Перейти к основному содержанию

12529 просмотров

Скорую прогнозируемость курса тенге обещают эксперты

В Нацбанке отрицают такую возможность

Фото: Shutterstock

После завершения очистки банковской системы от массы проблемных кредитов станет возможной прогнозируемость курса тенге в определенном периоде, считает старший партнер Центра стратегических инициатив Олжас Худайбергенов.

«Прогнозируемость (курса тенге) будет после того, как сперва будет очищена банковская система, и потом банковская система будет наполнена необходимыми кредитными ресурсами для финансирования проектов. Тогда сами банки будут заинтересованы в том, чтобы курс был стабильный. Если даже он будет колебаться, то колебания будут несильными. В этот момент возникает синергия между коммерческими банками и Нацбанком», – сказал он «Курсиву» в кулуарах второго форума стратегических инициатив 20 ноября.

По его словам, за рубежом регуляторы активно используют «вербальную» коммуникацию, чтобы задавать ориентиры на валютном рынке.

«Не просто «не будет девальвации», а на 3-5 лет вперед давать какие-то прогнозы, которые необходимо регулярно корректировать, но зато можно держать настроения людей», – сказал Худайбергенов.

Вместе с тем он затруднился назвать какие-либо цифровые ориентиры по курсу тенге на ближайшие периоды, отметив лишь возможность «мягкой» девальвации с течением времени.

«Я сам лично сторонник мягкого ослабления тенге в рамках коридора. Я воздержусь от каких-либо прямых оценок», – сказал он.

По его мнению, колебания тенге будут зависеть от экономической политики в Казахстане.

В ходе представления на форуме разработанной Центром новой экономической политике в последней содержалось предложение о комплексе мер, которые должны предпринять для того, чтобы иметь «некую» прогнозируемость курса тенге.

В свою очередь заместитель председателя Национального банка Олег Смоляков в интервью журналистам отметил, что прогнозов по курсу национальной валюты не дает.

«Я не слышал Олжаса Худайбергенова – я только подошел. Во-вторых, как вы знаете, Национальный банк всегда говорит, что никаких курсов мы не прогнозируем, то есть если мы живем в режиме инфляционного таргетирования, то (давать) какие-либо параметры про курсы – это чисто экспертное мнение», – сказал он.

При этом он отметил сложность прогнозируемости курса тенге по какой-либо формуле.

«Что такое прогнозируемость курса? Это, скорее всего, ожидания от общества, предприятий, что есть некая формула, по которой этот курс корректируется, в зависимости от тех или иных факторов. Но был очень неплохой комментарий в российской прессе, и он полностью совпадает с нашим пониманием. Для того чтобы эту формулу иметь, и Национальный банк работал, исходя из этой формулы, нужно понимать, если какой-то шок происходит, он имеет временный или долгосрочный характер», –отметил Смоляков.

При кратковременном, по мнению регулятора, шоке Нацбанк должен «жестко встать» на определенном уровне курса, ожидая, что данный шок сам себя исчерпает и рынок вернется к первоначальному состоянию. В случае долгосрочного шока происходит изменение курса.

«Но вы мне покажите хоть одну эффективность предсказаний. Кто-то может сказать – этот шок краткосрочный или долгосрочный? Если никто не может с уверенностью сказать, а только с некоторой вероятностью, то тогда мы получаем ситуацию, что есть большая вероятность ошибки, то, что мы проходили в прошлые годы, когда мы думали – это краткосрочный, в результате была трата резервов и потом уже корректировка (курса) в существенно больших масштабах», – сказал он.

В связи с этим, отметил Смоляков, правила Нацбанка предполагают, что он не сдерживает курс тенге.

Он также сообщил, что процедуру оценки качества активов (AQR) планируется завершить к концу текущего года.

1519 просмотров

Почему телекоммуникации становятся главным драйвером экономики

Рассказывает председатель правления АО «Казахтелеком» Куанышбек Есекеев

Фото: Kursiv.kz

На прошлой неделе глава Министерства национальной экономики Казахстана Руслан Даленов сообщил о росте ВВП в январе на 3,6%, при этом телекоммуникационный сектор показал второй после отрасли строительства темп прироста. В последующем сектор телекоммуникаций сохранит за собой лидирующие позиции, в том числе и потому, что рост других отраслей экономики будет тесно связан с его развитием.

При росте ВВП в январе 2020-го в 3,6% темпы роста в телекоммуникационной отрасли за первый месяц года составили 9,8%. Больший темп прироста в первые 30 дней года показало только строительство (12,5%), связь опередила и торговлю (5,2%), и промышленность (4,1%), и транспорт (3,6%), и сельское хозяйство (2,6%). Таким образом, из всех основных сфер производства несырьевых товаров и услуг телекоммуникационный сектор стал вторым по величине вклада в формирование внутреннего валового продукта. Иными словами, связь в январе являлась одним из основных драйверов экономики, как, впрочем, и в прошлые годы.

Если мы возьмем временной отрезок с 2013 года, то обнаружим, что доходы от оказания услуг связи в стране неизменно росли – с 647,3 млрд тенге в стартовой точке этого отсчета до 800 млрд тенге по итогам прошлого года. И нынешний год не станет исключением: в январе 2020 года в сопоставлении с январем года прошлого данный показатель вырос на 9,8% - до 71 млрд тенге за один месяц. В ближайшем же будущем рост казахстанской экономики будет неизбежно связан с ростом телекоммуникационного рынка, поскольку в каждом секторе уже сейчас происходят процессы цифровизации, повышающие производительность и эффективность предприятий различных отраслей экономики.

Вот как грядущий вклад телекоммуникационного сектора описывается в госпрограмме «Цифровой Казахстан»: рост производительности труда благодаря новым технологиям, поддерживаемым телекоммуникациями, в горнодобывающей промышленности составит к 2022 году 38,9%, в транспортной отрасли – 21,2%, в АПК – 82%, в обрабатывающей промышленности – 49,8%. Иными словами, связь будет обеспечивать рост всех без исключения секторах казахстанской экономики. Более того, сектор обеспечит и рост рабочих мест в стране: работодателей в стране: за счет цифровизации экономики в стране к 2022 году появится 300 тыс. новых рабочих мест.

Отмечу, что при постоянном росте доходов телекоммуникационной отрасли она является одной из самых консервативных секторов в плане роста тарифов. Иными словами, объемы доходов компаний сектора растут не за счет получения больших денег с одного отдельно взятого клиента, а за счет предоставления одному отдельно взятому клиенту все большего чем ранее количества услуг. Сектор практически не давит на инфляцию (а значит, не провоцирует государство на вмешательство в свою ценовую политику), пользуется постоянным (и постоянно растущим) спросом у клиентов и формирует значительную долю национального продукта. Такой сектор – мечта любого инвестора, и январские итоги это тоже подтверждают: связь вошла в отраслевые лидеры по привлечению инвестиций.

По данным министерства национальной экономики, при общем росте инвестиций в экономику в 3,1% в январе, в телекоммуникационном секторе рост инвестиций наблюдался на 24,2%. Много это или мало? Рост инвестиций в операции с недвижимым имуществом за этот период составил 24,1%, в промышленность – 8,1%. Большие темпы прироста продемонстрировали только услуги по проживанию и питанию (35,4%), но с этими основными потребностями человека поспорить не может ни одна из отраслей экономики. И роль мощного магнита для инвестиций телекоммуникации будут играть и дальше, причем опять же эти инвестиции будут приходить не только в связь: согласно той же программе «Цифровой Казахстан», объем привлеченных инвестиций в стартапы, которые появятся благодаря цифровизации в различных отраслях экономики, к 2022 году составят 67 млрд тенге.

В сухом остатке: на протяжении 7-ми с лишним лет сектор связи в Казахстане стабильно, без перепадов, растет, являясь привлекательным как для потребителей, так и для инвесторов. И самое замечательное в этом росте то, что он далек от какого-либо исчерпания своего поступательного движения. Состояние рынка телекоммуникаций в настоящее время можно сравнить с временами бума в мировом автомобилестроении, когда отрасль, с одной стороны, уже могла выпускать автомобили самых разнообразных модификаций, с другой – рынок был ими еще не перенасыщен, с третьей – у потребителей имелись средства на приобретение автомобиля и понимание того, что он не роскошь, а средство передвижения.

Сейчас таким средством передвижения, а не роскошью, являются услуги связи. Если вернуться лет на 18-20 назад и вспомнить тарифы на услуги мобильной связи (и на мобильные телефоны) в начале миллениума, то тогда каждая лишняя минута разговора действительно была роскошью - сродни заправки «Хаммера» для городского жителя, предпочитающего поэтому танку на колесах малолитражку. Прошло 18 лет, малолитражных джипов автопром так и не породил, а вот мобильная связь в стране стала не просто доступной, но и гибкой, позволяющей клиентам в рамках одной и той же абонентской платы отказаться от ненужного пакета услуг для увеличения востребованного им механизма. Можно уменьшать количество СМС – но увеличивать голосовую связь, можно минимизировать и то, и другое – и получить взамен безразмерный широкополосный доступ. В «Хаммере» так не похозняйничаешь, даром, что он огромный. Да и, в конце концов, скоро ведь и «Хаммеры» могут оказаться зависимыми от сектора связи, и это опять-таки может стать частью программы «Цифровой Казахстан».

Беспилотные автомобили – это уже не фантастика, это уже опытные образцы. Не слишком пока удачные образцы для оживленных трасс и городских улиц, но вполне себе эффективно работающие на отдаленных карьерах и в замкнутых складских территориях. Работают они, напомню, благодаря сектору связи: IoT, интернет вещей, просто невозможен без широкополосного доступа. Также, как невозможно без него использование больших данных, облачное видеонаблюдение, телемедицина, заказывающие продукты в супермаркетах самостоятельно холодильники, датчики поддержки оптимальной температуры в домах и т.д., и т.п. Далеко не все из перечисленного мною еще является повседневной реальностью для казахстанской экономики и казахстанского быта. Но это означает только одно: все возможные ниши в экономике сектором связи в Казахстане еще не заполнены, поэтому телекоммуникационным компаниям в ближайшие годы на нашем рынке гарантирован как количественный, так и качественный рост.

И самое главное, что наш сектор будет с каждым годом играть все большую роль в росте других отраслей экономики. Так что если двадцать лет назад главным драйвером экономики была нефть, в ближайшие годы ею однозначно станет связь. Хотя бы потому, что цифровизации не избежит и буровая вышка. Каков потенциал цифровизации в стране? В июле прошлого года дирекция по аналитической работе Евразийского Банка Развития опубликовала специальный доклад «Цифровой потенциал стран-участниц ЕАБР», подготовленном Центром интеграционных исследований. Согласно ему, доля цифровой экономики в совокупном ВВП стран-участниц ЕАЭС сейчас составляет менее 3%. В соответствии с Индексом цифрового внедрения, Казахстан вместе с Россией и Арменией лидируют в регионе, при этом в Казахстане и в России до сих пор главной движущей силой цифровой трансформации является госсектор благодаря созданию электронных правительств.

Однако принятая государством программа «Цифровой Казахстан» направлена на то, чтобы процессами цифровизации заинтересовался бизнес для извлечения максимальной прибыли за счет оптимизации бизнес-процессов и обеспечения эффективного распределения своих ресурсов. Первый шаг для этого уже сделан – в стране формируется современная базовая инфраструктура. Теперь необходимо на ее базе создать востребованные промышленными предприятиями продукты, благодаря которым в течение ближайших 10 лет доля цифровой экономики в ВВП Казахстана сможет вырасти до 20-30% (такой прогноз в прошлом году сделал генеральный директор Tech Garden Аскар Сембин). И этот качественный рост является приоритетной задачей нашего сектора – может быть, даже более первостепенной, чем просто количественный прирост доходов от обслуживания рынка.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif