Перейти к основному содержанию

1312 просмотров

Руководители крупнейших компаний прогнозируют снижение экономического роста

PWC презентовала опрос

Фото: Roman Babakin

Топы бизнеса во всем мире не слишком верят в глобальный экономический рост и отмечают кадровый дефицит.

На старте нового десятилетия пессимистический настрой руководителей компаний в мировой экономике достигает рекордного уровня: 53% прогнозируют снижение темпов экономического роста в 2020 году. Таковы результаты опроса руководителей крупнейших компаний мира от компании PwC. Для сравнения: в 2019 году было 29% скептиков, а в 2018 году – всего лишь 5%. 

Аналитики PwC отмечают, что это наивысший уровень пессимизма с тех пор, как данный вопрос был включен в опросник в 2012 году. Число руководителей, прогнозирующих повышение темпов экономического роста, сократилось с 42% в 2019 году до 22% в 2020 году. 

Пессимистический настрой руководителей в отношении глобального экономического роста имеет особое значение в Северной Америке, Западной Европе и на Ближнем Востоке, поскольку 63%, 59% и 57% руководителей из этих регионов прогнозируют более низкий рост мировой экономики в будущем году. Снижение показателей уверенности в экономическом росте вполне понятно на фоне затянувшейся неопределенности в отношении торговой напряженности, геополитических проблем и отсутствия соглашения по борьбе с изменением климата, но трансформация масштаба общих настроений стала неожиданной, отметил президент международной сети фирм PwC Боб Мориц

В то же время Мориц заявил: «Несмотря на рекордный уровень пессимистического настроя среди лидеров бизнеса, существуют реальные возможности для решения сложных вопросов. Благодаря гибкой стратегии, четкому вниманию к меняющимся ожиданиям заинтересованных сторон и опыту, накопленному большинством за последние десять лет в сложных условиях, лидеры бизнеса способны выдержать экономический спад и продолжат преуспевать».

Рост выручки под сомнением

Изменение настроений руководителей в ответах на вопрос о перспективах роста выручки их компаний оказалось отличным прогностическим параметром роста мировой экономики, констатируют аналитики PwC. Анализ прогнозов, сделанных руководителями компаний начиная с 2008 года, свидетельствует о тесной корреляции между уверенностью руководителей компаний в росте выручки в предстоящие 12 месяцев и фактическим ростом мировой экономики.

Несмотря на то, что уровень уверенности в целом снижается по всему миру, в разных странах наблюдаются значительные колебания этого показателя: Китай и Индия демонстрируют самые высокие уровни уверенности среди основных экономик (45% и 40% соответственно), США – 36%, Канада – 27%, Великобритания – 26%, Германия – 20%, Франция – 18%. Наименее оптимистичны представители Японии – там всего 11% руководителей достаточно уверены в перспективе роста доходов своих компаний в 2020 году.

Китайский бизнес не надеется на рынок США

Топ-менеджеры США рассчитывают на 30%-ный рост в течение следующих 12 месяцев, опережая Китай (29%) на один процент. Однако продолжающиеся торговые конфликты и политическая напряженность серьезно подорвали привлекательность США для китайских руководителей. Если в 2018 году 59% руководителей китайских компаний назвали США в качестве одного из трех приоритетных рынков для роста своих компаний, то в 2020 году таких респондентов всего лишь 11%. От потери привлекательности рынка США выиграла Австралия: 45% руководителей китайских компаний теперь рассматривают Австралию в числе основных рынков для роста бизнеса; два года назад таких руководителей было только 9%. 

Другие страны в пятерке лидеров по росту остались прежними по сравнению с прошлым годом –это Германия (13%), Индия (9%) и Великобритания (9%). Показатель Великобритании оказался высоким, учитывая неопределенность, обусловленную Brexit. Сразу за ними следует Австралия, чье резкое улучшение позиции в рейтинге, как уже было сказано, связано с возросшей привлекательностью австралийского рынка для руководителей китайских компаний.

Риск неопределенности

В 2019 году неопределенность в отношении перспектив экономического роста не вошла в десятку основных угроз для перспектив роста бизнеса, заняв 12 место в рейтинге. В 2020 году, отмечают аналитики PwC, эта угроза оказалась сразу на третьем месте. Она уступает только торговым конфликтам (еще один риск, которому руководители компаний стали уделять повышенное внимание) и чрезмерному регулированию, которое неизменно лидирует в рейтинге угроз для руководителей компаний. Респонденты также высказывают растущее беспокойство в связи с киберугрозами, изменением климата и ущербом, который наносится окружающей среде. 

Сетевой контроль

Руководители по всему миру прогнозируют ужесточение регулирования в технологическом секторе. Более двух третей руководителей считают, что правительства введут новое законодательство, регулирующее контент в интернете и социальных сетях в целях разделения доминирующих технологических компаний. Большинство руководителей (51%) также прогнозируют, что правительства будут все чаще принуждать частный сектор выплачивать финансовую компенсацию физическим лицам за сбор персональных данных. 

Квалифицированные кадры – в дефиците 

Руководители компаний считают, что переподготовка и повышение квалификации являются лучшим способом устранения разрыва в профессиональных навыках, но в то же время не видят ощутимого прогресса в решении проблемы. Только 18% из них заявляют о достигнутом «существенном прогрессе» в создании программы повышения квалификации.

Таковы некоторые из ключевых выводов 23-го опроса PwC, в котором приняли участие почти 1600 руководителей из 83 стран мира. Интервью с CEO проходили с сентября по октябрь 2019 года. 46% компаний, чьи руководители были опрошены, имеют выручку от $1 млрд и более: 35% компаний показали выручку от $100 млн до $1 млрд; 15% компаний имели доход до $100 млн; 55% компаний находятся в частной собственности.

0001_19.jpg

1128 просмотров

В Казахстане КПН передали в местные бюджеты

Ожидается, что это будет способствовать росту региональной экономической активности

Коллаж: Вадим Квятковский

По расчетам Министерства национальной экономики РК, благодаря фискальной децентрализации региональные бюджеты в 2020 году пополнятся на 386,4 млрд тенге, а в следующие два года – уже на 428,8 млрд и 471,4 млрд тенге соответственно. Логика расчетов Минэкономики строится на простом посыле: чем больше в регионе МСБ, тем больше КПН поступит в местный бюджет. А значит, региональные власти приложат максимум усилий для развития малого и среднего бизнеса.

В разговоре с журналистом «Курсива» вице-министр нацио­нальной экономики Жаслан Мадиев еще раз подтвердил, что в его ведомстве рассчитывают на заинтересованность акимов в росте налогооблагаемой базы в их регионах. «Те налоговые поступления, которые будут регионы собирать от МСБ, они могут оставлять, использовать на свои программы развития, – отметил Мадиев. – В целом задача государства такая: помогать взращивать из малого и мелкого бизнеса средний, а из среднего – крупный. Поэтому инициатива по передаче КПН с малого и среднего бизнеса в регионы поможет решить эту задачу, она будет хорошим мотиватором для акиматов делать все, чтобы бизнес укрупнялся и собираемость налогов, соответственно, росла».

КПН в цифрах

Корпоративный подоходный налог в Казахстане до 2020 года зачислялся в государственный бюджет, ставка его при удержании с налогооблагаемого дохода составляет 20%. Есть исключения: юрлица-сельхозпроизводители и производители продукции аквакультуры (другими словами – рыбоводства) платят КПН в размере 10%.

Ставка КПН, удерживаемого у источника выплаты с доходов резидентов, равна 15%. Есть градация по ставкам КПН для нерезидентов – от 5 до 20%, но она на пополнение местного бюджета особого влияния не окажет, так как 100 тыс. налогоплательщиков – представителей малого и среднего бизнеса, которые будут обеспечивать те самые 386,4 млрд тенге поступлений в местные бюджеты в 2020 году, – резиденты Казахстана.

В 2019 году в бюджет в виде КПН поступило 1 трлн 974 млрд 763 млн тенге, из них от МСБ – 422 млрд 371 млн, то есть примерно одна пятая часть. Стоит отметить, что далеко не все представители малого бизнеса в регионах являются плательщиками КПН, поскольку работают в специальных налоговых режимах – по патенту, упрощенной декларации или единому земельному налогу, ставки по которым составляют 2–3%.

И как раз эти представители малого и микробизнеса на три года будут освобождены от уплаты подоходного налога. По оценке министра финансов Казахстана Алихана Смаилова, потеря бюджета от этих налоговых каникул составит 200 млрд тенге. Глава Минфина давал такие расчеты в сентябре 2019-го,
а двумя месяцами позже министр национальной экономики Руслан Даленов снизил объем потерь до 109 млрд тенге в 2020 году и пообещал их возместить трансфертами из республиканского бюджета. Его заместитель Жаслан Мадиев считает, что возмещаемый государством трехлетний мораторий даже полезен для местных бюджетов. «По мораторию у нас микро- и малый бизнес освобожден от налогообложения, но это временная мера. За время моратория бизнес сможет окрепнуть, и есть большие шансы, что он за это время перейдет из категории малого бизнеса в категорию среднего», – считает вице-министр.

Мне снизу виднее, как развивать бизнес

На стадии обсуждения Концепции Закона Республики Казахстан «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам административно-территориального устройства Республики Казахстан, совершенствования системы государственного управления, межбюджетных отношений, кредитования и образования» – а именно этим документом внесены поправки о передаче КПН в региональные бюджеты – приводилось несколько позитивных примеров из международного опыта.

В Испании одним из основных налогов, поступающих в местный (муниципальный) бюджет, является налог на экономическую деятельность, который отчасти схож с казахстанским корпоративным подоходным налогом от среднего и малого бизнеса. Плательщики данного налога – юридические лица и физические лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью. Налог на экономическую деятельность дает местным бюджетам 3,4% от общих доходов. Этот налог, как отмечалось в концепции, был введен для усиления контроля за сбором налогов с малого и среднего бизнеса, составляющего основу экономики Испании.

Там же, в концепции, шла речь о том, что в Японии одним из основных налогов, поступающих в местный бюджет, является префектурный подоходный налог, его плательщики – юридические лица. Еще одним примером была Германия, о которой говорилось, что «финансовая система Германии по формированию местных бюджетов усовершенствована, а также направлена на увеличение поступлений в местный бюджет за счет развития предпринимательства».

Авторы концепции отметили, что внедрение опыта указанных стран в Казахстане «приведет к стимулированию местных исполнительных органов по расширению налоговой базы и увеличению доходов местных бюджетов, а также к усиленной заинтересованности регионов в развитии малого и среднего бизнеса».

Как подтолкнуть малый бизнес к росту

Депутат мажилиса парламента Казахстана Нуржан Альтаев видит две основных проблемы в решении «подсадить» местные бюджеты на поступления от КПН. Первая связана с неравномерностью распределения малого и среднего бизнеса в разных частях страны. Поэтому, считает парламентарий, центру все равно придется перераспределять общий котел бюджетных поступлений. Вторая – в том, что малый бизнес не стремится вырасти до размеров среднего и старается оставаться в «малышах», предпочитая дробить свои предприятия. По мнению Альтаева, выбор такой схемы связан в первую очередь с налоговой нагрузкой. Он уверен: если ее снизить на каждое отдельное предприятие, то в итоге государство соберет больше за счет увеличения количества предприятий среднего бизнеса (их сейчас, по данным НПП «Атамекен», всего 22 тыс. из тех 100 тыс. плательщиков в местные бюджеты).

«Вот пример – понизили уровень порога НДС. Теперь, имея совсем небольшие обороты, ты становишься плательщиком НДС. Это заставит бизнес сейчас снова дробиться на какие-то мелкие ИП для того, чтобы не платить НДС. Здесь правительству надо еще раз подумать и сделать все для того, чтобы снизить налоговую нагрузку на отдельно взятый субъект предпринимательства, потому что тогда больше денег можно будет собрать в бюджет», – говорит Альтаев.

С этим мнением согласен старший партнер Центра стратегических исследований (CSI) Олжас Худайбергенов. Он убежден: причина неохотного перемещения малого бизнеса в средний – неправильное налогообложение. Эту проблему можно решить введением упрощенного налогообложения в отдельных отраслях – например, в сельском хозяйстве и в розничной торговле. «Можно ввести единый аграрный налог, скажем, или налог с продаж, розничный налог, сделать там одну простую ставку и отказаться от градации, от лимитов каких-то, – предлагает Худайбергенов. – Тогда мотивация к дроблению у среднего бизнеса отпадет, ему незачем будет показывать себя малым за счет почкования. Но это от местных властей не зависит, как и от Комитета госдоходов. Это больше зависит от Министерства национальной экономики и Министерства финансов, которые определяют фискальную политику в стране».

По информации Худайбергенова, являющегося советником президента, сейчас обсуждается идея обоих налогов. Причем по розничному налогу есть оговорка: на безналичные и наличные расчеты пороги повышения ставок будут разными. «Скажем так, через цифровизацию будут пытаться упростить налогообложение: работаешь по безналу – у тебя ставки ниже, тебе выгоднее», – заключил Худайбергенов.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif