Перейти к основному содержанию

1945 просмотров

Какое будущее ждет непрофессиональных инвесторов в Казахстане

Об этом говорили на Алматинском финансовом форуме

Фото: Shutterstock

Какова роль розничных игроков в развитии отечественного фондового рынка? Что препятствует их более активному вовлечению в торговлю бумагами? С какими проблемами сталкиваются миноритарные акционеры? Ответы на эти вопросы искали гости алматинской финансовой конференции в рамках специальной панельной дискуссии.

Ключевой темой прошедшего 15 ноября в Алматы финансового форума стала полемика вокруг вопроса об эффективности государственных программ поддержки бизнеса. С трибун мероприятия неоднократно звучало мнение, что избалованные льготными кредитами предприниматели не хотят или не могут привлекать финансирование в банках по рыночным ставкам (подробный материал см. на соседней полосе). Альтернативой банковским кредитам могли бы стать инструменты фондового рынка, благо законодательство и инфраструктура позволяют. Однако эти инструменты в Казахстане полноценно так и не заработали. С одной стороны, рынку не хватает качественных эмитентов, с другой – население в основной своей массе не имеет навыков торговли на бирже и не доверяет вложениям в бумаги. Что и кому нужно сделать, чтобы розничный инвестор в стране активизировался? «Курсив» записал выступления спикеров на панельной сессии «Рынки капитала: возможности и точки роста». 

Есжан Биртанов, замглавы Нацбанка РК

Е Биртанов.JPG

Розничные инвесторы являются одним из основных драйверов развития фондового рынка. Если мы посмотрим цифры по Казахстану, то с начала 2012 года число розничных инвесторов в стране выросло в 12 раз и достигло почти 121 тысяч. Общий объем операций физлиц на KASE за 10 месяцев текущего года составил 90 млрд тенге. Физлица остаются наиболее активными на рынке акций – 52% от общего объема торгов приходится на их долю. Это говорит о том, что, несмотря на сложности в целом на мировом рынке, интерес к ценным бумагам у населения присутствует.

Более активному вовлечению розничных инвесторов препятствуют низкая финансовая грамотность населения и отсутствие интересных и широкомасштабных IPO на локальном рынке. Мы провели опрос среди брокеров на примере IPO «Казатомпрома» (слайд 1. – «Курсив»). По мнению большинства респондентов, в данном случае размещению не хватило PR-программы, того массового широкого освещения, которое было сделано при народных IPO. Соответственно, IPO «Казатомпрома» можно трактовать как удавшееся, но не до конца использовавшее свой потенциал. Не собрали столько розничных инвесторов, сколько могли бы собрать. 

Что касается защиты прав миноритарных инвесторов, здесь надо отметить, что Казахстан по-прежнему занимает лидирующие позиции в рейтинге Doing Business по данному индикатору – 7-е место в 2019 году. Если взглянуть на статистику, то за истекшие 10 месяцев в Нацбанк поступило 48 жалоб инвесторов на действия эмитентов (в 2018 году – 26 жалоб). Большая часть обращений держателей связана с нарушением их прав, выпуска и размещения ценных бумаг, а также раскрытия информации. Нацбанком с начала года в отношении эмитентов применено 153 ограниченные меры воздействия (в 2018-м – 319) и наложено 29 адмштрафов (в 2018-м – 70) на сумму более 5 млн тенге. Надо отметить, что рост жалоб по сравнению с прошлым годом был, но санкций к участникам рынка с начала года было применено в 2 раза меньше. Это говорит о том, что есть позитивное движение на рынке в этом направлении, что рынок либерализируется, наказаний и штрафов становится меньше.

Еще одной проблемой является нежелание или неготовность самих эмитентов демонстрировать свою приверженность стандартам корпоративного управления и на деле обеспечивать должное раскрытие информации. В данном направлении совместно с бизнес-сообществом еще предстоит проделать большую работу.

Тимур Турлов, председатель совета директоров АО «Фридом Финанс»

IMG_3887_0.JPG

Создать развитый фондовый рынок и привести на него частного инвестора – это очень непростая задача. Мест, где это не получилось, в мире гораздо больше, чем успешных примеров. Безусловно, нельзя войти в топ-30 наиболее развитых государств, не построив сильного финансового рынка. Но повторюсь, есть гораздо более богатые страны, где фондовый рынок в силу разных причин не складывается.

Чтобы на рынок пришел массовый инвестор и не разочаровался потом, очень важно, чтобы этот приход был максимально рациональным. У инвестора всегда есть определенный набор альтернатив, куда вложить деньги. И при равных доходностях он всегда выберет более простой и более знакомый ему продукт, например банковский вклад. Для того чтобы инвестор вообще посмотрел вокруг и задумался о не привычных ему и более сложных инструментах фондового рынка, нужна не только большая работа со стороны консультантов, профессиональных участников. Нужна еще определенная премия за его желание узнавать новое, за тот потенциальный риск, которому он себя подвергает, выходя из зоны комфорта. И эту премию за риск ему может обеспечить только эмитент в конечном счете. Потому что долгосрочный устойчивый рост фондового рынка возможен только в том случае, если сами компании, которые формируют индекс этого рынка, будут показывать хорошие финансовые результаты и трепетно и уважительно относиться к своим инвесторам.

Когда я примеривал на себя шляпу руководителя публичной компании, в том числе в США, консультанты мне сказали: «Теперь твоя главная работа – обеспечивать долгосрочный устойчивый рост твоей капитализации». Именно это должно быть ключевой миссией, которую ставит перед собой глава любой публичной компании. А этого можно достичь, только если бизнес корректен, зарабатывает деньги, выстраивает отношения с клиентами на длинную перспективу. Все это делается во многом для того, чтобы росли цены на акции. Ведь основное вознаграждение менеджмента западных компаний строится именно вокруг опционных программ. И они зарабатывают свои многомиллионные зарплаты только в том случае, если создают ценность для акционера, если акции растут и акционеры богатеют. В противном случае зарплаты менеджмента будут весьма скромными. Когда у твоих акций есть доходность на бирже, высокие дивидендные выплаты, когда доходность по твоим выпущенным облигациям превышает доходность по банковским вкладам, ты тянешь на рынок инвестора, и инвестор не разочаровывается, он остается на этом рынке и начинает рассказывать: да, это действительно интересная история, на этом можно заработать. 

Какой бы прекрасной ни была биржевая инфраструктура, какими бы красивыми ни были офисы инвесткомпаний, какими бы квалифицированными ни были инвестконсультанты, если у них нет продукта, то все вышеперечисленное никому не нужно и никакого фондового рынка не возникнет. Более того, фондовый рынок может возникнуть при полном отсутствии инфраструктуры – если будет во что вкладывать и на этом можно будет получить хороший доход. В данном контексте мне понравилось, как один российский банкир описал три этапа приватизации. На первом этапе не было инфраструктуры, не было экономического роста, зато все было очень дешевое. И инвесторы, в том числе западные, приходили покупать «Газпром», потому что им верилось, что такой гигант не может стоить так дешево и рано или поздно он раскроет свой потенциал. Потом был второй этап, когда инфраструктура стала лучше, все перестало быть дешевым, но начался экономический рост – и компании стали прибыльными и быстрорастущими. В Казахстане, кстати, то же самое происходило. Этот этап продлился с начала нулевых до мирового кризиса. А вот после кризиса, когда мы уже построили прекрасную инфраструктуру и у нас появилась интеграция с международными центральными депозитариями, начался довольно неприятный этап. В тот момент российские компании уже не были ни дешевыми, ни растущими, и фондовый рынок пережил существенный спад. Инвесторы начали возвращаться только после масштабной девальвации, когда рынок стал дешевле и появились новые интересные доходности. 

Поэтому, конечно, мы совершенствуем регулирование, продолжаем улучшать инфраструктуру, вкладываем миллионы долларов в IT, в образование розничных инвесторов (потому что без этого у нас не будет никаких клиентов), в образование своих финансовых консультантов. Но для того чтобы именно внутренний фондовый рынок самого Казахстана развивался, ему нужны хорошие, качественные эмитенты, и для нас это самый сложный вызов. Американцы, например, считают так: если у твоей компании нет миллиона долларов на публичность, ты не можешь выходить на биржу. Ты должен быть достаточно большим и устойчивым, чтобы предлагать свои акции неограниченному кругу неквалифицированных инвесторов. Готовность поставить во главу угла не свой управляющий холдинг, не своего мажоритария, а миноритарного акционера, желание работать в его интересах, умение оценить себя правильно – вот это сейчас одно из самых узких горлышек на нашем фондовом рынке. И мы очень надеемся, что те планы по приватизации, которые озвучены и реализуются в Казахстане, помогут нам получить тех самых эмитентов, о которых мы мечтаем.

Что касается инструментов привлечения, используемых нашей компанией, то самое главное – мы все-таки построили классического брокера. В США сейчас 80% рынка делают именно классические брокеры. Это не интернет-трейдеры, это профессиональные консультанты, которые работают со своими клиентами. Наши клиенты – это люди, для которых фондовый рынок не профессия, а способ сохранить и приумножить свои сбережения. Они совершают три-четыре сделки в год, они не очень активны на рынке, но они на нем постоянно присутствуют. Поэтому, как ни странно, мы сейчас активно развиваемся офлайн, при этом максимально автоматизируем все наши процессы, развиваем собственную торговую платформу, а также развиваем дистанционные каналы продаж, которые дополняют эту историю. За онлайном будущее, а настоящее пока – за живыми профессиональными консультантами, которых у нас много и которые ведут каждодневную работу. И тезисы нашей сегодняшней рекламной кампании звучат так: «Ты – главная инвестиционная идея. Инвестируй в себя, в свою финансовую грамотность. Приходи к нам на обучающие курсы». Это то, без чего мы сегодня не можем торговать. 

 

0001 (1)_0.jpg

Шолпан Айнабаева, председатель правления АО «SkyBridge Invest»

Айнабаева.JPG

Я соглашусь с коллегами в том, что самая главная проблема на пути массового прихода розничных инвесторов – это низкая инвестиционная культура. Чтобы поток розницы у нас все время увеличивался, нужно будет приложить очень много усилий, направленных в том числе на повышение инвестиционной грамотности. Причем заниматься информированием и образованием населения следует в период, который предшествует road show крупных эмитентов. Поскольку мы сегодня уже говорили о кейсе «Казатомпрома», я была в числе тех 43%, которые в своей анкете ответили, что именно отсутствие широкого road show среди населения не позволяет назвать это IPO успешным и правильно проведенным. Мы здесь должны понимать, что все IPO, которые проходят в рамках приватизации, призваны решать несколько целей. Привлечение денег в бизнес эмитента и возврат денег акционеру – это, конечно, одна из важнейших целей, но она не должна быть единственной. Когда мы изначально говорили о программе приватизации, то одной из задач ставилось развитие местного фондового рынка. Поэтому я считаю, что все первичные размещения госкомпаний обязательно должны проходить с элементами народного IPO. Очень жаль, что программа народного IPO поставлена на утрату. С другой стороны, вполне возможно, что сейчас даже более интересно будет провести новые IPO без тех ограничений, которые были раньше. То есть это должен быть некий симбиоз, который должен параллельно решить и задачи эмитента, и задачи действующих акционеров, и задачи по развитию фондового рынка и привлечению именно розничных денег в экономику. 

Данияр Темирбаев, исполнительный директор Казахстанской ассоциации миноритарных акционеров

Темирбаев.jpg

Начну с позитива. Первая хорошая новость состоит в том, что Freedom Holding стал листинговой компанией и вышел на Nasdaq. Были вопросы по этому большому брокеру, поскольку он too big to fail. И риски создаются, когда такой слишком большой игрок выходит на наш рынок – крупный, технологичный, мощный. Теперь все эти вопросы сняты, и крупнейший брокер Казахстана действительно повышает уровень доверия ко всей системе. Второй позитив – это появление у нас налоговой гавани в лице биржи МФЦА (AIX). Если вы покупаете ценные бумаги, которые листингованы на AIX, и продаете их на Лондонской бирже (и наоборот), у вас не возникает ни индивидуального, ни корпоративного подоходного налога. Я не знаю, как у этой биржи обстоят дела с ликвидностью, но то, что у инвесторов появилась налоговая гавань, – это очень хорошая новость и хороший стимул к инвестициям. Третьей позитивной новостью является то, что Кения все-таки забрала лидерство у Казахстана в рейтинге Doing Business и стала лидером по защите миноритарных инвесторов. Теперь у регулятора и других участников рынка не будет повода говорить, что нам не нужно защищать миноритариев, поскольку мы и без того первое место в мире занимаем по их защите. 
Теперь про негатив. Невозможно обойти его стороной, поскольку с начала года происходит следующая непонятная ситуация. Казахстан же не находится под санкциями США? Но такое ощущение, что именно мы находимся, а не Россия. 

Просто сравним цифры. Индекс KASE сейчас находится на уровне начала этого года, то есть мы топчемся на месте, имея нулевой рост. В то время как индекс Московской биржи примерно на 16% вырос, а 7 ноября достиг исторического максимума. И еще один момент. В России 3,2 млн физических лиц, которые являются розничными инвесторами, с начала 2018 года их количество увеличилось более чем вдвое. Причем речь идет об органическом росте. Это не инвесторы, которые пришли после IPO госкомпаний, когда работникам давали премии и они на эти премии покупали акции. Это именно рыночные клиенты, состоятельные люди, которые приходят на биржу, потому что ставки по депозитам в России падают. 

И последнее очень важное замечание. Наверное, вот уже два года, как у нас начали активно говорить о розничных инвесторах. И я боюсь, чтобы это опять не превратилось в идею фикс. Розничные инвесторы не могут сами по себе заменить рынок, для функционирования полноценного и долгосрочного фондового рынка нужен целый комплекс факторов. Поэтому розничные инвесторы не должны превратиться в некую формальность, о которой модно говорить – и только. Вот от такого отношения хотелось бы предостеречь коллег. 

1 просмотр

Трамп хочет удвоить расходы на искусственный интеллект и квантовые вычисления

Белый дом предусматривает ежегодные расходы почти на $3 млрд

Фото: Bridget Bennet/Bloomberg News

Белый дом предложил почти вдвое увеличить бюджетные расходы на исследования в области искусственного интеллекта (ИИ) и квантовых вычислений, не связанные с обороной. Администрация сослалась на жесткую мировую конкуренцию, при этом общее финансирование на исследования и разработки было урезано.

Это предложение – часть из $4,8 трлн федерального бюджета президента Трампа на финансовый год, заканчивающийся в сентябре 2021 года. Бюджет Белого дома не является обязательным к исполнению: он указывает на сферы внимания администрации для переговоров по бюджету с Конгрессом в следующем году.

В рамках этого предложения общие расходы правительства США на исследования и разработки сократятся с $156 млрд до $142,2 млрд в 2020 финансовом году согласно бюджетному документу Белого дома.

А вот ежегодные расходы на ИИ в течение следующих двух лет возрастут до более чем $2 млрд, а на квантовые вычисления – до $860 млн.

Предлагаемое увеличение расходов на ИИ включает в себя свыше $850 млн для Национального научного фонда, $125 млн для офиса по науке Министерства энергетики и $100 млн для Министерства сельского хозяйства.

В бюджете также заложено $50 млн на образование и профессиональную подготовку в области ИИ и квантовых вычислений, в том числе на партнерство с муниципальными колледжами.

«Исследования на ранних стадиях являются первоочередной задачей» – так высказался о предложенном финансировании ИИ и квантовых вычислений на пресс-конференции Кельвин Дрогемайер, директор Управления Белого дома по политике в области науки и технологий.

Директор по технологиям США Майкл Крациос, также выступивший на конференции, заявил, что Штаты сталкиваются с «конкуренцией со стороны мировых держав» в области ИИ, квантовых вычислений и других важнейших технологий.

Об ожесточенной конкуренции с Китаем сказал Стивен Эзелл, вице-президент по инновационной политике Фонда информационных технологий и инноваций независимого аналитического центра в Вашингтоне. Эзелл не сомневается, что в течение следующего десятилетия Китай хочет утвердиться в качестве главного мирового центра инноваций в области ИИ, а к 2025 году китайские компании и отрасли ИИ произведут продукции на $60 млрд.

По его словам, одна только Alibaba Group Holding, крупнейшая в мире группа интернет-магазинов, выделила $15 млрд на исследования в области ИИ, больших данных, интернета вещей и квантовых вычислений на следующие три года.
«Нет сомнений в том, что конкуренты вроде Китая делают серьезные инвестиции и создают стратегии для того, чтобы завоевать лидерство в области ИИ и квантовых вычислений», – заявил Эзелл.

Синнамон Роджерс, исполнительный вице-президент по общественной политике в технологической торговой группе CompTIA, заявила, что федеральные предложения по расходам на ИИ и квантовые вычисления демонстрируют, что Белый дом серьезно настроен на борьбу с Китаем и другими странами.

«Удвоение инвестиций в ИИ и вычислительные исследования важно для инноваций и экономики», – сказала Роджерс.

Независимые исследователи из Центра инноваций в области данных в своем прошлогоднем докладе заявили, что Китай внедряет ИИ более быстрыми темпами, чем США и Евросоюз, в том числе благодаря государственному финансированию.

Администрация Трампа в прошлом году выделила почти $1 млрд на исследования в области ИИ, сославшись на необходимость поддерживать конкурентоспособность в отрасли перспективных технологий.

В 2017 году президент Трамп подписал закон, который разрешил потратить в течение пяти лет $1,2 млрд на образование Национальной квантовой инициативы, направленной на ускорение исследований и разработки в федеральном правительстве.

По данным PitchBook Data, частные инвестиции в американские стартапы в области компьютерных технологий выросли с $59,8 млн в 2014 году до $477,9 млн в 2019 году. В число этих стартапов попадают и компании, специализирующиеся как на ИИ, так и на квантовых вычислениях. 

Техногиганты вроде Alphabet, материнской компании Google, и IBM тоже стремятся разрабатывать квантовые компьютеры, которые используют свойства квантовой физики, чтобы радикально ускорить процесс обработки данных.

«ИИ и квантовые технологии являются множителями силы для всей исследовательской отрасли США», – заявил в электронном письме Дарио Гил, директор IBM Research. Он также добавил, что компания поддерживает планы Белого дома.

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.kz

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif