Перейти к основному содержанию

1955 просмотров

ТОП-50 самых крутых аэропортов мира

Казахстанских воздушных гаваней в нем пока нет

Фото: Shutterstock.com

Индекс мегахабов – это рейтинг аэропортов с наиболее развитым в мире международным сообщением. Такой рейтинг ежегодно составляет OAG, британская компания, которая собирает глобальную статистику по авиаотрасли. 

Мегахабы, по оценке OAG, это те аэропорты, через которые можно улететь в максимально большое количество направлений за достаточно сжатый промежуток времени. OAG рассчитала общее количество всех возможных стыковок между входящими и исходящими рейсами (входящий, исходящий или оба рейса должны быть международными) за шестичасовое окно. Минимальное время стыковки для каждого из 200 участников рейтинга определяется, исходя из эксплуатационных параметров аэропорта. Индекс рассчитывается как соотношение таких стыковок и количества направлений, по которым можно улететь. 

top-50-samyh-krutyh-aehroportov-mira.png

Всегда на связи

Мегахаб № 1 – лондонский аэропорт Хитроу (LHR), он лидирует в рейтинге не первый год. На этот раз индекс мегахаба для Хитроу составил 317. В самый загруженный день 2019 года этот лондонский аэропорт предлагал пассажирам более 65 тыс. вариантов стыковки между входящими и исходящими рейсами во временной промежуток, равный шести часам. 51% рейсов в расписании Хитроу приходится на British Airways. За время стыковки пассажиры при желании могут посмотреть на самую длинную в Англии скульптуру – Slipstream, что переводится как «воздушный поток от винта». 70-метровая алюминиевая инсталляция Ричарда Уилсона символически изображает след, который остается в небе от полета самолета. Если времени хватает, можно поискать работу Бэнкси – этим летом он сделал граффити в зоне таможенного контроля пассажиров, прибывающих из Евросоюза.

На втором месте среди мегахабов в 2019 году – аэропорт Франкфурта. Во время стыковки можно подняться на крышу терминала, усаженную цветами, и сделать селфи на фоне самолетов. Франкфурт – домашний аэропорт для Lufthansa, на которую здесь приходится 63% рейсов. 

Аэропорт Чикаго О’Хара (ORD) занимает третье место. В международном аэропорту О’Хара снимали сцену, как семья Маккаллистеров из фильма «Один дома» бегает по парижскому аэропорту после того, как выяснилось, что они прилетели без одного из детей. 46% рейсов в О’Хара выполняет авиакомпания United Airlines. Второй американский аэропорт из лучшей десятки – Атланта (ATL), занявший восьмое место. 

На четвертом месте по «международным связям» амстердамский Схипхол (AMS). На пятом – аэропорт Мюнхена им. Франца Йозефа Штрауса. Этот аэропорт существенно улучшил свои позиции в индексе мегахабов 2019 года по сравнению с прошлым годом, когда занимал только 11 место. Теперь и в США, и в Германии есть два аэропорта, которые попадают в топ-10 мировых мегахабов. 

В Азиатско-Тихоокеанском регионе самый высокий рейтинг у Сингапурского (SIN) и Гонконгского аэропортов (HKG), стоящих на девятом и десятом месте соответственно. В то время как SIN опустился на одно место с 2018 года, HKG поднялся в рейтинге с 13-го места в результате увеличения международных со­единений на 1,5%. 

В Китае аэропорт с самым высоким рейтингом – шанхайский аэропорт Пудун (PVG), который занял 25-е место с индексом со­единений 163. 

В обоих крупных аэропортах Индии в этом году заметно сократилось количество международных соединений. Аэропорт Дели (DEL) опустился с 25 на 35 место, доминирующим перевозчиком здесь по-прежнему остается IndiGo с чуть более чем четвертью всех рейсов. В аэропорту Мумбаи (BOM) из-за падения доли Jet Airways IndiGo стала доминирующей авиакомпанией с долей рейсов в 32%. 

Из изменений, которые отмечают эксперты OAG – это понижение в рейтинге аэропорта Дубая (DXB), который сдвинулся с 18 на 24 место в результате сокращения числа международных соединений на 13% – с 42 603 до 37 206. В 50 аэропортов с наиболее развитым воздушным сообщением в 2019 году вошли аэропорт Окленда (AKL) в Новой Зеландии, аэропорт Осло (OSL) в Норвегии и аэропорт Дон Муанг (DMK) в Таиланде – они вытеснили из рейтинга три американских аэропорта. Аэропорт Куала-Лумпур (KUL) признан мегахабом с лучшим сообщением в мире для бюджетных авиаперевозчиков. 

Не индексом единым

Количество стыковочных рейсов и направлений – не единственный показатель, по которому составляет рейтинги OAG. У компании, например, есть рейтинг On-Time Stars, где, в числе прочего, указываются самые пунктуальные аэропорты – они получают 5*, и далее по нисходящей – чем хуже с вылетами вовремя, тем ниже звездность. В этом рейтинге на текущий момент тройка лидеров по количеству стыковок оказалась в числе аэропортов, чью пунктуальность OAG оценил всего на 2* – Хитроу отправил по расписанию 75,4% рейсов, Франкфурт – 71,3%, аэропорт О’Хара – 75,1%. И это еще не худший вариант. Например, у аэропорта Дубая, который входит в топ-50 мегахабов, всего 1* за своевременный вылет пассажирских лайнеров – по расписанию здесь с июня 2018-го по май 2019 года было отправлено 68,7% рейсов. 

Индекс мегахабов от OAG выделяет аэропорты с наибольшим числом возможных стыковок, но эти мегахабы не обязательно совпадают со списком самых загруженных аэропортов мира. Последние определяет Международный совет аэропортов на основе данных об общем годовом пассажиропотоке. Самым загруженным аэропортом, по оценке этой организации, является аэропорт Атланты, который принимает чуть меньше 104 млн пассажиров в год. На втором месте по загруженности пекинский аэропорт с более чем 95 млн пассажиров, на третьем – аэропорт Дубаи, чуть более 88 млн пассажиров. Лондонский Хитроу только на седьмом месте, пассажиропоток здесь примерно 78 млн человек, перед ним, на шестом месте, чикагский О’Хара с почти 80 млн пассажиров. Франкфурт – на 14 месте, 64,5 млн пассажиров. Для сравнения: международный аэропорт Алматы обслужил в 2018 году 5,7 млн пассажиров, а аэропорт «Нурсултан Назарбаев» – 4,5 млн.

top-50-samyh-krutyh-aehroportov-mira1.png

banner_wsj.gif

468 просмотров

Uzbekistani Government Sells Huge Part of its Businesses to the Private Sector

Investors will have a chance to purchase a share in more than one thousand government-owned companies

Photo: Shutterstock/MehmetO.

The authorities of Uzbekistan declared its intention to put a huge part of government-owned companies into the hands of the private sector. This policy will be implemented under a new strategy prepared by a group of local and international experts. According to this new strategy, Uzbekistan should demonstrate strong political will and be ready to change the country’s legislation.

National Economy and State-owned Companies

The large scale privatization campaign was initiated by President Shavkat Mirziyoyev in December 2019 when he set out to make an inventory of all government-owned businesses. Later, in a statement to Oliy Majlis (Uzbekistani parliament), he charged the government to prepare a strategy on how to enhance a competitive environment in the country. 

As a result, the government developed a list of 2965 state-owned companies with a value of $11.7 billion dollars combined. Authorities examined their business activities and made some conclusions. For example, they figured out that government-owned companies make 55% of gross domestic product (GDP). According to Bakhtiyor Khaydarov, an official of the Agency for Management of State Assets (AMSA) this indicator is much bigger than in other countries: 35% in Russia, 15% in Singapore, 8% in Vietnam and 20-25% in developed economies on average.

Despite the large impact of government-owned companies on the national economy, they account for only 47% of all taxes to the state budget and provide jobs for only 6% of all working Uzbekistani people. Many of these government-owned businesses suffer losses ($431.1 million); 34% of them do not make tax accounting and only 33% pay dividends.

As Khaydarov noted, 900 of those companies fully depend on tax and customs preferences and many of them operate noncore divisions.

Better Late Than Never

The Uzbekistan authorities do not want to waste time and are ready to implement their new strategy as soon as possible. However, a new coronavirus pandemic can affect this plan. AMSA has already prepared a series of new regulations which stipulate a large-scale privatization program. To develop this program, Uzbekistan invites all local and international experts and organizations to participate. 

According to the new strategy, the government will offer the private sector 1115 companies to buy. The government will keep only 554 businesses; more than 700 enterprises will be eliminated. The current number of 1718 unitary national businesses will be reduced drastically with only 70 entities left. These will be transformed to operate as joint-stock companies or OOO (local type of Limited Liability Company). 

According to Andrey Boytsun, an official representative of the European Bank of Reconstruction and Development (EBRD), the work initiated by the Uzbekistan government is very important for the country. 

“Close examination and grading of all government-owned businesses are highly important. Some of them will be eliminated or reorganized. However, before the government decides what to do with the company it has to know whether it needs this company or not,” he said.

Носачев_Монтажная область 1 (2).png

In the right place 

The most important criteria in the new privatization strategy is a split between state agencies’ tasks, said Andrey Boytsun. Various ministries should focus on the development of a general policy toward business and treat all companies either public or private in a similar way. 

Currently, private businesses can’t compete with government-owned companies because they have no tax or customs preferences and can’t participate in government procurements without biddings as state-owned enterprises do. For instance, in the construction and architecture sector, the state provides support for 62 of such quasi companies.

“The function of the owner should be performed by another body, not the one that is the regulator. Otherwise, it turns out like in football, when the judge plays on the side of one of the teams,” said Boytsun. 

“Pharmaceutical enterprises in Uzbekistan will never be competitive unless they comply with standards and good manufacturing practices. To establish this standard is the task of the ministry and not the management and ownership of pharmaceutical companies. If we do not, Uzbekistan will only be a sales market for foreign companies,” commented Wieslaw Kaczmarek, ex-Minister of the Treasury of Poland and independent consultant in the Uzbekistani AMSA.

Explain or sell 

Privatization in Uzbekistan is aimed to reduce the government’s role in the economy and should be implemented in five years.

In order to achieve this, the government will use a so-called Yellow Pages Rule, which means that the state will leave those sectors where private businesses already operate. 

Another new rule for public companies is an “explain or sell.” If the government can explain why it owns the specific business it can keep it through AMSA, which manages all state assets.

“The ultimate owners of state-owned enterprises are citizens of Uzbekistan; therefore, it will be correct if AMSA reports directly to the Oliy Majlis which represents the people’s interests,” the EBRD representative emphasized.

What is the priority?

New privatization rules are also implying that state-owned companies should increase their effectiveness to work as real businesses; to introduce tools for assessment of their executive bodies' work; to create compliance services, external audit, etc. 

The supervisory board should also be changed. According to Boytsun, only 3% of board members are independent and this figure should be much higher.

“When it comes to creating supervisory boards, it is important that they have professionals with a variety of competencies and skills to make the right and balanced decisions. In practice, there should be fewer civil servants. Now they’rethe majority,” said Boytsun.

Another opinion was shared by Vinoyak Nagarach, representative of the World Bank in Uzbekistan, who doesn’t argue with privatization supporters but calls for patience.

“In Uzbekistan, there are strong opportunities, administrative potential. If you look at the history of Uzbekistan, macroeconomic indicators, many enterprises were very good. We can’t say that all directors are bad managers. It is important to use what is,” said Nagarach.

Legislation reform

International experts, as well as representatives of business and state-owned companies, insist that privatization efforts should be accompanied by changes in legislation.

According to Kaczmarek, to avoid mistakes Uzbekistan must introduce a new privatization law.

“If we are talking about the revival of privatization, the first step of this important strategy is the new version of the law on privatization. There is no way around it,” said the expert.

Rustam Kadyrov, head of the Department for Strategic Planning and Analysis of the Uzsanoat joint-stock company agrees, noting that new clear written rules might be helpful in getting money from ordinary people.

 “Today, our citizens are not interested in investing in Uzbekistan. After all, we have a bad experience with this. Because you are buying land, and there is no guarantee that in five years this decision will not annul the hokim (head of the local administration),” Kadyrov gave an example. 

The AMSA admits that many regulatory rules concerning privatization are outdated.  

“The law on privatization was adopted in 1991. It is already outdated and does not correspond to the time. We have the 279th resolution, which consists of 400 pages, and it is also outdated. We also have a lot of regulations outdated, and experts do not own the updated database. We must update and retrain our specialists, we must update and revise all these laws and acts, and this is one of our priorities in today's work,” said Tulkin Nabiev, deputy head of the Agency.
 

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif