Перейти к основному содержанию

1522 просмотра

Международные организации позитивно оценивают рост ВВП Казахстана

На фоне снижения темпов роста мировой экономики

Фото: Oleg Elkov

Завершившиеся три месяца охарактеризовались очередным противоборством США и Китая, неопределенностью последствий Брексита и геополитическими играми ведущих глобальных держав. 

Синхронная сдержанность

Согласно ежеквартальному макроэкономическому отчету аналитической группы KPMG, в сложных условиях, включающих усиление напряженности вокруг торговых отношений Вашингтона и Пекина, а также геополитические риски, динамика мировой активности в III квартале 2019 года продолжала оставаться слабой. 

МВФ прогнозирует рост мирового ВВП на 3% в 2019 году и 3,4% в 2020 году, что на 0,2 п. п. и 0,1 п. п. ниже июльского прогноза на оба года. 

Как отмечено в отчете KPMG, в странах с развитой экономикой прогнозируется замедление роста до 1,7% в 2019 и 2020 годах. В США неопределенность, связанная с торговлей, негативно сказалась на инвестициях, но уровни занятости и потребления остаются высокими. 

В зоне евро прогнозы роста были снижены ввиду слабых показателей экспорта. Здесь промышленное производство на протяжении девяти месяцев продолжает снижение: на 2,8% (г/г) в августе и на 1,7% (г/г) в сентябре.

В группе стран с формирующимся рынком прогнозируется повышение темпов с 3,9% в 2019 году до 4,6% в 2020 году. С одной стороны, данное повышение обусловлено восстановлением в испытывающих стресс странах с формирующимся рынком, таких как Турция, Аргентина и Иран, а с другой – восстановлением роста в странах, где его темпы в 2019 году значительно снизились по сравнению с 2018 годом, таких как Бразилия, Мексика, Индия, Россия и Саудовская Аравия. 

Волатильность на рынке нефти

Согласно отчету International Energy Agency (IEA), прирост потребления нефти в III квартале 2019 года составил 1,1 млн барр./с. Основной движущей силой роста стало увеличение спроса со стороны Китая на 640 тыс. барр./с. 

Кстати, напомним, что 1 июля текущего года ОПЕК+ продлила соглашение об ограничении добычи нефти до марта 2020 года, а сентябрьская атака беспилотников на нефтяные объекты в Саудовской Аравии привела к сокращению добычи нефти на 1,3 млн барр/с. в течение двух недель. Таким образом, отмечают аналитики сырьевого рынка, мировое предложение нефти в сентябре 2019 года уменьшилось на 1,77 млн барр./с. В то же время страны, не входящие в ОПЕК, сократили добычу на 0,45 млн барр./с., до 68,83 млн барр./с. В результате цена на нефть марки Brent в течение III квартала 2019 года отличалась волатильностью. В сентябре на фоне более низкого предложения она выросла до $71,95 за баррель, а уже в III квартале, по данным Economist Intelligence Unit, опустилась до $61,86 за баррель. Economist Intelligence Unit пересмотрел прогноз спроса на нефть в 2019 году с 1,2 до 1,1%. Рост предложения нефти также был пересмотрен: прогнозируется не более 0,6% прироста в связи с ограничением производства в странах ОПЕК и России и нарушением добычи в Саудовской Аравии. 

Вместе с тем, как отмечает руководитель отдела аналитических исследований Высшей школы управления финансами Михаил Коган, анализируя события последней недели, группа ОПЕК+ увеличила объемы сокращаемой добычи на 500 тыс. баррелей в день, продлив сделку до конца I квартала следующего года, что в целом вписалось в ожидания инвесторов. «Но оптимизм участников рынка проявляется довольно сдержанно. Во-первых, к моменту принятия решения о дополнительном сокращении производства этот шаг уже во многом был отыгран. Во-вторых, трейдеры рассчитывали на более существенную пролонгацию соглашения. В-третьих, на рынке по-прежнему нет уверенности в том, что все участники будут добросовестно выполнять условия пакта», – считает Михаил Коган. 

98556184651454.jpg

Тем не менее на старте этой недели нефть марки Brent скромно обосновалась на уровне $64 за баррель. Локальным негативным фактором служит свежая статистика из КНР, отразившая сокращение экспорта на 1,1% при прогнозе аналогичного прироста. По прогнозам российского эксперта, отсутствие свежих новостей держит инвесторов в напряжении, ведь уже 15 декабря в силу вступят новые тарифы США, если до этого момента Вашингтон и Пекин не успеют договориться об условиях промежуточной сделки. «В свете этих событий в ближайшие дни на рынках, вероятно, будут сохраняться неопределенность и повышенная волатильность», – прогнозирует Михаил Коган.

Рост на рынке драгметаллов и никеля

Как отмечают в своем отчете аналитики KPMG, на фоне стимулирующей денежно-кредитной политики, проводимой основными центробанками мира, произошло укрепление американского доллара, что положительно сказалось на динамике цен на драгоценные металлы. Так, цена на золото увеличилась на 12,6% по сравнению с предыдущим кварталом. 

Очевидно, что напряженность между США и Китаем уже привела к повышенному спросу на золото. В связи с этим эксперты рынка драгметаллов отмечают, что, возможно, следующим последствием противостояния крупных игроков мирового рынка станет рост котировок. Причем предполагается, что активный рост цен на золото придется именно на декабрь 2019 года. В частности, как сообщает интернет-портал gold.ru, центральные банки некоторых стран мира продолжают активно покупать золото для резервов своих государств. Всемирный совет по золоту (WGC) еще в октябре опубликовал список стран, чьи центробанки проявляли активность на рынке золота за последние несколько месяцев. Обновленный список от WGC содержит информацию по странам, у которых есть золотой запас, за сентябрь-октябрь текущего 2019 года. Из него следует, что золотой запас России составляет на данный момент 2251,1 т, что на 10,2 т больше предыдущего отчетного периода. По данным Народного банка Китая за сентябрь, резервы золота Поднебесной остались без изменений – на уровне 1948,3 т. Золотые резервы Германии уменьшились в октябре на 0,3 т. Золотой запас Турции также показал рост за отчетный период. Из данных WGC следует, что теперь у ЦБ Турции в резервах находится 398,2 т драгметалла, то есть на 12,7 т больше.

ghjuyjp hjcnf ddg.jpg

Согласно обновленному списку WGC, довольно стабилен золотой запас Австралии. На данный момент он составляет 80 т, как и в начале года.

Вместе с тем, как сообщают аналитики KPMG, абсолютным рекордсменом в июле-сентябре 2019 года стали котировки никеля, продемонстрировавшие рост на 27,6% (кв/кв) и достигнувшие средней цены $15,651 за т. «Это наибольший показатель за последние три года. Причиной стало объявление правительства Индонезии о переносе запрета экспорта никелевой руды с 2022 года на начало 2020 года, давшее повод спекулятивным сделкам повысить цены на металл», – сообщается в отчете KPMG.

Кроме того, в нем же отмечено, что основным драйвером таких котировок является рост спроса на электромобили, где никель используется в аккумуляторных батареях. Годовой прирост спроса со стороны данной отрасли, по оценкам, достигнет 30% в 2020 году, сообщается в отчете KPMG.

Обзор мировой экономики

В III квартале 2019 года, по данным Бюро экономического анализа Министерства торговли США, рост ВВП США незначительно ускорился до 2,1% (г/г) по сравнению со II кварталом, когда он составлял 2%. Реальный валовой внутренний доход (ВВД) в III квартале увеличился на 2,4%, что на 0,9% превышает показатели во II квартале 2019 года.

По данным департамента труда США, инфляция в III квартале 2019 года составила 1,8%, в том числе рост на продукты – 0,6%. Цены на энергоносители упали на 3,7%. Показатели по безработице ушли в боковой уровень – 3,6%. В октябре значительный прирост рабочих мест произошел в сфере общественного питания, социальной помощи и финансовой сфере. 

В Еврозоне, по данным Eurostat, рост ВВП в III квартале 2019 года составил 0,2% к предыдущему кварталу или 1,2% в годовом выражении. Во Франции экономический рост остался без изменений (0,3% по сравнению с предыдущим кварталом), в Италии (0,1%), в Испании (0,4%). Германия избежала рецессий с ростом ВВП 0,1% (кв/кв) благодаря росту госрасходов и увеличению строительства. 

По последним прогнозам МВФ, рост экономики Китая в 2020 году составит 5,8%. Ожидается осуществление стимулирующей политики для обеспечения роста в условиях негативных эффектов от торговой войны. Между тем, по данным НБС КНР, ВВП Китая по итогам III квартала 2019 года вырос на 6% (г/г). Товарооборот за III квартал составил $106 млрд (+35,9%, г/г). При этом экспорт сократился на 0,8%, импорт – на 6,4%. Согласно предварительным подсчетам НБС КНР, объем ВВП Китая за девять месяцев 2019 года достиг 69,8 трлн юаней (около $9,9 трлн).
 
В России, по прогнозам Мин­экономразвития РФ, рост ВВП в III квартале 2019 года достиг 1,7% (г/г), тогда как во II квартале – 0,9% в годовом выражении. Ускорению роста российской экономики способствовала положительная динамика в сельском хозяйстве (+5,6%) и выход темпов роста оборота оптовой торговли (+4,6%) из отрицательной области. Уровень инфляции в России в III квартале 2019 года составил 4,3%, показывая снижение с начала года благодаря замедлению роста цен на продовольственные товары. По прогнозу Банка России на 2020 год, инфляция будет в коридоре 3,5–4%. МВФ прогнозирует инфляцию в РФ на конец 2019 года на уровне 3,8%. По данным Росстата, уровень безработицы в РФ в III квартале составил 3,5%. 

Рост за счет добычи

Для экономики Казахстана по-прежнему характерен уверенный рост за счет высокой инвестиционной активности в добывающем секторе, наращивания госрасходов и приемлемых цен на нефть, отмечено в отчете KPMG.

Согласно данным Комитета по статистике МНЭ РК, объем произведенного ВВП составил 44,1 трлн тенге. Основными драйверами роста выступили строительство (13,5%), торговля (7,6%) и транспорт (5,5%). Инфляция сохраняется в пределах целевого коридора в 4–6%, хотя, как отмечают аналитики KPMG в своем отчете, не исключен выход за его пределы в 2020 году.

Безработица составила 4,8%, оставшись без изменений по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. 
Объем экспорта Казахстана, согласно предварительным данным Комитета по статистике МНЭ РК, снизился на 4,4% по сравнению с соответствующим периодом 2018 года и остановился на отметке $42,7 млрд. 

Импорт увеличился до $27,6 млрд, что на 12,3% выше, чем за январь-сентябрь 2018 года. Инфляция с начала года выросла на 3,3% и сравнялась с аналогичным значением в 2018 году. В годовом выражении уровень инфляции замедлился до 5,3% с 6,1% годом ранее, находясь в середине целевого коридора 4–6%. Цены на продовольственные товары с начала 2019 года выросли на 6,2%, на непродовольственные – на 3,3%, а на платные услуги снизились на 0,3%. Рост продовольственной составляющей связан с повышением цен на хлебобулочные изделия и крупы (10,7%), на мясо (10,6%), на рыбу и морепродукты (8,2%).

Большая часть занятого населения была задействована в таких видах деятельности, как: торговля (16,3%), сельское хозяйство (13,6%), промышленность (12,5%), образование (12,6%).

banner_wsj.gif

746 просмотров

Как экономике Казахстана взять правильный курс после пандемии

Знает партнер Scot Holland | CBRE в Казахстане и Центральной Азии

Фото: Shutterstock

Последние 10 лет мир привыкал к посткризисным реалиям: избыток ликвидности; крайне низкие процентные ставки, вышедшие из инвестиционного тренда развивающиеся рынки. нескончаемая борьба с NPL (неработающими кредитами), засорившими всю банковскую систему, относительно высокие и стабильные цены на нефть, которые позволяли нефтяным странам сводить государственные бюджеты с профицитом или с совсем небольшим дефицитом.  

В этот период цены на недвижимость ушли выше предкризисных (кризис 2008 года – «Курсив») лишь в нескольких городах мира - Лондон, Гонконг, Нью-Йорк и т.п. В развивающихся странах, где валюта прошла несколько стадий девальваций, цены остались довольно низкими. Но даже их привлекательность практически не повлияла на возвращение инвесторов на развивающиеся рынки. После всех списаний и потерь, которые инвесторы понесли в 2009 году, emerging markets стали немодными. Исключение составили только южноазиатские рынки. Но и это теперь уже история.  

Испытание стихией 

После прилёта чёрного лебедя с именем Пандемия практически все страны мира, в том числе большинство развитых стран, пошли по пути Китая - применили локдауны (строгую изоляцию) и жесткие меры. Исключение составили лишь несколько стран: Бразилия и Белоруссия полностью отрицают коронавирус, Швеция применяет максимально мягкий сценарий, при котором все работает.  

Кто прав и как подействует лекарство от вируса в виде локдаунов и карантинов на экономику? Замедление будет, с этим согласны все. Но у всех стран оно выразится по-разному.  

Жесткий сценарий сильно бьет по экономике и населению - как финансово, так и психологически. В странах типа Индии многие семьи живут на то, что зарабатывают в течение одного дня. Поэтому, запирая и не давая работать, людей фактически лишают пропитания и средств к существованию. Здесь участие государства просто необходимо. В европейских странах локдаун и самоизоляция будут для населения болезненны финансово, но не критичны. Это, скорее, психологические последствия. 

Второй чёрный лебедь прилетел для нефтяных стран - это крушение цен на нефть. Триггером стал разрыв сделки ОПЕК и ценовая война основных мировых производителей. Но это только триггер, который никак не отменяет фундаментальное снижение спроса из-за пандемии. Нефть некуда складировать, так как потребление сильно просело. Основной мировой потребитель нефти – транспорт - запаркован. Самолеты не летают, люди сидят дома, машин на улицах меньше, заправляются реже. И это все в глобальном масштабе. 

Большинство стран называют данный кризис худшим со времён Второй Мировой Войны. 

Штормило и раньше 

Если провести параллель с пандемией «испанки», сто лет назад выкосившей миллионы и перестроившей политическую карту Европы, можно заметить интересную деталь. В странах, где карантины ввели первыми, и люди сознательно соблюдали условия карантина, экономика восстановилась быстрее. Эти страны -  в первую очередь Северная и Западная Европа - развивались с опережающими темпами после той страшной пандемии.  

Тот же принцип работает и сейчас. Китай применил быстрый и жесткий подход, и спустя 2-3 месяца страна начала восстанавливаться. ЕС и США среагировали с запозданием. И мы видим, что с ними происходит. США бьет все рекорды по регистрации безработных, компании массово проводят сокращения. Все чаще стали звучать фразы про повторение Великой Депрессии 30-х годов прошлого века. Возможно, мы пока не видим эффекта 2 трлн долларов, которые экстренно вливают в экономику США, но на данный момент все выглядит мрачно.  

Починить оснастку и поставить новые паруса 

Мне кажется, восстановление будет не раньше следующего года. Экономика сегодняшнего дня настолько переплетена и глобальна, что восстановление одного без восстановления других выглядит крайне сомнительно. Китай начинает приходить в себя. США и ЕС нет. В авиакомпаниях, туризме, общепите, ретейле прошли массовые сокращения. Сколько займёт времени вернуть всех назад и запустить экономику? Даже после отмены локдаунов и карантинов по всему миру страх пандемии ещё долго не отпустит людей. Этот страх будет сильно давить на многие секторы экономики. Остановить процесс всегда проще, чем запустить. Поэтому многое будет зависеть от эффективности правительств по восстановлению наиболее пострадавших отраслей.  

Для Казахстана это такой идеальный шторм. Одновременно несколько крайне неприятных событий сошлись в одной точке. Нет сомнений, что и наша экономика будет восстанавливаться. Но когда? Ответа пока не знает никто. Все будет зависеть от оживления мировой экономики и, в первую очередь США, Китая, ЕС и РФ. Мы не сможем восстановиться в отрыве от этих стран. Как и эти страны не смогут восстановиться в отрыве друг от друга.  

Можно предположить, что оживление будет вялым и относительно медленным. Отрасли, завязанные на внутреннее потребление, будут восстанавливаться дольше всех. Многие компании уйдут с рынка, на их место придут другие или их доля перейдёт к конкурентам, у которых оказались более длинные запасы кэша и меньшая закредитованность. Рынок недвижимости в Казахстане в последние 10 лет был не самым живым, а сейчас он сожмётся ещё сильнее. Большинство игроков будут уповать на госзаказы и господдержку больше, чем когда-либо. И все это наложится на низкую покупательную способность. 

Лечь на правильный курс 

Какими мы выйдем из этого кризиса? Сможем ли найти себя? И без того очень государственная экономика Казахстана, по-видимому, станет ещё более государственно зависимой. Для свободной, рыночной экономики это нехорошо. Но, с другой стороны, сейчас практически все страны идут по этому сценарию. 

Многое будет зависеть от действий правительства в следующие шесть месяцев. Правительству нужно создать максимально комфортные условия для сохранения бизнес-среды, восстановления выжившего бизнеса и обеспечения будущего роста совершенно нового бизнеса, который, без сомнения, появится. Бизнес тоже получит хороший урок и наберется опыта в текущей ситуации. 

Самая сложная задача для правительства – сделать так, чтобы, увеличивая государственную помощь во время пандемии и критически низких цен на нефть, продолжить уменьшать участие государства в бизнес-среде. 

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif