Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


7525 просмотров

Агрис Прейманис: «В Казахстане будет больше иностранных банков»

Глава Европейского банка реконструкции и развития рассказал о приоритетных задачах и новых проектах

О том, почему Казахстан является для международного финансового института ключевым регионом, зачем Европейский банк реконструкции и развития делает ставку на МСБ и какие еще новые проекты будут осуществляться при поддержке этой структуры, в интервью «Курсиву» рассказал глава ЕБРР по Казахстану Агрис Прейманис.

- В последнее время не раз звучала информация о том, что в странах Центральной Азии нет проектов, которые бы могли финансировать международные институты. Вы согласны с таким мнением? 

- Хочу отметить, что для ЕБРР Центральная Азия является ключевым регионом для инвестирования. И, как мне кажется, своей работой за многолетний период, особенно за последние 5 лет, мы доказали, что существует масса возможностей инвестировать средства в Казахстан и в другие страны ЦА. 

Если смотреть на ту работу, которую банк проводит по инвестициям в Казахстане, где доминирует сектор энергетики и инфраструктуры, то видно, что даже в этих сегментах экономики есть очень много разных интересных проектов. 

К примеру, взять хотя бы сектор энергетики, где сегодня развивается такое направление, как возобновляемая энергетика, куда только за последние два года было профинансировано ЕБРР уже больше $200 миллионов в Казахстан. Только в прошлом году мы профинансировали 5 проектов по солнечной энергетике со спонсорами из Франции, Германии, Великобритании и Китая.  

Что касается инфраструктуры, да, конечно, мы финансируем строительство дорог. Но в то же время есть и другие интересные транспортные проекты с такими клиентами, как транспортная компания «Атасу», победитель конкурса EY «Предприниматель года». 

Конечно, мы не останавливаемся на секторах энергетики и инфраструктуры, а успешно инвестируем в разные секторы промышленности. К примеру, с 2015 года мы финансируем проект ТОО «Макинская птицефабрика» в Буландынском районе Акмолинской области. Это очень успешный проект. Мы вошли в капитал компании с инвестициями в размере $20 млн.  
Или финансирование такой известной по всему Казахстану компании, как «Технодом». 

Мы также работаем и в банковском секторе, например, с такими банками, как АО «ForteBank» и АО «Банк ЦентрКредит». За последние 5 лет мы выдали этим двум финансовым институтам кредиты на сумму более $140 миллионов, на финансирование МСБ и женщин- предпринимателей. 

Так что важно смотреть на то, что было сделано, и, мне кажется, это наглядно демонстрирует то, что в Казахстане есть возможности для инвестирования.

- В последнее время наблюдается тенденция к укрупнению БВУ путем их объединения. В данном случае какова позиция ЕБРР, который вложил свои средства в упомянутые банки?

- Очевидно, что объединение банков не может быть самоцелью. И я считаю, что здесь в каждом отдельном случае необходимо смотреть на ту мотивацию и существующие причины. Что касается наших крупнейших клиентов, то ForteBank, который является одним из таких, работает над объединением с банком Kassa Nova, и с нашей стороны, конечно же, не было не только никаких претензий, мы, напротив, приветствовали эту сделку. 

Что касается других банков, сложно комментировать в каждом отдельном случае.  Я считаю, что в целом по банковскому сектору в Казахстане было бы неплохо, если бы было побольше крупных игроков. Но, повторюсь, это не должно быть самоцелью, потому что сам процесс объединения банков крайне сложен: ведь речь идет о слиянии разных банковских культур, разных IT-систем и т.д. Если рассматривать вопрос экономики банков, то очевидно, что есть большие плюсы у более крупных игроков.  И если это вопрос роста банков, то рост через объединение или даже органический рост должны быть контролируемыми, с пониманием всех рисков.
 
Если посмотреть в будущее, хотя бы на 10 лет вперед, я уверен, что в Казахстане будет больше крупных банков, в том числе иностранных, причем как западных, так и китайских. Соответственно, будет больше ликвидности и больше конкуренции. 

- А за счет чего? Ведь иностранные банки, которые открывались в Казахстане (HSBC, RBC) в 2014-2015 годах, попросту ушли с нашего рынка.

- Потому что есть два самых важных критерия, которые банки используют в своем решении приходить или нет на тот или иной рынок. Во-первых, это чисто коммерческий интерес самого финансового института – возможно ли в Казахстане зарабатывать те деньги, которые соответствуют тем рискам, которые несет банк. Во-вторых, это чисто стратегические вопросы внутри самих банков, их стратегия по присутствию в разных рынках и т.д. 

К примеру, если смотреть на уход HSBC из Казахстана, он не был связан с привлекательностью казахстанского рынка. Это было решение по глобальной стратегии этого банка. Они хотели уменьшить свое присутствие в довольно многих странах и сфокусироваться на своих ключевых рынках.  

Я уверен, что в последующие годы будет больше иностранных банков в Казахстане. Быть может, это произойдет не сразу. Но я вижу, что привлекательность инвестиций в общем для Казахстана также привлекательна для финансовых институтов. Не исключаю, что здесь все активнее будут развиваться банки из западных стран, Китая и России, последние уже сейчас здесь есть.

- Тем не менее инвесторы часто говорят о возможных рисках, задаются вопросами политической стабильности.

- Это действительно вопрос, которым задаются международные инвесторы, рассматривающие возможности инвестирования в Казахстан. Это вопрос об инвестклимате, который, за последние 20 лет существенно улучшился, и который на сегодняшний день сложился в стране, особенно для больших инвесторов, вполне понятен и приемлем.  

Когда мы говорим о соображении инвесторов, то тогда речь идет о привлекательности рынка. И когда я думаю о Казахстане, то намного больше задаюсь вопросами динамики интеграции Казахстана и ЦА; инициативами и возможностями проекта «Шелковый путь»; задаюсь вопросом стабильности внутренней макроэкономической политики. Для инвесторов, которые знают и понимают Казахстан, именно эти вопросы являются ключевыми. А люди, которые не знакомы с Казахстаном, как раз и задаются вопросами рисков и стабильности власти. 
Но как ЕБРР, как, впрочем, и большинство инвесторов, которые не первый год работают здесь и понимают страну, акцентируют внимание на совсем других вопросах и темах.

- Какова система привлечения средств? Каковы критерии?

- Работа над проектами ведется по-разному. Во-первых, если говорить о критериях, то очень важно, чтобы это были коммерческие проекты. Во-вторых, очень важно, чтобы они приносили Казахстану что-то кроме инвестиций, развивали бы конкретные сектора экономики, использовали местный человеческий капитал, вводили новые стандарты.

При выборе проектов ситуация тоже может быть разная: или сам спонсор смотрит на Казахстан и видит какие-то возможности, или есть уже какой-то конкретный проект, куда они хотят войти. Тогда они приходят к нам. И мы помогаем им еще лучше понять Казахстан, потому что это один из тех плюсов, который мы даем иностранным инвесторам. Мы хорошо понимаем страну, как работает экономическая и политическая системы, а затем вместе со спонсорами начинаем работать, помогаем им структурировать проекты. 

В других ситуациях быть может, что спонсор делает все сам, но ему просто нужны дополнительные ресурсы. И здесь большим плюсом является то, что большинство проектов мы финансируем в казахстанских тенге, причем можем это делать и на очень долгосрочные периоды, как 10-15 лет. Причем суммы могут быть разными, начиная от сравнительно маленьких, начиная от $5 миллионов до $200-300 миллионов и больше. Но, конечно, все зависит от сектора. 

Банк уже на протяжении многих лет старается не предоставлять займы  в иностранной валюте компаниям, у которых нет валютных поступлений. Если мы видим, что компания, вкладывающая средства, не экспортирует, а работает, скажем, в корпоративном секторе или в энергетике на местный рынок, или это деньги, которые идут в БВУ на развитие МСБ, то здесь важно минимизировать валютные риски и предоставлять тенговое финансирование. Так что этим мы поддерживаем политику правительства и Национального банка РК по минимизированию валютных рисков.
 
Но, конечно, такой подход оптимален не для всех секторов экономики страны. К примеру, для тех секторов, которые экспортируют, нужен другой подход, тут лучше может подойти финансирование в иностранной валюте. Это может быть сектор добычи, который, кстати, тоже является одним из крупнейших секторов для инвестиций ЕБРР. За последние 4-5 лет мы проинвестировали в этот сектор более $600 миллионов. 

- Интересно как распределяется портфель банка?

- На данный момент в Казахстане из $2,9 миллиарда около 80% – это проекты или энергетики и добычи, или инфраструктуры и транспорта; около 20% – это финансовый и корпоративный сектора.  

- Но все же от предпринимателей часто звучат жалобы, что БВУ не особенно охотно кредитуют МСБ.

- Наша задача работать во всех направлениях и достигать системных изменений. Как я уже сказал, в программы поддержки МСБ мы вложили более $250 миллионов, и мы надеемся, что через наши программы банки улучшают те подходы, которые у них есть к финансированию МСБ, и улучшают стандарты по секторам. Кроме того, я уверен, что компании, которые прошли через нашу программу, становятся более интересным клиентом для любого БВУ.

- Насколько вообще приоритетно для банка направление МСБ?

- Мы начали работать с МСБ с первого дня нашего присутствия в Казахстане и работа по развитию МСБ была и остается приоритетной. Если смотреть на специфику банка, то нам очень сложно работать напрямую с МСБ, особенно когда речь идет о финансировании. Но наша роль — это, во-первых, помочь с финансированием БВУ, а также помочь БВУ улучишь свои подходы к финансированию МСБ. 
Если говорить о цифрах, то за последние 6-7 лет, используя эту модель, в малый и средний бизнес Казахстана было профинансировано проектов на сумму свыше $250 миллионов. При этом более 21 тысячи компаний МСБ получили кредиты от БВУ через линии, которые мы предоставляем. 

- Надо полагать, одной из таких направлений является программа «Женщины в бизнесе». Сколько же было профинансировано проектов и на какую сумму и есть ли еще программы, которые столь же перспективны?

- На протяжении 5 лет в развитие женского бизнеса было вложено инвестиций около $60 млн. Но кроме выдачи кредитов, мы также успешно работаем по улучшению навыков МСБ. У нас есть консалтинговая программа, которая работает непосредственно с МСБ, помогая людям понять, какие именно улучшения в компании являются самыми ключевыми – это могут быть вопросы финансовой системы, или подходы к цифровизации, или неправильно выстроенная политика по маркетингу. И тогда мы помогаем компаниям через нашу программу найти международных консультантов и софинансируем их работу пополам с компанией. Таким образом, мы проконсультировали уже 2 500 компаний в Казахстане. 

На самом деле это очень трудоемкий процесс. И это не тот случай, когда мы просто собираем полный зал на 500 человек и рассказываем что-то предпринимателям. Нет, этот проект работает совсем не так. 2 500 – это те компании, где мы вручную выбрали направления, необходимые для развития компаний, анализировали проблемы, привлекали нужных консультантов. И теперь мы уже наглядно видим те улучшения, которые позволили местным компаниям не просто подняться и стать крупнее, но и успешно выйти со своей продукцией на рынки других стран. 

- Если говорить о цифровизации, насколько охотно местный бизнес идет в этом направлении? Не является ли это политикой насаждения?

- Конечно, с одной стороны, это может быть политика правительства, но что намного важнее, так это то, что компании сами  хорошо понимают необходимость данного процесса. Без цифровизации, без инноваций очень сложно стать конкурентоспособными и откровенно есть многие сектора, где вообще невозможно существовать. В мире новые технологии шагнули далеко вперед, и очень важно казахстанским компаниям все больше равняться на те стандарты, которые существуют в других странах.   

Если рассматривать вопрос цифровизации на примере тех 2 500 компаний, которые мы проконсультировали, то 690 из них как раз и касались внедрения цифровых технологий. 
И если рассматривать все это в контексте всей страны, то, безусловно, большим плюсом является то, что успешные примеры, которые существуют в нашей программе, передаются дальше. Ведь, по сути, те компании, которые получили новые знания и навыки, на деле получили намного больший импульс. Вы сами знаете, что предприниматели, работая на одном рынке, смотрят друг на друга. И если мы кому-то одному выдаем кредит, то обязательно приходят друзья собственника или его конкуренты и тоже хотят. То же самое происходит и при получении новых навыков.

- Вы уже затронули тему ВИЭ. Хотелось бы уточнить, куда, собственно, были вложены средства?

- За последние 2 года мы профинансировали  множество проектов по солнечной энергетике на сумму более $200 миллионов. Станции строятся по всему Казахстану. И что важно, эти деньги выдаются в местной валюте. Если смотреть по солнечной энергетике, то это, конечно, в большей степени юг страны и такие районы, как Карагандинская область. 

Пару недель назад я участвовал в запуске одной из станций как раз в Карагандинской области, в поселке Гульшат. Эта станция на 40 мегаватт, спонсор этого проекта – китайская компания Risen. 

Это великолепно! Вы просто в степи видите инновационные технологии. Это надо увидеть, чтобы поверить. Ты едешь по степи, и вдруг открывается большая электростанция, занимающая более 1 квадратного километра. Она уже работает. Также недавно открыли в Сарани станцию мощностью  100 мегаватт с немецким спонсором, тоже в Карагандинской области.

А на форуме «Один пояс – один путь» в Китае ранее в этом году, где участвовал первый президент Казахстана, мы подписали еще один проект с китайским спонсором Universal Energy на строительство еще одной станции в Восточном Казахстане мощностью 30 мегаватт. 

Так что возобновляемая энергетика — это не просто инвестиции, это реальные проекты и, что меня особенно радует, это реальные результаты. И это ведь очень интересно, поскольку все спонсоры, вкладывающие средства в эти проекты в Казахстане, – разные: это компании из Китая,  Германии, Франции, Великобритании. Все это явно показывает, в каких секторах есть коммерческие возможности для иностранных инвесторов. 

 
- Похоже, вам больше нравятся проекты по возобновляемым источникам энергии. Или есть какие-то другие, которые вам, не как главе международной финансовой организации, а просто как человеку импонируют больше?

- Пожалуй, это все же солнечная энергетика. Ведь еще 10 лет назад никто не мог себе представить, что такое возможно. Мы последние 8 лет работаем с министерством энергетики Казахстана, чтобы создать реальную регулятивную базу, которая позволяет привлечь иностранные инвестиции в этот сектор. И когда я бываю на открытии предприятии, знаете ли, отрадно видеть реальные солнечные панели. 

Или та работа, которую мы ведем в секторе недропользования. Ведь на деле мы не просто инвестируем в сектор добычи. Все инвестиции, которые были вложены, делались в контексте работы над улучшением навыков и возможностей для женщин и молодёжи в этом секторе, для развития бизнеса в регионе. Не надо забывать, что большинство этих проектов реализуются в регионах страны и даже в таких отдаленных местах, где нет альтернативных возможностей, которые бы приносили доход для людей. Да, быть может, слова об улучшении благосостояния и уровня жизни населения звучат красиво, но ведь за ними кроется реальная жизнь простых людей. Когда ты на месте видишь реальные результаты от наших инвестиций, когда где-то что-то построено, где-то полностью изменен подход компании к работе, вот это как раз и радует. Все это дает понимание, что работа, которая нами проводится, действительно не зря.  Я могу много говорить о тех проектах, которые мне нравятся. Ведь это не просто какие-то теоретически вещи или цифры на бумаге, это реальность и отдача от того, что мы делаем. 

Есть, конечно, большие инвестиции в энергетику, инфраструктуру, и мы делаем огромную работу, которая происходит и в других секторах: это и инвестиции, и консультации. Где-то год назад я открывал Fashion-показ пяти казахстанских дизайнеров, которые прошли через нашу программу консалтинга. Конечно, не мне судить о высокой моде, но откровенно скажу, что два или три из них были бы к месту в лучших магазинах Лондона. Мы, конечно, не можем помочь таким ребятам идеями, но зато можем помочь монетизировать такие вещи. Так произошло и с дизайнерами. Мы через наших консультантов снабдили их коммерческими связями за рубежом, свозили на выставки в Милане, чтобы себя показать. 

- Каковы же планы ЕБРР относительно новых проектов, инвестиций в ближайшей перспективе?

- Если говорить об инвестициях, которые мы уже сделали в этом году и собираемся делать до конца года, то остается очень хороший микс инвестиций, которые пойдут на энергетику и газификацию страны. Тема не новая, но та, что будет активна в последующие годы. Речь идет о газификации севера, строительства сетей по всей стране. 

В секторе возобновляемой энергетики новый импульс – это запуск аукционов. Здесь мы видим новые подходы, новых инвесторов и уже работаем в этом направлении. Также мы по-прежнему останемся активными в финансовом и корпоративном секторах. 
Если акцентировать внимание на чем-то новом, то, конечно, это вопрос цифровых технологий. Наверное, здесь в контексте Казахстана сложно видеть большие объемы коммерческих инвестиций, которые бы могли найти монетизацию новых технологий. Но то, что мы наблюдаем в секторе недропользования, инфраструктурных проектах, то открываем для себя все больше возможностей для финансирования тех сегментов, которые связаны с новыми технологиями, с цифровизацией. Это, наверное, то, чем мы все больше и больше хотим помочь компаниям, не только стать более конкурентоспособными, но и, используя эти технологии, становиться более интегрированными, как в регионе ЦА, так и на мировой арене – в Китае, Европе и в других странах Азии. 


3702 просмотра

Как изменились цены на вторичное жилье и новостройки в Казахстане

Самый резкий скачок цен на недвижимость наблюдается на севере страны

Фото: Вадим Мударисов

В Петропавловске стоимость 1 квадратного метра выросла на 7,2% – со 196,9 тыс. тенге в начале 2019 года до 211,1 тыс. тенге в прошлом месяце. Для сравнения: в Алматы недвижимость поднялась только на 2,8%, в Нур-Султане за указанный период напротив подешевела на 0,7%. На востоке Казахстана самая дорогая квартира продается за 29 миллионов тенге, а цена элитного коттеджа достигает 150 миллионов тенге. 

Эксперты рынка отмечают влияние государственных программ по строительству жилья на стоимость квадратных метров на западе РК. Но в целом, по мнению риелторов, тенденция «заезжай и живи», прижившаяся в обеих столицах республики, уже в скором будущем плавно переместится и в регионы. Впрочем, по ценовому вопросу, с точки зрения экспертов рынка, до конца года кардинальных перемен не предвидится.

Коммуникаций нет, но вы держитесь

Ввод в эксплуатацию некачественно построенного жилья, нарушение сроков работ, споры с частными лицами – и это лишь часть вопросов из большого списка проблем Петропавловска.

Больше 10 лет назад началась интенсивная застройка города – с микрорайона «Береке». В 2017 году местные власти признали, что микрорайон разместили на заболоченном участке. Это создало сложности строителям и проблемы новоселам. Активное домостроительство переместилось в южную часть Петропавловска, но и сегодня оно часто ведется на не подготовленных к этому участках. Строители уже неоднократно просили местные власти готовить территории заранее, обеспечивая будущие жилищные комплексы инженерными сетями и подъездными путями. Однако в разрастающемся здесь микрорайоне «Жас Оркен» ряд новостроек сдавались без подключения к теплу, электричеству и водоснабжению.

Такая ситуация, например, произошла с домом, построенным компанией «Казградстрой». Это был один из последних проектов предприятия, специализировавшегося на возведении коммерческого жилья. Сегодня оно покинуло рынок, на котором активна теперь только одна фирма. В регионе о проблеме «Казградстроя» заговорили, когда больше 30 петропавловцев – участников долевого строительства не смогли вовремя въехать в свои квартиры. Начав возводить в 2015 году новостройку, фирма несколько раз
переносила сроки сдачи объекта.

В марте 2018 года дом все еще не был подключен к коммуникациям. При том, что дольщики уже по полгода и больше платили ипотеку за жилье. Проблему до конца не решили и сегодня, хотя семьи в дом заселились. В 2018 году в СКО сдали более 2 тыс. новых квартир. В текущем году в регионе введут в эксплуатацию 2,2 тыс. квартир. Очередь на собственные квадратные метры сегодня превышает 19 тыс. человек, из которых около 7 тыс. относятся к социально уязвимым слоям населения. В Петропавловске возводится 10 многоэтажных жилых домов и еще 18 одноэтажных в микрорайоне «Солнечный».

Согласно июньскому исследованию портала krisha.kz, в среднем стоимость 1 кв. м составила почти 206 тыс. тенге. В июле текущего года этот показатель превысил уже 211 тыс. тенге. Двухкомнатная квартира в панельном доме на вторичном рынке обойдется покупателям примерно в 9 млн тенге. В кирпичном цена за такую же квадратуру может достигнуть 11 млн тенге. 1 кв. м в новостройке стартует от 140 тыс. тенге, по этой цене, как правило, реализуют жилье, построенное по госпрограммам.

Спрос ниже предложения

Вторичный рынок в городах ВКО перенасыщен

В крупных городах Восточного Казахстана насчитывается около семи тысяч предложений о продаже квартир и домов на любой, даже самый взыскательный вкус – от 1-комнатной «сталинки» до 3-этажного особняка со всеми удобствами. Такое же разнообразие по уровню комфортности присутствует и на рынке арендного жилья.

1-комнатные квартиры в Усть-Каменогорске предлагаются по цене от 2,9 млн до 9 млн тенге. Стоимость самой дорогой 2-комнатной квартиры достигает 14,7 млн тенге. Средняя цена на этот тип жилья в городе составляет от 6 млн до 12,6 млн тенге. 3-комнатные секции хозяева оценивают от 14,4 млн до 24 млн тенге, а 4-комнатные квартиры предлагают до 29 млн тенге. В Семее цена на 1-комнатные квартиры такая же, как и в Усть-Каменогорске. Двушки несколько дешевле – от 5,7 млн тенге до 12,3 млн тенге. Цены на 3-комнатные колеблются от 8 млн до 15 млн тенге. Самая дорогая 4-комнатная квартира в Семее продается по цене 22 млн тенге, а самая дешевая – 2,8 млн тенге. 

Частный сектор

«Когда на продажу выставлены квартиры 15–20-летней давности, здесь успех зависит от реальной назначенной цены. Если она соответствует рыночной стоимости, ее можно быстро продать. Гораздо сложнее обстоит дело с частными домами. Тут даже не важен возраст дома. Проблема в том, что для приобретения частного жилища почти невозможно оформить ипотечный кредит. Значит, вариант один – заключение сделки за наличный расчет. А это всегда дешевле, чем при оформлении ипотеки. Поэтому случаев продажи домов единицы, а предложений – десятки», – прокомментировал ситуацию на вторичном рынке жилья Семея руководитель агентства недвижимости «Акрополь» в Семее Станислав Металлиди.

Тем временем владельцы частных домостроений и коттеджей как в Усть-Каменогорске, так и в Семее в объявлениях указывают достаточно высокие цены на свою недвижимость. Достаточно скромные домики из двух-трех комнат 1970-1980-х годов постройки оцениваются в сумму от 3,5 млн до 12 млн тенге в Усть-Каменогорске. В Семее такое жилье стоит от 3 млн до 7 млн тенге. На порядок дороже дома более новые. Здесь разбег от 6 млн до 16 млн тенге (Усть-Каменогорск) и 5,5 млн до 15 млн тенге (Семей). Что же касается коттеджей в два и три этажа, то их стоимость варьируется от 16 млн до 150 млн тенге в областном центре и от 15 млн до 75 млн тенге в соседнем с ним крупном городе.

По словам Станислава Металлиди, цены на недвижимость в Семее стабильны уже несколько лет. Самый существенный скачок цен произошел после девальвации тенге, когда цена доллара в одночасье увеличилась вдвое. И хотя с тех пор цены на недвижимость стали привязывать к тенге, ситуация от этого не изменилась.На вторичном рынке они держатся на одном уровне уже в течение нескольких лет.

bya12312.jpg

Выгодный бизнес

Достаточно широко в ВКО представлен рынок аренды жилья различного класса комфортности. Цены на апартаменты, которые можно арендовать на длительный срок с ежемесячной оплатой, – в диапазоне от 150 тыс. до 550 тыс. тенге. Чаще всего это 2-4-комнатные квартиры в домах разных лет постройки, но расположенные в центральной части города, где есть спальные районы с удобными парковками и тихими дворами. Стоимость аренды жилья напрямую зависит от состояния квартиры: количество комнат, роскошный ремонт, авторский дизайн, полный набор бытовой и оргтехники, дорогая мебель.

«Заниматься арендным бизнесом жилья на длительный срок – это всегда выгодно. Особенно если квартира находится в новом доме, был сделан ремонт и мебель соответствует самому высокому классу. На такие квартиры всегда есть спрос», – считает юрист, заместитель директора ТОО «X-RealtyCompany» в Семее Айжан Арикбаева.

По ее словам, цены на арендное жилье высокого класса в Семее колеблются от 150 тыс. до 250 тыс. тенге в месяц. Стоимость аренды во многом зависит от района, где расположен жилой дом, а также его технических характеристик.

Что касается категории арендаторов элитных квартир, чаще всего это руководители крупных компаний и организаций, которые приезжают в Семей или Усть-Каменогорск на определенный срок, и аренду квартиры за них оплачивает фирма. Как правило, срок командировки длится не более года. Поэтому 12-14 месяцев – самый популярный срок аренды жилья на рынке городов ВКО.

По мнению Айжан Арикбаевой, не менее активен и рынок длительной аренды жилья ниже классом. Обычно 2-3-комнатные квартиры стоимостью от 60 до 80 тыс. тенге в месяц снимают семьи со средним доходом.

Где густо, где пусто

Эксперты отмечают, что в Караганде покупатели отдают предпочтение новостройкам. Однако остальные города области вряд ли могут похвастаться бурными темпами строительства. Здесь жилье возводят в малом количестве и только по госпрограммам.

Согласно информации сайта korter.kz, на котором собраны предложения от застройщиков со всего Казахстана, средняя стоимость на первичное жилье в Караганде в зависимости от его класса (эконом, комфорт, бизнес) и района города варьируется в переделах от 195 тыс. до 250 тыс. тенге за кв. м. 1-комнатную квартиру в новостройке можно приобрести в среднем за 10 млн тенге (43 кв. м), 2-комнатную – за 15 млн тенге (62 кв. м). Цена на 3-комнатную квартиру варьируется от 22 млн тенге (80 кв. м) до 116 млн тенге (166 кв. м). Стоимость квадрата в элитной многоэтажке составляет 695 тыс. тенге. На вторичном рынке стоимость 1-комнатной квартиры 7 млн тенге (34 кв. м), 2-комнатной – 9 млн тенге (50 кв. м), 3-комнатной – 16 млн тенге (80 кв. м). 

По данным сайта krisha.kz, в других городах Карагандинской области, где строительство практически не ведется, жилье на вторичном рынке стоит еще дешевле. В Темиртау двухкомнатные апартаменты площадью 47 кв. м отпускают с рук за 6 млн тенге, в Жезказгане и Балхаше – за 5 млн тенге, в Шахтинске – за 4 млн. Соответственно, на однокомнатные и трехкомнатные цены на порядок ниже, чем в областном центре.

Больше высоток – дешевле вторичка

В разрезе западного региона лидером по дешевизне квартир является Актау. В городе работают 80 частных компаний-застройщиков, которые всего за пять лет застроили 10 новых микрорайонов. Самые дорогие квартиры – в нефтяной столице страны Атырау, но и здесь риелторы прогнозируют падение цен на вторичном рынке недвижимости: в городе массово началось строительство высотных новостроек.

Актобе: вторичка дорожает

Руководитель агентства недвижимости «Амир» Гульнара Ан рассказала «Курсиву», что средняя стоимость квадратного метра жилья на вторичном рынке недвижимости Актобе – 150–170 тыс. тенге. При этом она подчеркивает, что на окраинах Актобе – в микрорайонах «Шанхай», «Жилгородок», «Авиагородок» – можно найти квартиру и за 130 тыс. тенге за кв. м. В центре Актобе квартиры с той же площадью с хорошим ремонтом продаются дороже – 170–180 тыс. тенге за кв. м. Самым востребованным на данный момент среди покупателей является микрорайон «Батыс-2»: квартиры здесь стоят уже 200 тыс. тенге за кв. м.

Гульнара Ан также отмечает, что цены на вторичное жилье в Актобе выросли на 5–10% по сравнению с июлем-августом 2018 года. Если, к примеру, в августе 2018 года трехкомнатную квартиру в Актобе можно было купить за 9–9,5 млн тенге, то сейчас аналогичная квартира стоит 10–12 млн тенге. Эксперт связывает это с активным действием госпрограмм льготного ипотечного кредитования. По ее словам, до 70% квартир в Актобе покупатели оформляют в ипотеку и всего 30% – за наличные деньги. Гульнара Ан считает, что вторичка постепенно теряет свою привлекательность: покупатели с наличкой охотнее идут на первичный рынок жилья.

«Сейчас в Актобе идет строительный бум: возводится много многоэтажных домов. При желании первичное жилье в черновой отделке в Актобе можно найти за 120–180 тыс. тенге за кв. м. И люди выбирают первичку, потому что они хотят квартиры с удобной планировкой: большой кухней, стеклянной лоджией, просторными комнатами», – говорит г-жа Ан. 

Сейчас, по ее словам, фирмы-застройщики Актобе с целью привлечения клиентов стали активнее работать с Жилстройсбербанком, сами выдают своим к лиентам жилищные кредиты или же предоставляют жилье в рассрочку на несколько лет. Некоторые застройщики предлагают покупателям квартиры по цене 140 тыс. тенге за кв. м. И квартиры в их домах уже распроданы, хотя строительство еще ведется.

По мнению риелтора Актобе, до конца года цены на жилье в городе будут стабильными – предпосылок для роста цен нет.

Атырау: цены стабильно высокие

Менеджер по продажам агентства недвижимости «Экспресс» Татьяна Ан пояснила «Курсиву», что цены на жилье в Атырау по сравнению с прошлым годом остались неизменными. Однако риелтор прогнозирует, что уже в следующем году вторичное жилье в Атырау начнет дешеветь в пределах 5–10%.

«У нас очень дорогое жилье: 1 кв. м на вторичном рынке стоит от 180 тыс. до 250 тыс. тенге. Но спрос на вторичку постепенно падает. В прошлом году к нам на строительный рынок зашла компания BI Group, они строят высотные элитные дома, и их квартиры люди раскупают уже на этапе строительства», – рассказывает Татьяна Ан.

Риелтор отмечает, что даже сравнительно недавнее жилье, построенное по госпрограмме в 2009–2015 годах, уже не пользуется популярностью. Продавцы выставляют, к примеру, свои квартиры в микрорайоне «Нурсая» по цене за 200 тыс.–250 тыс. тенге за кв. м, но спроса на них нет – качество строительства этих домов оставляет желать лучшего. Квартиры на первичном рынке стоят дороже – 280 тыс.–350 тыс. тенге за кв. м, и люди готовы платить за комфорт.

Актау: застройщики сбили цены

Руководитель отдела продаж агентства недвижимости «Мир жилья» Рустам Шагбанов рассказал, что до 70% покупателей недвижимости рассматривают только вариант приобретения нового жилья.

«Цены на вторичное жилье по сравнению с прошлым годом упали на 5–10%. Сейчас в нижней части города однокомнатную квартиру до 20 кв. м можно купить за 2 млн тенге», – говорит г-н Шагбанов, отмечая, что самые дорогие варианты жилья – это квартиры с видом на море: в них стоимость 1 кв. м уже составляет 280 тыс.–290 тыс. тенге.

Он считает, что погоду на рынке недвижимости сделали частные застройщики: за несколько лет они построили уже 10 новых микрорайонов. На данный момент, по словам риелтора, в Актау строится около сотни домов, работают не меньше 80 застройщиков. Рустам Шагбанов объясняет,
что на начальном этапе строительства квартиру в новостройке можно купить за 100 тыс. тенге за кв. м. Уже по завершении строительства цена на квартиры в новостройках вырастает до 140 тыс.–150 тыс. тенге за кв. м.

«Сейчас цены на вторичном и первичном рынке жилья практически сравнялись. Людей не пугает то обстоятельство, что новые дома сдаются в черновой отделке и в них придется вложить еще 50% от стоимости. Покупатель хочет приобретать новое жилье высокой комфортности, улучшенной планировки», – говорит Рустам Шагбанов. 

Особенностью сделок купли-продажи жилья в Актау, по словам риелтора, является то, что 50% из них приобретается за наличные деньги в основном в рассрочку на 1,5–2 года. Зачастую так приобретают жилье семьи нефтяников из города Жанаозена: вносят наличкой предоплату до 5 млн тенге за строящуюся квартиру и оставшиеся деньги доплачивают в течение двух лет. В ипотеку жилье приобретают в основном бюджетники и военнослужащие по линии Жилстройсбербанка.

Рустам Шабганов считает, что ждать серьезных изменений на рынке недвижимости Актау не стоит: цена падать не будет – строить дешевле, практически себе в убыток, застройщики не будут. Что касается вторичного рынка, то возможна корректировка в сторону снижения цены на 5–10%.

Уральск: дефицит новостроек

Руководитель отдела продаж агентства недвижимости «Контакт» Ермек Кужасов рассказал «Курсиву», что за год цены на жилье в Уральске выросли на 20%. Так, если стандартная двушка в панельном доме в августе 2018 года стоила 8 млн тенге, то сейчас уже 9,2 млн тенге. Этот рост цен риелтор объясняет, как и его коллеги в Актобе, гибкими условиями государственных ипотечных программ. Участники госпрограмм хотели бы купить новые квартиры улучшенной планировки, но первичный рынок жилья в Уральске локален: частные застройщики возводят единичные дома в разных районах города, а не целые микрорайоны, как это происходит в других областях.

«На рынке недвижимости Уральска представлено свыше 3 тыс. квартир на вторичном рынке. При этом новых квартир строится в сотни раз меньше. Из общего количества жилья в городе всего 10% – это новостройки. Спрос на них огромен, рынок первички голодный. Новые квартиры раскупаются еще на этапе строительства», – говорит Ермек Кужасов.

По его словам, цены на жилье на первичном и на вторичном рынке сравнялись: 160 тыс.– 170 тыс. тенге за кв. м. Эксперт уверен, что нет никаких предпосылок к падению цены. При этом и резкого взлета цен на жилье в городе он не прогнозирует.

0001_1.jpg

Квадрат дорожает

По оценкам профессионалов, стоимость жилой недвижимости в Шымкенте неизменно увеличивается. Горожане предпочитают покупать вторичку из-за недоступности новых квартир по цене.

Что влияет на цену

С приближением осени в Шымкенте просыпается рынок недвижимости. Как отмечает глава одного из городских риелторских агентств Джавлан Кабылбеков, после июльского затишья, когда люди находятся в отпусках, в августе начинается небольшой подъем, а затем наступает время активных продаж. При этом, как утверждает эксперт, количество сделок по сравнению с прошлым годом кардинально не изменилось.

«Жилье в центре города площадью около 30 кв. м можно найти в пределах 6-7 млн тенге. Благоустроенные двухкомнатные квартиры площадью 50 кв. м в мае мы продавали в пределах 10 млн тенге. Сейчас их цена увеличилась на 400–500 тыс. тенге», – говорит Джавлан Кабылбеков. 

Фиксируют риелторы и влияние государственных программ по строительству жилья на стоимость квадратных метров. 

«Сейчас в жилом микрорайоне «Шымсити» строится много домов по госпрограмме, в которой государством установлена цена в размере около 180 тыс. тенге за квадратный метр. Весь рынок тянется за этими программами, и, соответственно, стоимость вторички тоже», – говорит г-н Кабылбеков.

Дорогие новостройки

Шымкент по стоимости жилья уверенно входит в пятерку самых дорогих городов страны. По данным Комитета по статистике, средняя цена квадратного метра жилья в столице составляет 349 тыс. тенге. Стоимость квадрата нового жилья в Шымкенте в апреле 2019 года составляла 320,6 тыс. тенге. Для сравнения: в Алматы – 333 тыс. тенге. Но отличительная черта обеих столиц в сравнении с третьим мегаполисом в том, что цена на вторичное жилье выше стоимости нового.

Как считает руководитель шымкентского агентства недвижимости «Лидер» Александр Дзюба, рыночная цена новой жилплощади для большинства горожан недоступна. «У нас самую дешевую двухкомнатную квартиру даже на пятом этаже можно купить за 7–7,5млн тенге, а в первичке и однокомнатную за эти деньги не купишь», – говорит риелтор.

Рост стоимости жилья в Шымкенте риелтор оценивает как значительный. Согласно его анализу, только за июль подорожание составило около 1 млн тенге на единицу жилой площади.

«Если ранее наиболее востребованные двухкомнатные квартиры были по 7,5 млн тенге, то сейчас начинаются от 8,5 млн тенге. И то, вторые-третьи этажи дороже. Состояние подобных квартир – «заходи и живи». Если жилье с евроремонтом и мебелью, то оно продается от 9 млн тенге. Есть предложения и по 10, и по 11 млн тенге, но такая цена явно завышена», – считает Александр Дзюба.

По словам риелтора, квартиры в кирпичных домах значительно дороже. Если жилье в центре города, то цена на двухкомнатные квартиры начинается от 14 млн тенге и доходит до 18–20 млн тенге. Трехкомнатные – от 16 млн тенге, порой даже без ремонта.

Павел Притолюк, Екатерина Гуляева, Ксения Безкоровайная, Людмила Калашникова, Сергей Павленко

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Вопрос дня

Архив опросов

Как вы провели или планируете провести отпуск этим летом?

Варианты

b2-uchet_kursiv.png

 

Цифра дня

1,6 млрд
тенге
задолжали казахстанские работодатели своим работникам

Цитата дня

Порой некоторые лозунги и призывы выглядят крайне привлекательными, но их авторы не несут ответственности перед страной. Реформы ради реформ - это верный путь к кризису и потери управляемости государством. Уверен, никто из нас этого не желает. Развитие должно быть последовательным, поступательным, без забегания вперед, но и без отставания.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций