Перейти к основному содержанию

3012 просмотров

Сухое молоко станет более востребованным в Казахстане

С ужесточением техрегламентов с 2020 года часть потребности переработчиков будет закрываться за счет порошка

Фото: Shutterstock.com

Доля импортного молока и сухого молока может возрасти в Казахстане после вступления в силу с 1 января 2020 года соответствующих технических регламентов Таможенного союза, считает директор Молочного союза Казахстана Владимир Кожевников.

«С 1 января эти требования (к принимаемому переработчиками молоку – Курсив) ужесточаются. Они приближаются к европейским. Мы опасаемся, что частично молоко, которое не соответствует этим требованиям, уйдет с рынка. Но я считаю, что коллапса никакого не произойдет. Мы были и остаемся в едином поле. Частично придет импорт, частично будет замещаться сухим молоком», – сказал он, отвечая на вопрос «Курсива» 13 августа.

По его словам, переработчики используют сухое молоко не ради удешевления выпускаемой продукции, а чтобы заместить сокращение поставок с ферм и личных подворий в зимний период.

«В летнее время молока хватает, и никто сухим молоком не пользуется, кроме тех продуктов, которые без сухого молока не сделаешь. То же мороженое, вся кондитерка пользуется сухим молоком», – сказал Кожевников журналистам.

По его мнению, часть личных подсобных хозяйств смогли улучшить качество сдаваемого ими молока. В качестве примера он привел случаи, когда переработчики создают собственные молокоприемные пункты в селах, обучают людей, ставят навесы и охладители. Кожевников заявил, что все члены союза проводят данную работу с сельчанами.

В настоящее время переработчики закупают молоко от 80 до 135 тенге за один литр. При этом 20-25% стоимости молока приходится на его доставку от производителей. Производители же молока получают 25 тенге на литр в качестве субсидий.

Из 3,9 млн тонн молока в год почти 3 млн тонн (77%) производится в личных подсобных хозяйствах (ЛПХ), которые менее щепетильны в вопросах безопасности по сравнению с молочными фермами. 150 молокоперерабатывающих предприятий Казахстана ежегодно принимают на переработку около 1,5 млн тонн, из которых около половины закупается в ЛПХ. При этом, по мнению Кожевникова, 90% молока от ЛПХ не соответствует техническому регламенту Таможенного союза по микробиологическим показателям и соматическим клеткам. Речь идет о требованиях технических регламентов ТС «О безопасности пищевой продукции» и «О безопасности молока и молочной продукции», ввод в действие которых был отсрочен на несколько лет по предложению казахстанских молочников, но республика по-прежнему не готова к их вступлению в силу.

К тому же даже сейчас, до вступления в силу техрегламента, отметил Кожевников, дефицит по республике в пересчете на молоко составляет около 1 млн тонн. Логично, что и этот объем, и те объемы, которые не смогут из-за ужесточившихся требований поставить сельчане, будут замещены за счет импортной «молочки» и сухого молока, традиционного ввозимых Казахстаном из Беларуси, России, Кыргызстана и других стран.

В частности, импортная зависимость по сыру и маслу составляет около 40%, а по сухому молоку – 90%.

В свою очередь специалист в области агробизнеса продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО) Инна Пунда сообщила, что в молоке, поступающем от мелких хозяйств, были обнаружены антибиотики, которые вводили животным во время лечения.

По ее словам, соответствующая обучающая информация в виде роликов размещается на сервисе Youtube. Однако ФАО не учла, что в подавляющем большинстве сел пока нет возможностей для просмотра видео в интернете. Возможно, поэтому теперь ФАО пытается продублировать эту информацию через отечественные телеканалы. Но и тут возможны проблемы, поскольку, к примеру, на севере и востоке страны многие сельчане смотрят российские телеканалы через спутниковые «тарелки».

1048 просмотров

В Казахстане КПН передали в местные бюджеты

Ожидается, что это будет способствовать росту региональной экономической активности

Коллаж: Вадим Квятковский

По расчетам Министерства национальной экономики РК, благодаря фискальной децентрализации региональные бюджеты в 2020 году пополнятся на 386,4 млрд тенге, а в следующие два года – уже на 428,8 млрд и 471,4 млрд тенге соответственно. Логика расчетов Минэкономики строится на простом посыле: чем больше в регионе МСБ, тем больше КПН поступит в местный бюджет. А значит, региональные власти приложат максимум усилий для развития малого и среднего бизнеса.

В разговоре с журналистом «Курсива» вице-министр нацио­нальной экономики Жаслан Мадиев еще раз подтвердил, что в его ведомстве рассчитывают на заинтересованность акимов в росте налогооблагаемой базы в их регионах. «Те налоговые поступления, которые будут регионы собирать от МСБ, они могут оставлять, использовать на свои программы развития, – отметил Мадиев. – В целом задача государства такая: помогать взращивать из малого и мелкого бизнеса средний, а из среднего – крупный. Поэтому инициатива по передаче КПН с малого и среднего бизнеса в регионы поможет решить эту задачу, она будет хорошим мотиватором для акиматов делать все, чтобы бизнес укрупнялся и собираемость налогов, соответственно, росла».

КПН в цифрах

Корпоративный подоходный налог в Казахстане до 2020 года зачислялся в государственный бюджет, ставка его при удержании с налогооблагаемого дохода составляет 20%. Есть исключения: юрлица-сельхозпроизводители и производители продукции аквакультуры (другими словами – рыбоводства) платят КПН в размере 10%.

Ставка КПН, удерживаемого у источника выплаты с доходов резидентов, равна 15%. Есть градация по ставкам КПН для нерезидентов – от 5 до 20%, но она на пополнение местного бюджета особого влияния не окажет, так как 100 тыс. налогоплательщиков – представителей малого и среднего бизнеса, которые будут обеспечивать те самые 386,4 млрд тенге поступлений в местные бюджеты в 2020 году, – резиденты Казахстана.

В 2019 году в бюджет в виде КПН поступило 1 трлн 974 млрд 763 млн тенге, из них от МСБ – 422 млрд 371 млн, то есть примерно одна пятая часть. Стоит отметить, что далеко не все представители малого бизнеса в регионах являются плательщиками КПН, поскольку работают в специальных налоговых режимах – по патенту, упрощенной декларации или единому земельному налогу, ставки по которым составляют 2–3%.

И как раз эти представители малого и микробизнеса на три года будут освобождены от уплаты подоходного налога. По оценке министра финансов Казахстана Алихана Смаилова, потеря бюджета от этих налоговых каникул составит 200 млрд тенге. Глава Минфина давал такие расчеты в сентябре 2019-го,
а двумя месяцами позже министр национальной экономики Руслан Даленов снизил объем потерь до 109 млрд тенге в 2020 году и пообещал их возместить трансфертами из республиканского бюджета. Его заместитель Жаслан Мадиев считает, что возмещаемый государством трехлетний мораторий даже полезен для местных бюджетов. «По мораторию у нас микро- и малый бизнес освобожден от налогообложения, но это временная мера. За время моратория бизнес сможет окрепнуть, и есть большие шансы, что он за это время перейдет из категории малого бизнеса в категорию среднего», – считает вице-министр.

Мне снизу виднее, как развивать бизнес

На стадии обсуждения Концепции Закона Республики Казахстан «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам административно-территориального устройства Республики Казахстан, совершенствования системы государственного управления, межбюджетных отношений, кредитования и образования» – а именно этим документом внесены поправки о передаче КПН в региональные бюджеты – приводилось несколько позитивных примеров из международного опыта.

В Испании одним из основных налогов, поступающих в местный (муниципальный) бюджет, является налог на экономическую деятельность, который отчасти схож с казахстанским корпоративным подоходным налогом от среднего и малого бизнеса. Плательщики данного налога – юридические лица и физические лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью. Налог на экономическую деятельность дает местным бюджетам 3,4% от общих доходов. Этот налог, как отмечалось в концепции, был введен для усиления контроля за сбором налогов с малого и среднего бизнеса, составляющего основу экономики Испании.

Там же, в концепции, шла речь о том, что в Японии одним из основных налогов, поступающих в местный бюджет, является префектурный подоходный налог, его плательщики – юридические лица. Еще одним примером была Германия, о которой говорилось, что «финансовая система Германии по формированию местных бюджетов усовершенствована, а также направлена на увеличение поступлений в местный бюджет за счет развития предпринимательства».

Авторы концепции отметили, что внедрение опыта указанных стран в Казахстане «приведет к стимулированию местных исполнительных органов по расширению налоговой базы и увеличению доходов местных бюджетов, а также к усиленной заинтересованности регионов в развитии малого и среднего бизнеса».

Как подтолкнуть малый бизнес к росту

Депутат мажилиса парламента Казахстана Нуржан Альтаев видит две основных проблемы в решении «подсадить» местные бюджеты на поступления от КПН. Первая связана с неравномерностью распределения малого и среднего бизнеса в разных частях страны. Поэтому, считает парламентарий, центру все равно придется перераспределять общий котел бюджетных поступлений. Вторая – в том, что малый бизнес не стремится вырасти до размеров среднего и старается оставаться в «малышах», предпочитая дробить свои предприятия. По мнению Альтаева, выбор такой схемы связан в первую очередь с налоговой нагрузкой. Он уверен: если ее снизить на каждое отдельное предприятие, то в итоге государство соберет больше за счет увеличения количества предприятий среднего бизнеса (их сейчас, по данным НПП «Атамекен», всего 22 тыс. из тех 100 тыс. плательщиков в местные бюджеты).

«Вот пример – понизили уровень порога НДС. Теперь, имея совсем небольшие обороты, ты становишься плательщиком НДС. Это заставит бизнес сейчас снова дробиться на какие-то мелкие ИП для того, чтобы не платить НДС. Здесь правительству надо еще раз подумать и сделать все для того, чтобы снизить налоговую нагрузку на отдельно взятый субъект предпринимательства, потому что тогда больше денег можно будет собрать в бюджет», – говорит Альтаев.

С этим мнением согласен старший партнер Центра стратегических исследований (CSI) Олжас Худайбергенов. Он убежден: причина неохотного перемещения малого бизнеса в средний – неправильное налогообложение. Эту проблему можно решить введением упрощенного налогообложения в отдельных отраслях – например, в сельском хозяйстве и в розничной торговле. «Можно ввести единый аграрный налог, скажем, или налог с продаж, розничный налог, сделать там одну простую ставку и отказаться от градации, от лимитов каких-то, – предлагает Худайбергенов. – Тогда мотивация к дроблению у среднего бизнеса отпадет, ему незачем будет показывать себя малым за счет почкования. Но это от местных властей не зависит, как и от Комитета госдоходов. Это больше зависит от Министерства национальной экономики и Министерства финансов, которые определяют фискальную политику в стране».

По информации Худайбергенова, являющегося советником президента, сейчас обсуждается идея обоих налогов. Причем по розничному налогу есть оговорка: на безналичные и наличные расчеты пороги повышения ставок будут разными. «Скажем так, через цифровизацию будут пытаться упростить налогообложение: работаешь по безналу – у тебя ставки ниже, тебе выгоднее», – заключил Худайбергенов.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

drweb_ESS_kursiv.gif