Перейти к основному содержанию

Государство не хочет платить больше «десятины»

Долю участия бюджета в проектах ГЧП планируется сократить до 10%

Фото: Shutterstock

Доля проектов государственно-частного партнерства (ГЧП) с полным возмещением затрат инвесторов сократилась с начала мая до 21% по сравнению с 32% ранее, сообщил вице-министр национальной экономики Жаслан Мадиев.

«На 1 октября заключено 615 договоров (ГЧП) на 1,6 трлн тенге и мы планируем, то есть уже в проработке, на стадии конкурса в том числе, 638 договоров на сумму 1,9 трлн тенге. В разрезе отраслей наибольшее количество проектов приходится на сферы образования, здравоохранения, культуры и спорта, энергетики и ЖКХ. Наиболее капиталоемкие проекты приходятся на сферу транспорта и инфраструктуры, энергетики, ЖКХ, образования, культуры и спорта», - сказал он 25 октября на заседании совета по мониторингу проекта государственного-частного партнерства НПП РК «Атамекен»

Вице-министр напомнил, что 6 мая текущего года на заседании правительства были даны поручения в целях перехода от количества к качеству проектов ГЧП и ввести соответствующие категории проектов. В этой связи в рамках разработки концепции законопроекта проекты ГЧП по бюджетным возмещениям были разделены на три категории.

«Первое – полное возмещение, где возмещение инвестиций происходит по операционным затратам частного партнера из бюджета и возмещение инвестиций. Вторая категория – это частичное возмещение расходов за счет бюджета. И третья категория – вообще без возмещения из бюджета. Основная доля возмещения происходит за счет рынка, то есть это тариф, госзаказ, платные услуги и так далее», - сказал Мадиев.

В целях снижения нагрузки на бюджет ранее регионам было рекомендовано активизировать работу по привлечению частного капитала и реализовывать проекты ГЧП по третьей категории, то есть без возмещения затрат из бюджета.

«До 1 мая этого года проекты с полным возмещением составляли 32%, то есть 176 договоров от общего количества проектов, проекты с частичным возмещением составляли 44% от общего количества проектов и доля проектов без возмещения из бюджета составляла 24% от общего количества. После внедрения данной категоризации за период с мая по октябрь текущего года мы увидели положительную динамику и количество проектов ГЧП без выплат из бюджета в процентном соотношении существенно возросло – из 67 заключенных новых договоров 76% или 51 договор окупается за счет тарифов и госзаказа», - сказал вице-министр.

Такие проекты, отметил он, не несут нагрузки на бюджет. Он также упомянул рост качества проектов ГЧП.

«Проекты с частичным возмещением из бюджета составляют 3%, доля проектов с полным возмещением составляет 21% или 14 договоров», - сказал Мадиев.

В целях привлечения инвестиций с минимальными обязательствами инвесторам будут предложены пакетные решения. В рамках пакетных решений государство обеспечивает всеми разрешениями и до 49% от финансирования проектов, то есть не намерено брать контроль над проектом, чтобы весь проект велся именно частным сектором. Таким образом, инвестор вкладывает не менее 51% в готовый проект.

«Период примерно 5-7 лет. Мы планируем, что будет предполагаться выход государства из проекта, чтобы могли выручить эти средства и использовать дальше на следующие проекты. Средства будут возвращаться государству. Это позволит увеличить инвестиции в сложные проекты. Также мы здесь оцениваем, что примерно 1 к 10 будет возможность привлекать средства сторонних инвестиций против государственных», - сказал Мадиев.

Для решения вопросов инфраструктурного жизнеобеспечения инвесторов предлагается внедрить механизм возвратного ГЧП, то есть в рамках данного механизма инвестор за счет собственных средств подводит инфраструктуру к своему проекту и обеспечивает заявленный на старте социально-экономический эффект от проекта. По достижении данных целевых индикаторов государство будет возмещать затраты инвесторов.

Крупные проекты, требующие возмещения капитальных затрат, планируется реализовывать по механизму концессии, а проекты ГЧП будут направлены на реализацию услуг и управление.

Поправки предполагают расширить функции Центра развития ГЧП, в результате чего ожидается достичь повышения качества проработки проектов ГЧП как на стадии планирования, так и на стадии реализации.

banner_wsj.gif

864 просмотра

Как экономике Казахстана взять правильный курс после пандемии

Знает партнер Scot Holland | CBRE в Казахстане и Центральной Азии

Фото: Shutterstock

Последние 10 лет мир привыкал к посткризисным реалиям: избыток ликвидности; крайне низкие процентные ставки, вышедшие из инвестиционного тренда развивающиеся рынки. нескончаемая борьба с NPL (неработающими кредитами), засорившими всю банковскую систему, относительно высокие и стабильные цены на нефть, которые позволяли нефтяным странам сводить государственные бюджеты с профицитом или с совсем небольшим дефицитом.  

В этот период цены на недвижимость ушли выше предкризисных (кризис 2008 года – «Курсив») лишь в нескольких городах мира - Лондон, Гонконг, Нью-Йорк и т.п. В развивающихся странах, где валюта прошла несколько стадий девальваций, цены остались довольно низкими. Но даже их привлекательность практически не повлияла на возвращение инвесторов на развивающиеся рынки. После всех списаний и потерь, которые инвесторы понесли в 2009 году, emerging markets стали немодными. Исключение составили только южноазиатские рынки. Но и это теперь уже история.  

Испытание стихией 

После прилёта чёрного лебедя с именем Пандемия практически все страны мира, в том числе большинство развитых стран, пошли по пути Китая - применили локдауны (строгую изоляцию) и жесткие меры. Исключение составили лишь несколько стран: Бразилия и Белоруссия полностью отрицают коронавирус, Швеция применяет максимально мягкий сценарий, при котором все работает.  

Кто прав и как подействует лекарство от вируса в виде локдаунов и карантинов на экономику? Замедление будет, с этим согласны все. Но у всех стран оно выразится по-разному.  

Жесткий сценарий сильно бьет по экономике и населению - как финансово, так и психологически. В странах типа Индии многие семьи живут на то, что зарабатывают в течение одного дня. Поэтому, запирая и не давая работать, людей фактически лишают пропитания и средств к существованию. Здесь участие государства просто необходимо. В европейских странах локдаун и самоизоляция будут для населения болезненны финансово, но не критичны. Это, скорее, психологические последствия. 

Второй чёрный лебедь прилетел для нефтяных стран - это крушение цен на нефть. Триггером стал разрыв сделки ОПЕК и ценовая война основных мировых производителей. Но это только триггер, который никак не отменяет фундаментальное снижение спроса из-за пандемии. Нефть некуда складировать, так как потребление сильно просело. Основной мировой потребитель нефти – транспорт - запаркован. Самолеты не летают, люди сидят дома, машин на улицах меньше, заправляются реже. И это все в глобальном масштабе. 

Большинство стран называют данный кризис худшим со времён Второй Мировой Войны. 

Штормило и раньше 

Если провести параллель с пандемией «испанки», сто лет назад выкосившей миллионы и перестроившей политическую карту Европы, можно заметить интересную деталь. В странах, где карантины ввели первыми, и люди сознательно соблюдали условия карантина, экономика восстановилась быстрее. Эти страны -  в первую очередь Северная и Западная Европа - развивались с опережающими темпами после той страшной пандемии.  

Тот же принцип работает и сейчас. Китай применил быстрый и жесткий подход, и спустя 2-3 месяца страна начала восстанавливаться. ЕС и США среагировали с запозданием. И мы видим, что с ними происходит. США бьет все рекорды по регистрации безработных, компании массово проводят сокращения. Все чаще стали звучать фразы про повторение Великой Депрессии 30-х годов прошлого века. Возможно, мы пока не видим эффекта 2 трлн долларов, которые экстренно вливают в экономику США, но на данный момент все выглядит мрачно.  

Починить оснастку и поставить новые паруса 

Мне кажется, восстановление будет не раньше следующего года. Экономика сегодняшнего дня настолько переплетена и глобальна, что восстановление одного без восстановления других выглядит крайне сомнительно. Китай начинает приходить в себя. США и ЕС нет. В авиакомпаниях, туризме, общепите, ретейле прошли массовые сокращения. Сколько займёт времени вернуть всех назад и запустить экономику? Даже после отмены локдаунов и карантинов по всему миру страх пандемии ещё долго не отпустит людей. Этот страх будет сильно давить на многие секторы экономики. Остановить процесс всегда проще, чем запустить. Поэтому многое будет зависеть от эффективности правительств по восстановлению наиболее пострадавших отраслей.  

Для Казахстана это такой идеальный шторм. Одновременно несколько крайне неприятных событий сошлись в одной точке. Нет сомнений, что и наша экономика будет восстанавливаться. Но когда? Ответа пока не знает никто. Все будет зависеть от оживления мировой экономики и, в первую очередь США, Китая, ЕС и РФ. Мы не сможем восстановиться в отрыве от этих стран. Как и эти страны не смогут восстановиться в отрыве друг от друга.  

Можно предположить, что оживление будет вялым и относительно медленным. Отрасли, завязанные на внутреннее потребление, будут восстанавливаться дольше всех. Многие компании уйдут с рынка, на их место придут другие или их доля перейдёт к конкурентам, у которых оказались более длинные запасы кэша и меньшая закредитованность. Рынок недвижимости в Казахстане в последние 10 лет был не самым живым, а сейчас он сожмётся ещё сильнее. Большинство игроков будут уповать на госзаказы и господдержку больше, чем когда-либо. И все это наложится на низкую покупательную способность. 

Лечь на правильный курс 

Какими мы выйдем из этого кризиса? Сможем ли найти себя? И без того очень государственная экономика Казахстана, по-видимому, станет ещё более государственно зависимой. Для свободной, рыночной экономики это нехорошо. Но, с другой стороны, сейчас практически все страны идут по этому сценарию. 

Многое будет зависеть от действий правительства в следующие шесть месяцев. Правительству нужно создать максимально комфортные условия для сохранения бизнес-среды, восстановления выжившего бизнеса и обеспечения будущего роста совершенно нового бизнеса, который, без сомнения, появится. Бизнес тоже получит хороший урок и наберется опыта в текущей ситуации. 

Самая сложная задача для правительства – сделать так, чтобы, увеличивая государственную помощь во время пандемии и критически низких цен на нефть, продолжить уменьшать участие государства в бизнес-среде. 

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif