Умут Шаяхметова, глава Народного банка: «Halyk Bank потратил на объединение с Qazkom более 250 млрд тенге»

Умут Шаяхметова рассказала «Къ» о некоторых деталях присоединения и будущем объединенного банка

Умут Шаяхметова, глава Народного банка: «Halyk Bank потратил на объединение с Qazkom более 250 млрд тенге»

Умут Шаяхметова, глава Народного банка: «Halyk Bank потратил на объединение с Qazkom более 250 млрд тенге»

В конце июля было объявлено о завершении присоединения банка Qazkom к Народному банку. Банки подписали Передаточный Акт, который является юридическим оформлением факта передачи Халык банку всего имущества, прав и обязательств Qazkom. Сделка длилась более полутора лет. О некоторых деталях присоединения и будущем объединенного банка в интервью «Къ» рассказала председатель правления Народного банка Умут Шаяхметова.

– Умут Болатхановна, начнем с «горячей» новости. Недавно Самрук-Казына досрочно изъял свои депозиты на сумму 117 млрд тенге, размещенные в Казкоме. С чем это связано?

– На самом деле мы сами выступили с этой инициативой еще когда Qazkom не успел присоединиться к Халыку. Данная транзакция была завершена буквально месяц назад. Причина в том, что по этим депозитам слишком высокая ставка – 9% и выше – в тенге. Данные депозиты общей стоимостью в 117 млрд тенге были размещены в Казкоме еще в 2010–2015 годах на срок до 2022-2024 годов. А поскольку у Халык-банка самые высокие рейтинги в стране, к тому же базовая ставка снижается, мы имеем возможность привлекать более дешевое фондирование, чем 9%. То есть для нас это просто дорого.

Поэтому мы вышли с таким предложением и очень благодарны, что Самрук-Казына отреагировал, и данный депозит был досрочно возвращен со стороны группы Халык.

Это дает нам возможность проинвестировать эти деньги, избыточную ликвидность в новые кредиты.

– Почему Вы считаете ее «избыточной», если возвращаете обратно?

– Мы эти деньги вернули, но параллельно Казком держал облигации Самрук-Казыны с доходностью 6%, что достаточно дешево. То есть на стороне активов – облигации под 6%, на стороне пассивов – обязательства, привлеченные под 9%.

Это была такая сделка, очень выгодная для Казкома (теперь для Халыка), поэтому как таковая ликвидность в банке сохранялась. Более того, у Халыка, с учетом самых высоких рейтингов, всегда было много ликвидности, мы имеем возможность оптимизировать свои обязательства и более эффективно управлять деньгами, обеспечивать большую доходность.

– Возврат 117 млрд тенге как-то отразится на финансовой устойчивости вашего банка?

– Нет, наоборот. Как я отметила, у нас уровень ликвидности очень высокий, в районе 40%, и у Халыка, как правило, всегда есть избыточная ликвидность, но мы и привлекаем по самым дешевым ставкам. Ставки по депозитам как для физических, так и для юридических лиц у нас самые маленькие, при этом кредитуем намного дешевле, чем другие банки. Если посмотреть на ипотеку, то у Халыка самые низкие ставки по ней. Если сравнивать кредитование МСБ, то мы имеем возможность выдавать кредиты по ставкам ниже, чем другие банки, потому что стоимость фондирования у нас дешевле.

Кроме того, после объединения рейтинговое агентство Fitch пересмотрело прогноз банка на «Позитивный» и, возможно, в ближайшее время будет повышение рейтинга уже объединенного банка.

– Рейтинговые агентства воспринимают присоединение Qazkom как позитивный фактор для Халык банка?

– Да, потому что это уже объединенный банк, по всем обязательствам Qazkom ответственность несет Халык, соответственно, мы также будем работать над дальнейшей синергией объединенного банка. Например, эта ситуация по депозитам Самрук-Казыны – яркий пример снижения стоимости фондирования за счет более высоких рейтингов Халык банка, чем раньше было у ККБ. То есть у нас будет сокращение как операционных, так и процентных расходов, при этом у нас есть возможность увеличивать свою доходную часть. Поэтому рейтинговое агентство это воспринимает как положительный фактор.

– Но с другой стороны к вам переходят и все проблемы Казкома, в том числе NPL…

– Да, но эти проблемы уже реализовались, и мы их приобрели в момент покупки Казкома в прошлом году. Если вы посмотрите на нашу консолидированную отчетность по МСФО, эти проблемы уже там «сидят», то есть уровень NPL свыше 20% как раз отображал уровень портфеля «плохого» Казкома.

Буквально через несколько дней мы озвучим финансовые результаты за первое полугодие, я сейчас не могу раскрыть все цифры, но там достаточно положительные показатели. Мы достаточно эффективно отработали полугодие в Казкоме по снижению NPL разными методами, в том числе путем списания на внебаланс, передачи кредитов в КУСА (Компанию по управлению стрессовыми активами), продажи активов, реализации залогов и т. д.

– На текущий момент можете назвать какие-то цифры по объединенному банку? Общий капитал, доля рынка?

– Нет, я пока не могу раскрывать эту информацию в индивидуальном интервью, но еще раз повторяю, что консолидированная аудированная финансовая отчетность за первое полугодие в принципе отражает объединенный банк.

Во втором полугодии вы увидите лучшие цифры, которые появятся как раз за счет оптимизации расходов и получения синергии от объединения.

– Были ли сокращения людей, в каком объеме?

– Да, сокращения были, конечно, но они осуществлялись еще в августе-сентябре 2017 года. Сокращения шли несколькими этапами, и они незначительны. В этом году в момент объединения произошли сокращения, цифр не могу раскрыть, но больший эффект от сокращения мы увидим уже в следующем году, потому что людям выплачивались компенсации и сокращения шли поэтапно.

– Какова судьба топ-менеджеров ККБ?

– Управляющий директор Нурлан Жагипаров перешел к нам в Халык, продолжит курировать IT-направление и транзакционный банкинг. К нам также перешли бывшие заместители председателя правления ККБ Жаннат Сатубалдина и Даурен Сартаев, который отвечал за МСБ и корпорации.

Господин Ульф Вокурка, насколько я знаю, имеет предложение о работе, он сейчас в отпуске, как вернется, я думаю, будет известна его позиция.

Бывший заместитель председателя правления Лариса Зданович также осталась у нас в группе. Она возглавляет компанию по работе со стрессовыми активами (КУСА). В целом, можно сказать, что практически все в группе остались.

– А те, кто не попал в группу сами отказались или уже нет для них места?

– По-разному (смеется). Но в целом сами, конечно.

Я считаю, что изначально топ-менеджмент, который мы сформировали со стороны Халыка в прошлом году, все – высокие профессионалы. Я рада, что в тот момент остались казкомовские сотрудники – Нурлан Жагипаров и Даурен Сартаев, которые уже много лет работают в банковской системе, хорошо знают историю банка, процессы, клиентов. Нурлан Жагипаров – это как раз тот человек, который разрабатывал Homebank. Поэтому мы были очень рады, что они остались с нами.

– Сколько денег было потрачено на объединение?

– Там две статьи по расходам. Первая – это непосредственно покупка акций банка и вложения в капитал. Как вы знаете, мы купили акции с отрицательным капиталом за 1 тенге и проинвестировали 185 млрд тенге в капитал Казкома. Плюс 65 млрд тенге доинвестировала компания АЛМЭКС. То есть в прошлом году двумя этапами (в июле и ноябре) 250 млрд тенге были проинвестированы в купленный банк.

Вторая статья расходов – это текущие операционные расходы. Мы работали над этой сделкой более полутора лет. Во время due diligence нанимали внешних консультантов – это и юристы, и аудиторы, и инвестбанкиры, которые проводили оценку компании, полностью сопровождали сделку.

– Это были иностранцы?

– Да. Это были крупные иностранные компании. Поскольку наши акции торгуются в Лондоне, для наших внешних инвесторов мы обязаны проводить все стандартные процедуры прозрачно.

Сколько именно ушло на операционные расходы я не могу раскрыть, но я могу сказать, что эта цифра составила больше чем $10 млн.

Она включала в себя затраты на due diligence, затем мы непосредственно занимались сделкой по реструктуризации, объединению и т. д., где нас также сопровождали консультанты. Кроме того, мы наняли дополнительно консультантов на техническую интеграцию, то есть по IT нас сопровождала крупная IT-компания, которая вела весь этот процесс.

– Наименования этих компаний можете назвать?

– Мы, как правило, это не раскрываем, но если акционеры спрашивают – мы даем информацию.

– По поводу IT-интеграции, в конце июля – начале августа были проблемы с Homebank, банкоматами Казкома и т. д. Процесс интеграции завершился или он все еще продолжается?

– Хороший вопрос. У нас в конце июля были сложности. На самом деле система работала, интеграция состоялась, вся база данных мигрировала, все транзакции осуществлялись, платежи проходили. Единственное – были сбои и зависания некоторых систем. Причем они происходили переменно.

Например, интернет-банкинг для юридических лиц хорошо работает, а Homebank для физических лиц где-то давал сбои. На следующий день была обратная ситуация. Поэтому людям казалось, что в целом ничего не работает.

С каждым днем ситуация улучшается, мы все больше сервисов подключаем. На сегодняшний день онлайн, Homebank, банкоматная сеть, все отделения, все операции, платежи, внешние и внутренние – все работает.

Мы активно выдаем кредиты, я сегодня после обеда объездила несколько отделений и удивилась какие большие очереди к нам – люди сидят за кредитами. Очередей в кассы нет. У нас в эти дни идет выдача пенсий, пенсионеры спокойно получают свои пенсии через кассы или банкоматы, банкоматы все полные, всё работает.

IT-интеграция 30 июля полностью завершилась. Единственное, возможно, идут какие-то сбои, но я думаю, на следующей неделе мы полностью перейдем на новый режим.

Банк будет обновленный. Как вы знаете, мы взяли фронтальные системы у Казкома – это Homebank, он у них сильный, продвинутый, клиенты очень хвалят и любят. Поэтому мы интегрировали Homebank в Халык. Для клиентов Халыка это тоже теперь будет доступно. Мы также взяли онлайн – это интернет-банкинг для юридических лиц, тоже достаточно удобный, тоже интегрировали. Оставили бэкофисные системы Халыка, но это в плане учета, отчетности, потому что у нас крупные промышленные системы, которые дают возможность выдавать и анализировать ситуацию день в день.

– Каким теперь будет сервис в новом банке – по-Халыковски или по-Казкомовски?

– Конечно, мы будем стремиться к сервису по- Казкомовски, даже сверхказкомовски (смеется).

Впереди у нас очень много инициатив, новых проектов, новых продуктов, мы их специально до интеграции не представляли рынку. Планируем начинать с сентября-октября показывать новые сервисы нашим клиентам, они уже у нас есть в разработке, кое-какие уже завершены даже.

Амбиции очень большие. Амбиции в технологиях, продуктах. Ставки по кредитованию у Халыка для физлиц ниже, чем у Казкома. Мы – надежный, сильный банк с хорошей репутацией, с лучшими рейтингами в стране, поэтому все равно депозиторы выигрывают от того, что их деньги теперь лежат в надежном банке. Клиенты, которые брали кредиты, также выигрывают, потому что ставки для них в целом будут ниже...

– В каком смысле будут ниже, вы будете рефинансировать займы, выданные Казкомом?

– Нет, мы не будем рефинансировать, но, например, у МСБ кредитование происходит в рамках кредитных линий – на оборотный капитал, основные средства и т. д. Поэтому новые транши, возможно, будут выдаваться с пониженными ставками.

Тарифы за обслуживание будут взяты те, которые были ниже в том или ином банке. Например, где-то было 50 тенге, где-то 0 тенге, значит мы будем брать 0.

Во всех отношениях будут только плюсы.

Также будут плюсы и для сотрудников объединенного банка, потому что внутри самого Халыка много разных программ – это и субсидии по ипотечным займам для сотрудников, это и кадровые резервы, тренинги, обучение и т. д.

– Кому пришла идея объединить банки? Изначально говорили, что оставят два банка – два бренда – Казком и Халык.

– Касательно объединения – это было решение совета директоров Народного банка в 2017 году, потому что Казком стал «дочкой» Халыка, соответственно, СД Халыка принимает решение по всем дочерним компаниям банка.

Также были привлечены консультанты, которые проводили оценку свершившейся сделки, которые анализировали денежные потоки, возможности синергии.

– То есть СД принял решение «уничтожить» Qazkom и оставить только Халык. Не было идеи оставить оба банка?

– Слово «уничтожить» тут точно не подходит. Вопрос в интеграции. Вопрос присоединения Казкома к Халыку. На самом деле во внутрь Халыка сейчас вошло очень много казкомовского – это, в первую очередь, клиенты, база данных, филиалы, банкоматы, на которых вы до сих пор видите название «Qazkom». Плюс еще часть клиентов даже от БТА Банка. Мы сейчас являемся преемниками, можно сказать, трех банков – БТА, Казкома и Халыка.

Поэтому, наоборот, это не уничтожение – это создание и созидание.

– Бренд «Qazkom» останется или его уже не будет?

- На сегодняшний день мы владеем брендом Qazkom и дальше будем думать. Но пока вы видите в отделениях, банкоматах и на карточках, что бренд «Qazkom» сохраняется, он полностью легитимен и он, как таковой, существует.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

Какие цифровые тренды есть в банковской системе Казахстана

Мнение первого заместителя председателя правления Halyk Bank Антона Мусина

Фото: Shutterstock.com

Когда мы говорим о цифровизации, надо понимать, что банковский сектор Казахстана находится в более выгодном положении, чем финансовый рынок развитых стран. У нас нет старых IT-систем, устоявшихся привычек и поставщиков, от которых сложно избавиться. Цифровым финансовым технологиям страны не больше 20 лет, и нам это на руку. 

Очевидный цифровой тренд банковской системы, который нельзя не замечать, – это движение в направлении Open Banking. Уточню, Open Banking – это комплекс решений и процессов, позволяющих банкам надежно обмениваться финансовой информацией и услугами в электронном виде и с разрешения клиентов. Открывая доступ к своим данным и продуктам через прикладной программный интерфейс (API), банк позволяет сторонним разработчикам эффективно интегрировать банковские услуги с финансовыми и нефинансовыми приложениями и сервисами. А уже при взаимодействии потребителей появляются дополнительные возможности, при этом открытая экономика Open Banking позволяет получить новое качество финансовых услуг.

В Европе Open Banking внед­ряется в соответствии с требованиями регулятора (в частности, европейская директива PSD2), в нашей стране вопрос об открытом банкинге пока носит лишь рекомендательный характер. Отдельно стоит отметить, что и в мире, и в Казахстане ключевая сложность с внедрением тренда Open Banking связана с монетизацией. 

Например, в последнем отчете консалтинговой компании McKinsey «Next Generation Technology transformation in Financial Services» говорится, что в среднем в мире 2% API являются полноценно публичными интерфейсами и 7% – парт­нерскими. Все остальные API используются только для задач внутренней интеграции, и, я полагаю, Казахстан в этом смысле повторяет эту тенденцию.

Грубо говоря, мы пытаемся играть на новом цифровом поле, но пока не очень понимаем, как на этом зарабатывать. В любом случае в ближайшее время мы увидим реализацию очень интересных проектов в этой сфере как в Казахстане, так и во всем мире.

Еще одно поле, которое наша страна продолжает осваивать, – это создание собственных развитых платежных систем. Например, в государствах ЕС локальные карточные системы работают на рынке уже более 10 лет, в соседней России несколько лет назад создали как национальную систему платежных карт – «МИР», так и систему быстрых платежей – «СБП». Это достаточно успешные проекты, имеющие существенное положительное влияние на финансовый рынок.

По этому же пути движется Казахстан. Так, Нацбанк, например, выстроил собственную инфраструктуру и пытается развивать мгновенные платежи, другие локальные игроки также создают собственные системы. С рыночной точки зрения такие проекты в первую очередь сильно влияют на повышение конкуренции игроков в этой сфере и давят еще больше на их классические комиссионные доходы, снижая их до минимума. При этом банки пытаются искать другие способы компенсации потерь, стараясь сохранить обороты классического платежного бизнеса.

Кстати, данный тренд становится особенно актуальным в условиях пандемии. В последнем отчете компании Accenture «10 ways COVID-19 impacting payments» отмечается, что объемы платежных транзакций существенно снизились на всех рынках. Например, в Великобритании более чем на 50% упал объем транзакций в розничной торговле, на 78% – в туризме. Происходит смещение объема платежей в электронную торговлю, но даже там аналитики ждут замедления по разным причинам, например из-за ограничений физических цепочек поставок товаров, пострадавших в кризис. 

Платежные системы и банки реагируют изменением своей тарифной политики и предложением новых платежных сервисов на рынке, направленных на поддержку электронной торговли или, например, на разработку сервисов по распределению помощи государства населению. Казахстан во многом повторяет глобальные тенденции. В области развития собственных платежных систем, несмотря на возможные риски для существующих бизнес-моделей, победят игроки с продуманным планом действий, не боящиеся происходящих изменений и пытающиеся реализовать новые возможности. 

Готовы ли банки к цифровой революции

Если честно, я в слово «революция» не сильно верю. Финансовые институты развиваются эволюционно. До сих пор розничные банки сильно завязаны на клиентское поведение, так как очень большое количество людей все равно предпочтет физический контакт: им важно приходить в отделение. Поэтому я не верю в концепцию чисто цифрового банка как работающую бизнес-модель для всех, хотя такие банки существуют и многие из них – достаточно успешно (здесь лидирует Юго-Восточная Азия, есть как минимум один прекрасный пример в России и несколько успешных стартап-проектов в Европе). Тем не менее банки большинства стран мира не отказываются от собственных сетей, поэтому я не думаю, что в Казахстане ситуация развернется иным образом. 

Подчеркну, цифровизация не съест традиционный банкинг, скорее будет какая-то коллаборация продуктов: банки еще больше пойдут в отрасли высоких технологий, а технологичные компании зайдут глубже в финансовые сервисы. При этом мы и наши коллеги готовы эволю­ционировать, ведь по сравнению с другими отраслями в цифровые технологии банкиры вкладывают куда больше средств, энергии и человеческих ресурсов.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

qazexpocongresskz.jpg