«Неуд» получили органы госдоходов от мажилисменов

Поводом для этого стало увеличение сумм недоимки по налогам и авансовым платежам

За 2018 год план поступлений налоговых сборов и обязательных платежей не исполнен по 23 из 89 позиций на сумму 255 млрд тенге. В том числе не исполнены поступления по корпоративному подоходному налогу на 68 млрд тенге, налогу на добавленную стоимость на товары, произведенные на территории Казахстана на 97 млрд тенге. На 72%, или на 83 млрд тенге, увеличилась в 2018 году по сравнению с прошлым годом сумма недоимки и составила 198 млрд тенге.

Такие данные озвучил сегодня депутат мажилиса Серик Кусаинов при обсуждении отчета правительства об исполнении бюджета на 2018 год на пленарном заседании палаты. При этом, по его словам, авансовые налоговые платежи относительно 2017 года выросли на 111 млрд тенге, несмотря на запрещающий приказ министра финансов.

«Почему до сих пор продолжаются эти авансовые изъятия? Такие показатели работы органов госдоходов тяжело назвать даже удовлетворительными», – сказал парламентарий.

Его поддержал спикер палаты Нурлан Нигматулин.

«Тема авансовых платежей поднимается из года в год. Откровенно говоря, только под нажимом депутатского корпуса и настойчивости счетного комитета был сделан этот приказ министра (которым территориальным органам госдоходов предписывается исключить практику исполнения доходной части бюджета за счет внесения налогоплательщиками авансовых платежей по налогам. – Kursiv). Но, несмотря на этот приказ, авансовые платежи выросли на 111 млрд тенге по сравнению с предыдущим годом», – сказал он.

В ответ министр финансов Алихан Смаилов сообщил, что в прошлом году исполнение доходной части бюджета превысило план на 130 млрд тенге, или на 17%. В прошлом году налоговые поступления увеличились на 846 млрд тенге, или на 17,5%. В частности, в результате улучшения налогового и таможенного администрирования в прошлом году дополнительно поступило в бюджет 372 млрд тенге, в текущем году поступит более 800 млрд тенге.

Между тем рост авансирования НДС он связывает с методологией, с тем, что НДС к зачету превышает НДС к начислению.

«Чтобы здесь также ситуацию улучшить, опять же у нас в рамках цифровизации минфином проводится пилот по внедрению администрирования НДС с применением технологии блокчейн. В этом году с банками и крупными налогоплательщиками реализуем. В этом году мы пилот завершим, в следующем году планируем это уже широко внедрять. Это позволит улучшить прозрачность администрирования НДС и быстро возвращать НДС к возврату», – сказал глава минфина.

На что Нигматулин рекомендовал менять методику.

«Мы видим, Алихан Асаханович (Смаилов, глава минфина. – Kursiv), с момента вашего прихода наводится порядок. Еще раз говорю, приказ этот появился, территориальным органам хоть есть установка. Как заканчивается квартал полугодия, ведь руки выкручиваете, начиная с регионов, заканчивая центром.
Теперь нужно сделать следующий шаг – методику, то, о чем мы говорили. Методику надо менять. Когда вы приступите к этой работе? Из 1 трлн 755 млрд тенге корпоративного дохода, собранного в прошлом году, 203 млрд тенге – переплата авансовая. Что ты за монстр такой, министра не слушаешь. Приказ сделал министр – исполняй. Вам запретили территориальным органам, зачем вы лезете туда?» – переадресовал он свой вопрос председателю Комитета государственных доходов Марату Султангазиеву.

«По методике платежей хорошо, к работе приступим. Методикой будем заниматься», – пообещал Султангазиев в ответ.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

Какие цифровые тренды есть в банковской системе Казахстана

Мнение первого заместителя председателя правления Halyk Bank Антона Мусина

Фото: Shutterstock.com

Когда мы говорим о цифровизации, надо понимать, что банковский сектор Казахстана находится в более выгодном положении, чем финансовый рынок развитых стран. У нас нет старых IT-систем, устоявшихся привычек и поставщиков, от которых сложно избавиться. Цифровым финансовым технологиям страны не больше 20 лет, и нам это на руку. 

Очевидный цифровой тренд банковской системы, который нельзя не замечать, – это движение в направлении Open Banking. Уточню, Open Banking – это комплекс решений и процессов, позволяющих банкам надежно обмениваться финансовой информацией и услугами в электронном виде и с разрешения клиентов. Открывая доступ к своим данным и продуктам через прикладной программный интерфейс (API), банк позволяет сторонним разработчикам эффективно интегрировать банковские услуги с финансовыми и нефинансовыми приложениями и сервисами. А уже при взаимодействии потребителей появляются дополнительные возможности, при этом открытая экономика Open Banking позволяет получить новое качество финансовых услуг.

В Европе Open Banking внед­ряется в соответствии с требованиями регулятора (в частности, европейская директива PSD2), в нашей стране вопрос об открытом банкинге пока носит лишь рекомендательный характер. Отдельно стоит отметить, что и в мире, и в Казахстане ключевая сложность с внедрением тренда Open Banking связана с монетизацией. 

Например, в последнем отчете консалтинговой компании McKinsey «Next Generation Technology transformation in Financial Services» говорится, что в среднем в мире 2% API являются полноценно публичными интерфейсами и 7% – парт­нерскими. Все остальные API используются только для задач внутренней интеграции, и, я полагаю, Казахстан в этом смысле повторяет эту тенденцию.

Грубо говоря, мы пытаемся играть на новом цифровом поле, но пока не очень понимаем, как на этом зарабатывать. В любом случае в ближайшее время мы увидим реализацию очень интересных проектов в этой сфере как в Казахстане, так и во всем мире.

Еще одно поле, которое наша страна продолжает осваивать, – это создание собственных развитых платежных систем. Например, в государствах ЕС локальные карточные системы работают на рынке уже более 10 лет, в соседней России несколько лет назад создали как национальную систему платежных карт – «МИР», так и систему быстрых платежей – «СБП». Это достаточно успешные проекты, имеющие существенное положительное влияние на финансовый рынок.

По этому же пути движется Казахстан. Так, Нацбанк, например, выстроил собственную инфраструктуру и пытается развивать мгновенные платежи, другие локальные игроки также создают собственные системы. С рыночной точки зрения такие проекты в первую очередь сильно влияют на повышение конкуренции игроков в этой сфере и давят еще больше на их классические комиссионные доходы, снижая их до минимума. При этом банки пытаются искать другие способы компенсации потерь, стараясь сохранить обороты классического платежного бизнеса.

Кстати, данный тренд становится особенно актуальным в условиях пандемии. В последнем отчете компании Accenture «10 ways COVID-19 impacting payments» отмечается, что объемы платежных транзакций существенно снизились на всех рынках. Например, в Великобритании более чем на 50% упал объем транзакций в розничной торговле, на 78% – в туризме. Происходит смещение объема платежей в электронную торговлю, но даже там аналитики ждут замедления по разным причинам, например из-за ограничений физических цепочек поставок товаров, пострадавших в кризис. 

Платежные системы и банки реагируют изменением своей тарифной политики и предложением новых платежных сервисов на рынке, направленных на поддержку электронной торговли или, например, на разработку сервисов по распределению помощи государства населению. Казахстан во многом повторяет глобальные тенденции. В области развития собственных платежных систем, несмотря на возможные риски для существующих бизнес-моделей, победят игроки с продуманным планом действий, не боящиеся происходящих изменений и пытающиеся реализовать новые возможности. 

Готовы ли банки к цифровой революции

Если честно, я в слово «революция» не сильно верю. Финансовые институты развиваются эволюционно. До сих пор розничные банки сильно завязаны на клиентское поведение, так как очень большое количество людей все равно предпочтет физический контакт: им важно приходить в отделение. Поэтому я не верю в концепцию чисто цифрового банка как работающую бизнес-модель для всех, хотя такие банки существуют и многие из них – достаточно успешно (здесь лидирует Юго-Восточная Азия, есть как минимум один прекрасный пример в России и несколько успешных стартап-проектов в Европе). Тем не менее банки большинства стран мира не отказываются от собственных сетей, поэтому я не думаю, что в Казахстане ситуация развернется иным образом. 

Подчеркну, цифровизация не съест традиционный банкинг, скорее будет какая-то коллаборация продуктов: банки еще больше пойдут в отрасли высоких технологий, а технологичные компании зайдут глубже в финансовые сервисы. При этом мы и наши коллеги готовы эволю­ционировать, ведь по сравнению с другими отраслями в цифровые технологии банкиры вкладывают куда больше средств, энергии и человеческих ресурсов.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_uz_banner_240x400.jpg