенсировано уменьшением импорта продукции из Китая, в том числе из-за ограничений по движению товаров в Казахстан из этой страны. Как результат, основной эффект от коронавируса будет, скорее всего, связан со снижением цен на нефть.

Что с курсом

В 2020 году мы не ожидаем в Казахстане значительного давления на валютный курс. Это связано с тем, что, несмотря на существенный дефицит в торговле, большая часть его расширения будет обусловлена инвестициями в производственные проекты. Усугуб­ление может быть связано в основном с резким оттоком портфельных инвестиций из Казахстана. На данный момент мы оцениваем вероятность такого сценария как низкую. Наоборот, достаточно высокие номинальные ставки по отношению к странам-соседям, а также совершенствование финансового рынка и рост прозрачности операций Нац­банка на валютном рынке будут способствовать притоку портфельных инвестиций, что окажет поддержку тенге. При этом рост спроса на импорт со стороны населения благодаря стимулирующей социальной политике правительства страны, а также расширению потребительского кредитования будет оказывать некоторое давление на курс из-за роста импорта. 

Итоговые значения при формировании валютного курса будут зависеть от мер регулятора

Замдиректора группы суверенного и макроэкономического анализа Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА) Жаннур Ашигали отметил, что традиционно счет текущих операций формируется под воздействием двух основных составляющих: баланса торговли (на стороне положительного вклада) и баланса первичных доходов (на стороне отрицательного вклада). В нашем случае сокращение год к году сальдо по текущему счету – это результат влияния обоих факторов.

Во-первых, на $6 млрд сократился баланс внешней торговли из-за падения цен на основные товары из Казахстана. В условиях значительной доли сырьевого экспорта в структуре внешней торговли республики быстрая реакция глобальных рынков только усиливается, добавляя элемент волатильности внутри страны.

Во-вторых, хотя результаты по IV кварталу 2019 года по ряду элементов платежного баланса еще не были озвучены, в том числе и по балансу первичных доходов, очевидно, что показатели сложились отрицательные (в части превышения выплат нерезидентам над полученным доходом от них) на сумму около $4,8–5,0 млрд. Базовый элемент этого баланса – инвестиционные доходы, а точнее – доходы от прямых инвестиций иностранных резидентов. Другими словами, зарубежные инвесторы, ранее вкладывавшиеся в реальный сектор экономики Казахстана, получают инвестиционные доходы, превышающие торговые доходы Казахстана, прирост которых связан с этими же инвестиционными проектами.

Проекция с поправкой 

Валютный курс тенге в своей справедливо оцененной форме является проекцией платежного баланса страны с поправкой на применение монетарных резервов государства. Поэтому любые существенные тенденции платежного баланса так или иначе отыгрываются в процессе формирования обменного курса тенге. Однако это происходит не одномоментно, а с определенным временным лагом. В условиях Казахстана этот лаг составляет от одного до трех кварталов, в зависимости от типа наблюдаемой тенденции. 

Судя по представленным показателям финансового счета, в текущем году есть потенциал к некоторому давлению на курс тенге, однако итоговые значения при курсоформировании будут зависеть от мер регулятора на валютном рынке и поведения краткосрочных факторов (портфельные инвестиции, рост объемов экспорта в инвалютном выражении).

 На внутреннем валютном рынке Национальный банк не производил в нетто-выражении интервенций с осени 2018 года, то есть при формировании номинального курса тенге Нацбанк не был активным участником. При этом объем валовых международных резервов Казахстана (не считая активов Нац­фонда) в январе 2020 года вырос до $29,31 млрд после минимума в $27,67 млрд, зафиксированного в июле 2019-го. Из этой суммы все более весомую долю составляет объем резервов в золоте – $19,6 млрд в январе 2020 года. Таким образом, в целом макрорегулятор не был активен в процессе курсоформирования, однако Нацбанк более активно наращивает резервы в золоте при незначительном сокращении резервов в свободно конвертируемой валюте.

«Анализ состояния текущего счета, проведенный в отрыве от финансового счета, является неполным»

Пресс-служба Нацбанка прокомментировала «Курсиву» ситуацию с платежным балансом.

– Чем обусловлен рост дефицита? 

– Увеличение дефицита текущего счета обусловлено сокращением профицита торгового баланса. Торговый баланс снизился на 23,4% (с $25,5 млрд до $19,5 млрд) за счет увеличения импорта товаров на $3,6 млрд (или на 10,6%) и снижения экспорта товаров на $2,4 млрд (на 4%). Сокращение экспорта товаров обусловлено снижением стоимости экспорта нефти. 

Увеличение импорта обусловлено высокими объемами импорта товаров во II, III и IV кварталах 2019 года, которые составили $10 млрд, $10,9 млрд и $10 млрд соответственно.

Основной рост импорта произошел за счет увеличения ввоза инвестиционных и потребительских (продовольственных и непродовольственных) товаров. Импорт инвестиционных товаров, по предварительным данным, увеличился на 27,5% (до $15,4 млрд). Импорт потребительских товаров вырос на 9,4%, при этом ввоз продовольственных товаров увеличился на 5,3% (до $3,5 млрд), а непродовольственных – вырос на 11,9% (до $5,9 млрд).

– Могут ли эти показатели отразиться на курсе тенге?
 
– В 2019 году экспорт товаров в меньшей степени перекрывал приток импорта, в результате чего текущий счет сложился с отрицательным сальдо. Высокий уровень импорта был связан с закупкой оборудования и комплектующих товаров, необходимых для реализации капиталоемких инвестиционных проектов (в нефтегазовой, транспортной и энергетических отраслях). Финансирование данных проектов осуществлялось за счет притока капитала от иностранных инвесторов. Таким образом, можно заключить, что расширение дефицита текущего счета из-за роста импорта товаров, необходимых для реализации капиталоемких проектов, покрывалось притоком прямых иностранных инвестиций, нивелируя отрицательный эффект на курс нацвалюты. 

В дополнение отметим, что анализ состояния текущего счета, проведенный в отрыве от финансового счета, является неполным, поскольку не отражает финансирование реальных потоков товаров и услуг.

– Расскажите о действиях Нацбанка в этой ситуации. 

– Обменный курс тенге формируется на рыночных условиях, то есть исходя из баланса спроса и предложения иностранной валюты на валютном рынке. При этом Нацбанк, следуя принципам плавающего обменного курса, сохраняет за собой право проводить валютные интервенции в целях ограничения рисков для финансовой стабильности без воздействия на тренд, который определяется фундаментальными факторами. По итогам 2019 года участие Нацбанка на валютном рынке на нетто-основе равно нулю.

banner_wsj.gif

48077 просмотров

Как проходили резкие изменения курса тенге

Рассказываем про обесценивание нацвалюты

Фото: Lifeinsurance

Восстанавливаем условия, в которых тенге дешевел резко и значительно.

Девальвация 2009 года

21 января 2009 года Анвара Сайденова на посту председателя НБРК сменил Григорий Марченко.

С июля 2008 года по январь 2009 года рубль подешевел с 5,13 до 3,41 тенге.

4 февраля 2009 года было объявлено о девальвации тенге. Официальный курс доллара США на 4 февраля 2009 года – 122,32 тенге, на 5 февраля – уже 143,98 тенге. Одновременно ставка рефинансирования НБРК была снижена с 10 до 9,5%.

KASE. Спекуляции на тему обесценения национальной валюты, а также недоступность зарубежного фондирования обострили дефицит краткосрочной тенговой ликвидности. Ставки денежного рынка в I квартале 2009 года пробили максимум: овернайт (TONIA) 4 февраля составил 19,82% годовых, трехмесячный KazPrime (межбанковский депозит) – 14,5% годовых. При этом объем торгов на валютном рынке в феврале достиг $9,07 млрд, что в 2 раза больше, чем за аналогичный период предыдущего года.

Нацфонд. В феврале 2009 года активы Национального фонда РК просели на $5,6 млрд, до $22,3 млрд, или на 20% по сравнению с предыдущим месяцем. Нарастить фонд до прежнего объема государству удалось лишь в августе 2010 года. В то же время Нацбанк осуществляет масштабные валютные интервенции – регулятор продает $2,83 млрд еще в январе 2009 года и $2,98 млрд – в феврале.

Нефть. Исторический максимум стоимости нефти пришелся на июль 2008 года. Brent достигла $147,5 за баррель в ходе торгов 11 июля 2008 года. В это время средний дневной объем торгов в 15 раз превышал суточную добычу нефти в мире. Вскоре «пузырь» лопнул, и цены резко начали снижаться – в декабре 2008 года цены достигли минимального на тот момент уровня $38–39. 5 февраля 2009 года Brent торговалась на уровне $46,46 за баррель.

Dow Jones. «Медвежий» тренд индекса Dow Jones обозначился уже в середине 2008 года как следствие ипотечного кризиса в США, который перерос в мировой финансовый кризис. В мае – июне 2008 года индекс был на уровне 12–13 тыс. пунктов. Крупнейшим падением во время этого кризиса стал крах 29 сентября 2008 года, когда индекс упал на 778 пунктов (с 11 143 до 10 365), в процентном соотношении наиболее существенным было падение 15 октября, когда уже упавший до 9310 пунктов индекс сократился еще на 7,87%. К концу года индекс просел почти на 50%. 5 февраля 2009 года индекс обозначился на уровне 8063,07 пункта.

Девальвация 2014 года

1 октября 2013 года Григорий Марченко покинул пост председателя Нацбанка, его сменил Кайрат Келимбетов.

11 февраля 2014 года регулятор сообщил о решении отказаться от поддержания обменного курса тенге на прежнем уровне. В итоге новый курс доллара был установлен на уровне 185 тенге плюс-минус 3 тенге. Прежний курс был равен 156 тенге за доллар.

Нефть. В условиях благоприятной внешней экономической конъюнктуры и стабильного макроэкономического положения в Казахстане причин для очередной девальвации не было, о чем за месяц до обвала курса заявил глава Нацбанка. Так, нефть торговалась на уровне $110 за баррель, при этом цены на энергоноситель оставались высокими вплоть до осени 2014 года.

Dow Jones. В 2012–2014 годах индекс Dow Jones демонстрировал стабильный восходящий тренд. В середине февраля 2014 года индекс торговался на отметке 16 тыс. пунктов. К концу 2014 года на фоне быстрого роста американского ВВП индекс впервые в своей истории превысил 18 тыс. пунктов.

KASE. Ощутимых скачков в ставках денежного рынка во время девальвации 2014 года не наблюдалось. Так, овернайт 13 февраля был на уровне ставки рефинансирования НБРК – 5,5%, межбанковский депозит – 6%. Однако в начале марта индикатор TONIA подскочил до рекордных 80%. Валютную ликвидность обеспечили интервенции Нацбанка, которые в январе – фервале 2014 года составили $2,92 млрд.

На Национальном фонде девальвация 2014 года не отра­зилась, напротив, активы фонда стабильно пополнялись и достигли в августе рекордных $77,24 млрд.

Рубль. Другой индикатор возможной девальвации тенге – курс доллара к рублю – также оставался стабильным. Стремительное ослабление рубля началось уже после девальвации тенге и было связано с введением экономических санкций против России и со стремительным падением цен на нефть. В феврале 2014 года доллар стоил 35,18 рубля, а в июле 2015 года курс вырос до 61,74 рубля. Ослабление рубля создает давление на тенге, но НБРК продолжает удерживать курс на установленной в феврале отметке.

Девальвация 2015 года

20 августа 2015 года правительство Казахстана приняло решение отпустить национальную валюту в свободное плавание. Искусственно сдерживаемый курс доллара за день подскочил с 188,38 до 255,26 тенге.

С июня 2014 года по август 2015 года Нацбанком РК на валютном рынке было проведено интервенций на сумму $32,3 млрд. Активы Национального фонда в августе 2015 года составили $68,8 млрд, за год показатель сократился на $8,46 млрд, или на 11%.

Рубль. Несмотря на августовскую девальвацию, курс тенге к рублю не соответствовал сложившейся закономерности 5:1. Если в России доллар 20 августа 2015 года стоил 65,7 рубля, то в Казахстане он должен был соответствовать 330 тенге.

Толчком для дальнейшего роста курса стало заявление нового председателя Нацбанка Данияра Акишева о минимизации участия регулятора на валютном рынке, он объяснил это необходимостью сохранения золотовалютных резервов. Через два дня, 7 ноября 2015 года, курс доллара преодолел психологический рубеж в 300 тенге. К концу года доллар торговался уже на уровне 340 тенге.

KASE. В целом объем торгов в августе 2015 года на валютном рынке Казахстанской фондовой биржи был относительно умеренным – $4,58 млрд. Резкий скачок в ставке овернайт был зафиксирован 20 августа – до 60%. Однако и это не было пределом. Следующие несколько месяцев ликвидность валюты обеспечивали интервенции Нацбанка, однако после отказа от поддержки курса вливаниями со стороны регулятора ставки зашкаливали выше 300% (21 декабря TONIA закрылся на 317,95%). Это были самые высокие ставки на денежном рынке за последние 10 лет.

Базовая ставка, введенная регулятором как инструмент денежно-кредитной политики с 2 сентября 2015 года на уровне 12%, уже через месяц была увеличена до 16%, а затем в 2016 году и до рекордных 17%.

Нефть. Осенью 2014 года международные организации понизили прогнозы глобального роста и мирового спроса на топливо, следом началось снижение стоимости нефти, которое за год достигло 50%. Неготовность ОПЕК договориться о сокращении добычи также была не на руку нефтедобытчикам. На момент девальвации нефть марки Brent стоила $45,46.

Dow Jones. 21 августа 2015 года индекс Dow Jones потерял 530 пунктов (с 16 989 до 16 459; 3,12%). Падение было вызвано опасениями инвесторов в связи с кризисом на фондовых рынках Китая. Однако к концу года индекс нагнал свои прежние позиции.

Девальвация 2020 года

В период с 10 по 11 марта 2020 года нацвалюта РК ослабла с 388,07 до 393,6 тенге за доллар. Резкий скачок курса последовал за реакцией Нацбанка на ухудшение ситуации в мировой экономике – повышением базовой ставки с 9,25 до 12% и обещанием проводить валютные интервенции для стабилизации рынка валют.

KASE. Интервенции действительно последовали, в пресс-релизе 16 марта Центробанк заявил, что делал это «для стабилизации ситуации на валютном рынке в условиях резкого изменения внешних условий торговли и дефицита предложения иностранной валюты». В отдельные периоды регулятор был единственным продавцом валюты на КФБ. Сколько денег было потрачено на поддержание курса, будет известно в апреле. Однако уже с 10 по 20 марта на рынке РЕПО объем сделок составил $10,65 млрд, ставка TONIA при этом оставалась неизменной – 13,5%.

В то же время регулятор сообщил, что намерен способствовать формированию равновесного курса в соответствии с политикой свободного курсообразования, что практически означает отказ от будущих интервенций со стороны Нацбанка. 16 марта 2020 года курс доллара в Казахстане взлетел с 405,5 до 434,6 тенге. На длинных выходных в честь Наурыза курс определен на уровне 444,8 тенге. Всего с 1 по 20 марта нацвалюта обесценилась на 18%.

Дополнительным фактором давления на курс выступает введение в республике чрезвычайного положения, связанного с пандемией коронавируса. 23 марта 2020 Касым-Жомарт Токаев провел заседание Государственной комиссии по чрезвычайному положению. Для стабилизации обменного курса тенге президент поручил обеспечить обязательную продажу субъектами квазигосударственного сектора части своей экспортной выручки на валютном рынке страны.

Нефть. Падение курса тенге происходит на фоне низких цен на нефть. Эпидемия коронавируса стала причиной снижения промышленного производства в Китае и еще ряде стран, что привело к падению потребления нефти. Но решающим ударом по нефтяным ценам – они обвалились ниже $30 за баррель – стали отказ России договариваться о новом снижении объемов добычи нефти и начатая Саудовской Аравией ценовая война. 22 марта торги нефтью марки Brent закрылись на уровне $26,8. Цены на нефть ниже, чем во время девальвации 2015 года.

Dow Jones. С распространением COVID-19 на «медвежью» территорию уходит и мировой фондовый рынок. Dow Jones с пика 29 551,42 пункта, достигнутого в феврале 2020 года, за месяц упал на 20%. 20 марта индекс составил уже 19 173 пункта.

Айгуль копия_page-0001.jpg

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif