Казахстан меняет тактику борьбы с теневой экономикой

В республике создается система онлайн-контроля над движением денежных средств

«Сектора, которые на сегодняшний день в стране являются самыми теневыми, – это торговля и строительство, - заявил первый вице-министр финансов Берик Шолпанкулов на брифинге в правительстве в начале августа. – Основные меры, которые мы принимаем, это создание онлайн-мониторинга от стадии производства или импорта товара до стадии покупки его потребителем. Контроль и мониторинг продвижения товара даст открытость в перемещении, в продаже, в ценообразовании товаров. Все это, в целом, позволит снизить уровень теневой экономики».

Пряники легализаций закончились

С начала 2000-х борьба с «тенью» в Казахстане шла, скорее, методом пряника, чем кнута. За это время прошли три крупных акции по легализации капиталов (2001 год) и имущества (2006-2007 годы и 2014-2016 годы).

В 2001 году около 3 тыс. казахстанцев зачислили на специальные счета в банках $480 млн. Спустя пять лет гражданам позволили легализовать не только деньги, но и движимое и недвижимое имущество.

В итоге, по данным Минфина, в 2006-2007 годах в стране было легализовано денежных средств и имущества на 840 млрд тенге.

Возможностями последней легализации в Казахстане воспользовались свыше 140 тыс. граждан страны. В 2016-2017 годах было легализовано 5,7 трлн тенге, из них денежными средствами – 4,1 трлн тенге и имуществом – 1,6 трлн тенге. По закону были оформлены около 151 тыс. объектов недвижимости, а также 213 долей участия в юридических лицах. 

Легализацию в 2014-2016 годах Нурсултан Назарбаев назвал «последним актом» перед всеобщим декларированием и предупредил:

«После этой легализации мы начнем искать деньги, запрятанные от налогов, по всему миру». 

Правда, с тех пор сроки введения всеобщего декларирования были передвинуты – сейчас предполагается, что такая целевая категория, как руководители и учредители юридических лиц и их супруги, индивидуальные предприниматели и их супруги, начнут сдавать декларации в обязательном порядке только с 2024 года. А размеры теневой экономики в стране выросли даже по официальным данным, хотя официальные оценки экономического негатива в Казахстане обычно носят весьма сдержанный характер. Если в ноябре 2018 года на тот момент еще премьер-министр Казахстана Бахытжан Сагинтаев сообщал, что с 2015 по 2018 год доля теневой экономики в РК снизилась на 3%, с 28 до 25%, то уже в августе 2019 года первый вице-министр финансов Шолпанкулов уведомил о росте этого показателя до 30% – правда, он объяснил этот рост новой методикой расчетов. 

Борьба с «тенью» на торговом поле

Самая большая доля ненаблюдаемой экономики приходится на торговлю, и именно эта сфера первой чувствует на себе ужесточение подхода. Одно из заметных для отрасли решений – отмена режима работы по патенту для малого бизнеса с 2020 года.

«Патент изначально был рассчитан на категорию самозанятых предпринимателей, которые работают без наемных работников, – говорит заместитель председателя Комитета государственных доходов Министерства финансов Жайдар Инкербаев. – Но у нас на рынках много плательщиков по патенту, которые имеют наемных работников, и у них обороты превышают предельно допустимые в 8,9 млн тенге».

В 2020 году такие предприниматели должны будут перейти с патента на режим упрощенной декларации. По мнению представителя КГД, это незначительно увеличит налоговую нагрузку на бизнес: вместо налога в 2% они будут платить 3%. 

С позицией КГД не согласна депутат мажилиса Екатерина Никитинская. Она считает, что отмена патента, во-первых, приведет к сокращению точек розничной торговли, а во-вторых, уведет предпринимателей в «тень». И произойдет это потому, что переход с патента на упрощенную декларацию будет сопровождаться обязательной установкой контрольно-кассовых машин с функцией передачи данных (онлайн-ККМ) и платой за их обслуживание, которая, по ее расчетам, приведет к дополнительным расходам предпринимателей.

«Если сейчас при использовании патента совокупная нагрузка на предпринимателя составляет всего 12,6%, то после нововведений она увеличится от 30 до 60%, то есть возрастет в два раза. Особое беспокойство вызывает положение предпринимателей в розничной торговле с небольшими оборотами. Согласно статистике, в этой сфере работает около 1,4 млн граждан, это 16% занятого населения страны», – заметила депутат.

Нагрузка на малый бизнес при переходе с патента на упрощенку будет возрастать, поэтому государству стоит подумать и о стимулах для предпринимателей, считает эксперт Института мировой экономики и политики при Фонде Первого Президента Адиль Кусманов.

«Разница между налоговыми отчислениями при работе по упрощенной декларации и патенту составляет 1% либо до 2%. При условии, если в ходе работы присутствуют безналичные расчеты, дополнительная налоговая нагрузка может достигать 180 тысяч тенге в год. Это является достаточно значительной суммой для малого бизнеса, – говорит Кусманов. – Поэтому необходим комплексный подход – требуется проработать дополнительные стимулы со стороны государства для того, чтобы бизнес был сам заинтересован в укрупнении своего дела, повышал свою эффективность и платил соответствующие налоги».

Онлайн-ККМ как последний штрих

Пока государство рассматривает только один стимул для всех видов бизнеса – это создание условий, при которых налоги будут платить все.

Повсеместный переход торговли на онлайн-ККМ, передающие сведения о покупках/продажах в налоговые органы в режиме реального времени, намечен на 1 января 2020 года. По сведениям председателя Комитета государственных доходов Марата Султангазиева, количество зарегистрированных онлайн-кассовых аппаратов сейчас составляет 342 тыс. единиц, или 72% от общего числа ККМ в стране. Нововведение, сообщил глава КГД, себя полностью оправдывает – уже получено дополнительно 14 млрд тенге налогов. В активе и более комфортные условия работы для налоговиков.

«Налоговики перестанут выходить с проверками на места, мы будем получать всю информацию в онлайн-режиме, сопоставлять ее с декларациями, с оборотами. То есть будет удаленный контроль, а не так, как раньше, когда налоговики сидели около магазина и фиксировали: сколько пришло покупателей, сколько они купили товара», – отметил Берик Шолпанкулов.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

Казахстанские правительственные чиновники ожидают экономический рост к концу года

На фоне негативных прогнозов регулятора и международных институтов

Фото: Depositphotos/irstone

В первом полугодии 2020 года ВВП страны ушел в отрицательную зону – величина падения составила 1,8%.
 
Ухудшение показателей произошло во II квартале, так как, по информации МНЭ, по итогам первых трех месяцев рост ВВП составлял 2,7%. Являются ли результаты второго квартала дном, станет ясно из осенней статистики. 

Прогнозы оптимистов и пессимистов

На расширенном заседании правительства Казахстана, которое прошло в закрытом режиме, премьер-министр Аскар Мамин заявил, что «на фоне глобальных негативных трендов в первом полугодии ВВП Казахстана снизился на 1,8%». Это означает, что во II квартале 2020 года, в период действия карантина, экономика серьезно просела, так как по итогам I квартала Министерство национальной экономики фиксировало рост ВВП на 2,7% относительно аналогичного периода прошлого года.

При этом, как следует из опубликованной на официальном сайте МНЭ РК информации, в первом полугодии наблюдался устойчивый рост в реальном секторе экономики. Производство товаров выросло на 4,1%. Основными его драйверами стали строительство (+11,2%) и обрабатывающая промышленность (+4,8%), рост которой обеспечен за счет автомобилестроения (46%), фармацевтики (24%), производства готовых металлических изделий (20%), легкой промышленности (8%), производства резиновых и пластмассовых изделий (8%) и бумаги (15%). Положительная динамика также отмечена в горнодобывающей промышленности (2,2%). Ввод жилья по стране вырос на 7,3%.
 
Похоже, что в целом правительство продолжает достаточно позитивно оценивать ситуацию в экономике. Буквально накануне расширенного заседания правительства вице-министр национальной экономики Мади Такиев заявил, комментируя годовой прогноз по ВВП, что «на сегодняшний день эта цифра составляет -0,9%. По итогам полугодия мы еще будем делать перерасчеты. Есть основания полагать, что к концу года мы можем выйти на небольшой положительный рост».

Такое утверждение не сходится не только с международными оценками роста ВВП Казахстана, но и с прогнозом Национального банка. Последний в своем «Обзоре инфляции. Июнь-2020» констатировал: «Согласно прог­нозам Национального банка, в 2020 году ВВП Казахстана сократится на 1,8%. Предполагается отрицательный вклад со стороны внутреннего спроса и чистого экспорта». 

Напомним, МВФ в своем июньском отчете ухудшил прогноз по росту экономики Казахстана в 2020 году с -2,5% до -2,7%. В сторону ухудшения пересмотрел свой прогноз по росту ВВП РК в 2020 году и Азиатский банк развития – с +1,8% в апреле до -1,2% в июне. Всемирный банк считает, что ВВП Казахстана ожидает в этом году еще большее падение (-3%). 

Оптимизм Мади Такиева основан на том, что «многие меры поддержки предпринимательства в Казахстане были приняты со значительным временным лагом»: например, налоговые льготы действуют до 1 октября текущего года. И поскольку на фоне высокой динамики производственного сектора в последующие месяцы в случае благоприятной эпидемиологической ситуации сектор услуг в стране будет набирать темпы, наверстывая упущенное в первом полугодии, в МНЭ предполагают возможность «небольшого положительного роста». То есть фактически речь шла о том, что в секторе производства и так все более-менее нормально, и если сектор услуг покажет быстрые темпы восстановления, то это позволит вывести ВВП в положительную зону. Следует отметить, что эти заявления прозвучали до принятия решения о введении в июле ограничительных карантинных мероприятий, которые вновь ударили по сектору услуг. Но и кроме этого, как показывают итоги полугодия, есть ряд факторов, которые заставляют с осторожностью относиться к оптимизму МНЭ. 

Что с драйверами?

В предыдущие несколько лет ключевыми драйверами экономического роста в стране были крупные проекты (например, газопровод «Сарыарка»), госинвестиции и потребительский спрос. 

Но тот же Нацбанк прямо констатирует, что «потребительский спрос, который в течение последних двух лет являлся одним из драйверов роста, в 2020 году будет вносить отрицательный вклад в динамику ВВП. Спад потребительского спроса будет обусловлен снижением реальных денежных доходов населения на фоне сокращения деловой активности в реальном секторе».  

«Наибольшее сокращение внутреннего потребления ожидается во II и III кварталах 2020 года. Ограничивающим фактором наряду с доходами станет более слабый курс тенге по сравнению с прошлыми периодами и ускорение инфляции», –  полагают аналитики Нацбанка.

Объем инвестиций в основной капитал, по данным Комстата, в январе – июне 2020 года cоставил 5215,6 млрд тенге, что на 2,9% меньше, чем в январе – июне 2019 года. Здесь кривая падения выглядит следующим образом: в I квартале рост 5,1%, но уже по итогам января – апреля 2020 года инвестиции в основной капитал замедлились до 0,9% в годовом выражении, в мае рост составил 0,1%. 

По оценке Нацбанка, основной вклад в это замедление внесло снижение инвестиций в горнодобывающую промышленность на 2,3% (доля этого сектора в общем объеме инвестиций в I квартале 2020 года составляла 57%). 

Снижение инвестиций было отмечено также в строительстве (на 51,4%), торговле (на 33%), на транспорте (на 25,4%), в профессиональной, научной и технической деятельности (на 62,1%) и обрабатывающей промышленности (на 8,6%). 

Еще одним важным фактором, который оказывает ключевое влияние на развитие экономики Казахстана, являются крупные проекты. И здесь не слишком радужные перспективы.  «Вместе с тем все еще сохраняется высокая неопределенность, связанная с реализацией крупных проектов в промышленности, что повышает риски более сильного спада накопления основного капитала, в случае если проекты будут отложены или заморожены», – считают в Нацбанке.

Минус сырье

Положительные итоги первого полугодия в отраслях, которые являются базовыми для экономики страны, – это тоже в основном следствие работы в I квартале. 

Напомним, начало года ознаменовалось резким падением цен на основные продукты казахстанского экспорта. Тем не менее внешнеторговый оборот в январе – марте 2020 года вырос на 2,7% в годовом выражении за счет увеличения объемов экспорта на 4,2% и сохранения объемов импорта практически неизменными (снижение на 0,06%). Рост объемов экспорта в стоимостном выражении на 4,2% был обеспечен исключительно увеличением экспорта минеральных ресурсов (рост на 14,3%). Все остальные товарные позиции показали спад.

Так, экспорт нефти в физических объемах вырос на 14% за счет увеличения объемов экспорта в Италию (рост на 14,5%) и Нидерланды (на 66,9%). Сокращение экспорта нефти во Францию, Швейцарию и Корею нивелировалось его ростом в Китай (в 2,1 раза), Литву (в 2,1 раза), Польшу (в 4,3 раза), Индию (в 3,8 раза), Турцию (на 82,3%). 

Наблюдалось увеличение экспорта руд, за исключением хромовых и марганцевых, направляемых в Россию. 

Экспорт цветных металлов в стоимостном выражении снизился на 33%, чему способствовало снижение как физических поставок, так и ценовой динамики. Сокращение экспорта черных металлов (ферросплавов) обусловлено существенным ухудшением ценовой динамики. При этом физические поставки черных металлов в I квартале 2020 года выросли на 28,1% в результате увеличения экспортных поставок в Россию (в 4,3 раза), Индию (в 4,5 раза), Китай (на 23%). 

В результате итоговые показатели за полугодие составили по углю – 101,9% относительно аналогичного периода прошлого года, железной руде – 107,9%, по нефти – 101,3%, и это с учетом вступивших в силу ограничений в рамках ОПЕК+. Следует отметить, что Казахстан фактически начал полностью выполнять условия соглашения ОПЕК+ только в июне, пообещав, что нагонит недостающее впоследствии. И эти обещания придется выполнять: Bloomberg сообщает, что ОПЕК+  будет добиваться дополнительных сокращений производства от тех членов, которые не выполнили квоты. По словам делегатов, технический комитет обозначил планы для таких стран, как Ирак, Нигерия и Казахстан, по внесению дополнительных 842 тыс. баррелей в сутки компенсационных сокращений в августе и сентябре. Если это произойдет, то стоит ожидать существенного сокращения реального экспорта на фоне снижения добычи нефти и газового конденсата, и тогда итоги III квартала могут оказаться хуже, чем -1,8% во втором.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

banner_wsj.gif

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_uz_banner_240x400.jpg