Перейти к основному содержанию

2149 просмотров

Что мешает экспорту казахстанской национальной молочной продукции

Только из России в страну завозятся сотни тысяч тонн «молочки»

Фото: Shutterstock.com

В прошлом году объемы экспорта отечественных молочных продуктов в Россию оказались в 15 раз меньше, чем доля импорта оттуда аналогичного товара. Об этом свидетельствуют статистические данные экспертов ЕАЭС, согласно которым Казахстан отправил в соседнюю страну всего около 20 тыс. т молока, тогда как Россия ввезла на территорию РК около 300 тыс. т. Сложившаяся ситуация обусловлена тем, что в Казахстане существует нехватка крупных молочных ферм. 

По данным Министерства сельского хозяйства РК, за последний год в стране было произведено около 5,5 млн т молока, 80% которых – в личных подворных хозяйствах. При этом доля переработки от общего объема производства составляет 35%, или 1,68 млн т. Объем экспорта – 54,8 тыс. т, объем импорта – 574 тыс. т, а внутреннее потребление – 10,8 млн т.

Более 75% молока перерабатывающие компании Казахстана вынуждены закупать у личных подсобных хозяйств. А от этого в первую очередь страдает качество сырья. Нехватка качественного молока приводит к тому, что объемы переработанной продукции едва покрывают потребности внутреннего рынка. Кроме того, из-за сложной логистики и дороговизны продукция местных производителей оказывается невостребованной в соседних странах. 

«Для того чтобы выйти на экспорт, нужно обеспечить свою продовольственную безопасность. А мы на 60% по сыру, на 90% по сухому молоку и на 40% по маслу импортозависимы. Пока еще свой внутренний рынок не обеспечиваем. Российская и белорусская продукция почти вдвое дешевле казахстанской. Потому что в России, тем более в Белоруссии, переработчики закупают молоко у крупных промышленных ферм. Соответственно, они получают молоко хорошего качества», – рассказывает исполнительный директор Молочного союза Казахстана Владимир Кожевников.

По его словам, сегодня 75% от 1,5 млн т переработанного молока в стране производят мелкие крестьянские хозяйства. И к нему много претензий: например, бывают повышены микробиологические показатели молока и в составе присутствуют антибиотики. Свою лепту вносят и такие факторы, как большие расстояния между подсобными хозяйствами, неразвитая сеть сбора молока, неграмотность специалистов, осуществляющих сбор и сдачу сырья, а также сезонность удоя.

Обеспечить внутренний рынок и выйти на экспорт в больших объемах, по мнению Владимира Кожевникова, Казахстану поможет объединение небольших хозяйств в кооперативы. 

Также необходимо ограничить отечественный рынок от импортного товара. Для этого, как отмечает первый вице-министр сельского хозяйства Айдарбек Сапаров, ведомством принимаются меры по организации контрольно-пропускных пунктов вдоль границы, чтобы пресекать ввоз контрафакта. Также государство поддерживает производителей и переработчиков путем финансирования для увеличения объемов производства продукции. 

Однако несмотря на меры господдержки, два молодых предприятия Карагандинской области пока безуспешно пытаются наладить экспорт своих товаров. Один бизнесмен готов поставлять сливочное масло и курт в Германию и ОАЭ, другой – снабжать заграничный рынок сухим верблюжьим и кобыльим молоком. 

Обещание ничего не значит? 

Фермер из Каркаралинского района Сламбек Кинаятулы, о проблемах которого «Курсив» писал ранее («Бизнесмену наконец помогут», №2 (центр), 24 января 2019 г.), по-прежнему не может получить обещанных возвратных субсидий, чтобы расширить свое производство и наладить экспорт в ОАЭ и Германию. Почти год предприниматель обивает пороги Фонда финансовой поддержки сельского хозяйства, где его то кормят обещаниями, то просят подтвердить залоговое имущество.

«Я хотел получить от фонда 107 млн тенге по программе «Ырыс» для приобретения 100 голов коров и техники. В качестве гарантийного взноса я предоставил две квартиры в Нур-Султане и все, что у меня есть. Но мне говорят, что этого недостаточно, хотя изначально говорили обратное. Последний раз мне сказали, что до конца года я получу деньги. Но ведь зима – не сезон для молочного хозяйства», – сетует аграрий. 

Сейчас предприниматель содержит сто голов коров. Из них только 30 дают молоко. Этого сырья недостаточно, чтобы изготавливать большие объемы продукции и удовлетворить спрос зарубежных заказчиков. Выход из ситуации фермер видит только в расширении поголовья и сборе молока у крестьянских хозяйств. А для этого нужны дополнительные средства.

Нужны переговоры

Другой предприниматель – владелец крупного завода по производству сублимированного кобыльего и верблюжьего молока Кадырбек Мейрамбеков, инвестировал в свой бизнес более 3 млрд тенге. Часть денег он заимствовал в «КазАгро» и при поддержке ФРП «Даму» в этом году строит завод детского питания. 

Несмотря на свою уникальность, его продукция пока не пользуется большим спросом. В основном ее потребляет внут­ренний рынок, и только одна тонна сухого верблюжьего молока экспортируется в Китай. Завоевать российский рынок у казахстанского завода пока тоже не получается. Проблема в том, что для ее распространения на российском рынке нужны дополнительные средства – речь идет о миллионах рублей. 

Идея производства сублимированного молока возникла у предпринимателя в 2013 году, когда он ездил в Россию и увидел в одном из супермаркетов сухое кобылье молоко, производимое жителем Германии Цольманом. Как оказалось, он овладел технологией сублимирования благодаря своему родственнику Рудольфу Штроху. Последний в советские годы был в казахской степи и здесь же заболел тяжелой формой туберкулеза. Один из степняков выходил его, отпаивая парным кобыльим молоком. Выздоровев и вернувшись в Германию, Штрох основал свое производство. Узнав эту историю, Кадырбек Мейрамбеков решил во что бы то ни стало запустить свое производство сублимированного молока. Он связался с Цольманом, под его руководством в 2015 году открыл производство в Осакаровском районе Карагандинской области. Казахстанский завод – точная копия немецкого.

На сегодняшний день в активе компании 25 тыс. га пастбищных земель, позволяющих формировать собственную кормовую базу на круглогодичной основе. Более 2500 кобылиц, которые дают до четырех тонн молока в день. Создано 200 рабочих мест. Но вместе с тем у компании есть невыплаченные долги по кредитам. 

«К сожалению, за годы существования мы еще не вышли в плюс. На сегодняшний день наша задолженность составляет около 800 млн тенге. Больше половины займа мы уже погасили. Оставшуюся сумму планируем закрыть в течение двух лет», – поделился бизнесмен.

На следующий год он планирует собрать от населения до 2 млн т кобыльего молока. Также начнет принимать верблюжье молоко из южных регионов страны и планирует закупить тысячу верблюдиц. 

«У нас есть все мощности, чтобы выйти на экспорт в Европу и Азию. Но нам пока не хватает денег. Мы надеемся на то, что в скором времени ученые докажут пользу нашей продукции для здоровья. Сейчас они ведут соответствующие исследования. И тогда уже можно будет печататься в мировых журналах и смело делать рекламу», – добавил Кадырбек Мейрамбеков.
 

1145 просмотров

В Казахстане КПН передали в местные бюджеты

Ожидается, что это будет способствовать росту региональной экономической активности

Коллаж: Вадим Квятковский

По расчетам Министерства национальной экономики РК, благодаря фискальной децентрализации региональные бюджеты в 2020 году пополнятся на 386,4 млрд тенге, а в следующие два года – уже на 428,8 млрд и 471,4 млрд тенге соответственно. Логика расчетов Минэкономики строится на простом посыле: чем больше в регионе МСБ, тем больше КПН поступит в местный бюджет. А значит, региональные власти приложат максимум усилий для развития малого и среднего бизнеса.

В разговоре с журналистом «Курсива» вице-министр нацио­нальной экономики Жаслан Мадиев еще раз подтвердил, что в его ведомстве рассчитывают на заинтересованность акимов в росте налогооблагаемой базы в их регионах. «Те налоговые поступления, которые будут регионы собирать от МСБ, они могут оставлять, использовать на свои программы развития, – отметил Мадиев. – В целом задача государства такая: помогать взращивать из малого и мелкого бизнеса средний, а из среднего – крупный. Поэтому инициатива по передаче КПН с малого и среднего бизнеса в регионы поможет решить эту задачу, она будет хорошим мотиватором для акиматов делать все, чтобы бизнес укрупнялся и собираемость налогов, соответственно, росла».

КПН в цифрах

Корпоративный подоходный налог в Казахстане до 2020 года зачислялся в государственный бюджет, ставка его при удержании с налогооблагаемого дохода составляет 20%. Есть исключения: юрлица-сельхозпроизводители и производители продукции аквакультуры (другими словами – рыбоводства) платят КПН в размере 10%.

Ставка КПН, удерживаемого у источника выплаты с доходов резидентов, равна 15%. Есть градация по ставкам КПН для нерезидентов – от 5 до 20%, но она на пополнение местного бюджета особого влияния не окажет, так как 100 тыс. налогоплательщиков – представителей малого и среднего бизнеса, которые будут обеспечивать те самые 386,4 млрд тенге поступлений в местные бюджеты в 2020 году, – резиденты Казахстана.

В 2019 году в бюджет в виде КПН поступило 1 трлн 974 млрд 763 млн тенге, из них от МСБ – 422 млрд 371 млн, то есть примерно одна пятая часть. Стоит отметить, что далеко не все представители малого бизнеса в регионах являются плательщиками КПН, поскольку работают в специальных налоговых режимах – по патенту, упрощенной декларации или единому земельному налогу, ставки по которым составляют 2–3%.

И как раз эти представители малого и микробизнеса на три года будут освобождены от уплаты подоходного налога. По оценке министра финансов Казахстана Алихана Смаилова, потеря бюджета от этих налоговых каникул составит 200 млрд тенге. Глава Минфина давал такие расчеты в сентябре 2019-го,
а двумя месяцами позже министр национальной экономики Руслан Даленов снизил объем потерь до 109 млрд тенге в 2020 году и пообещал их возместить трансфертами из республиканского бюджета. Его заместитель Жаслан Мадиев считает, что возмещаемый государством трехлетний мораторий даже полезен для местных бюджетов. «По мораторию у нас микро- и малый бизнес освобожден от налогообложения, но это временная мера. За время моратория бизнес сможет окрепнуть, и есть большие шансы, что он за это время перейдет из категории малого бизнеса в категорию среднего», – считает вице-министр.

Мне снизу виднее, как развивать бизнес

На стадии обсуждения Концепции Закона Республики Казахстан «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам административно-территориального устройства Республики Казахстан, совершенствования системы государственного управления, межбюджетных отношений, кредитования и образования» – а именно этим документом внесены поправки о передаче КПН в региональные бюджеты – приводилось несколько позитивных примеров из международного опыта.

В Испании одним из основных налогов, поступающих в местный (муниципальный) бюджет, является налог на экономическую деятельность, который отчасти схож с казахстанским корпоративным подоходным налогом от среднего и малого бизнеса. Плательщики данного налога – юридические лица и физические лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью. Налог на экономическую деятельность дает местным бюджетам 3,4% от общих доходов. Этот налог, как отмечалось в концепции, был введен для усиления контроля за сбором налогов с малого и среднего бизнеса, составляющего основу экономики Испании.

Там же, в концепции, шла речь о том, что в Японии одним из основных налогов, поступающих в местный бюджет, является префектурный подоходный налог, его плательщики – юридические лица. Еще одним примером была Германия, о которой говорилось, что «финансовая система Германии по формированию местных бюджетов усовершенствована, а также направлена на увеличение поступлений в местный бюджет за счет развития предпринимательства».

Авторы концепции отметили, что внедрение опыта указанных стран в Казахстане «приведет к стимулированию местных исполнительных органов по расширению налоговой базы и увеличению доходов местных бюджетов, а также к усиленной заинтересованности регионов в развитии малого и среднего бизнеса».

Как подтолкнуть малый бизнес к росту

Депутат мажилиса парламента Казахстана Нуржан Альтаев видит две основных проблемы в решении «подсадить» местные бюджеты на поступления от КПН. Первая связана с неравномерностью распределения малого и среднего бизнеса в разных частях страны. Поэтому, считает парламентарий, центру все равно придется перераспределять общий котел бюджетных поступлений. Вторая – в том, что малый бизнес не стремится вырасти до размеров среднего и старается оставаться в «малышах», предпочитая дробить свои предприятия. По мнению Альтаева, выбор такой схемы связан в первую очередь с налоговой нагрузкой. Он уверен: если ее снизить на каждое отдельное предприятие, то в итоге государство соберет больше за счет увеличения количества предприятий среднего бизнеса (их сейчас, по данным НПП «Атамекен», всего 22 тыс. из тех 100 тыс. плательщиков в местные бюджеты).

«Вот пример – понизили уровень порога НДС. Теперь, имея совсем небольшие обороты, ты становишься плательщиком НДС. Это заставит бизнес сейчас снова дробиться на какие-то мелкие ИП для того, чтобы не платить НДС. Здесь правительству надо еще раз подумать и сделать все для того, чтобы снизить налоговую нагрузку на отдельно взятый субъект предпринимательства, потому что тогда больше денег можно будет собрать в бюджет», – говорит Альтаев.

С этим мнением согласен старший партнер Центра стратегических исследований (CSI) Олжас Худайбергенов. Он убежден: причина неохотного перемещения малого бизнеса в средний – неправильное налогообложение. Эту проблему можно решить введением упрощенного налогообложения в отдельных отраслях – например, в сельском хозяйстве и в розничной торговле. «Можно ввести единый аграрный налог, скажем, или налог с продаж, розничный налог, сделать там одну простую ставку и отказаться от градации, от лимитов каких-то, – предлагает Худайбергенов. – Тогда мотивация к дроблению у среднего бизнеса отпадет, ему незачем будет показывать себя малым за счет почкования. Но это от местных властей не зависит, как и от Комитета госдоходов. Это больше зависит от Министерства национальной экономики и Министерства финансов, которые определяют фискальную политику в стране».

По информации Худайбергенова, являющегося советником президента, сейчас обсуждается идея обоих налогов. Причем по розничному налогу есть оговорка: на безналичные и наличные расчеты пороги повышения ставок будут разными. «Скажем так, через цифровизацию будут пытаться упростить налогообложение: работаешь по безналу – у тебя ставки ниже, тебе выгоднее», – заключил Худайбергенов.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif