Перейти к основному содержанию

kursiv_in_telegram.JPG


7639 просмотров

Агрис Прейманис: «В Казахстане будет больше иностранных банков»

Глава Европейского банка реконструкции и развития рассказал о приоритетных задачах и новых проектах

О том, почему Казахстан является для международного финансового института ключевым регионом, зачем Европейский банк реконструкции и развития делает ставку на МСБ и какие еще новые проекты будут осуществляться при поддержке этой структуры, в интервью «Курсиву» рассказал глава ЕБРР по Казахстану Агрис Прейманис.

- В последнее время не раз звучала информация о том, что в странах Центральной Азии нет проектов, которые бы могли финансировать международные институты. Вы согласны с таким мнением? 

- Хочу отметить, что для ЕБРР Центральная Азия является ключевым регионом для инвестирования. И, как мне кажется, своей работой за многолетний период, особенно за последние 5 лет, мы доказали, что существует масса возможностей инвестировать средства в Казахстан и в другие страны ЦА. 

Если смотреть на ту работу, которую банк проводит по инвестициям в Казахстане, где доминирует сектор энергетики и инфраструктуры, то видно, что даже в этих сегментах экономики есть очень много разных интересных проектов. 

К примеру, взять хотя бы сектор энергетики, где сегодня развивается такое направление, как возобновляемая энергетика, куда только за последние два года было профинансировано ЕБРР уже больше $200 миллионов в Казахстан. Только в прошлом году мы профинансировали 5 проектов по солнечной энергетике со спонсорами из Франции, Германии, Великобритании и Китая.  

Что касается инфраструктуры, да, конечно, мы финансируем строительство дорог. Но в то же время есть и другие интересные транспортные проекты с такими клиентами, как транспортная компания «Атасу», победитель конкурса EY «Предприниматель года». 

Конечно, мы не останавливаемся на секторах энергетики и инфраструктуры, а успешно инвестируем в разные секторы промышленности. К примеру, с 2015 года мы финансируем проект ТОО «Макинская птицефабрика» в Буландынском районе Акмолинской области. Это очень успешный проект. Мы вошли в капитал компании с инвестициями в размере $20 млн.  
Или финансирование такой известной по всему Казахстану компании, как «Технодом». 

Мы также работаем и в банковском секторе, например, с такими банками, как АО «ForteBank» и АО «Банк ЦентрКредит». За последние 5 лет мы выдали этим двум финансовым институтам кредиты на сумму более $140 миллионов, на финансирование МСБ и женщин- предпринимателей. 

Так что важно смотреть на то, что было сделано, и, мне кажется, это наглядно демонстрирует то, что в Казахстане есть возможности для инвестирования.

- В последнее время наблюдается тенденция к укрупнению БВУ путем их объединения. В данном случае какова позиция ЕБРР, который вложил свои средства в упомянутые банки?

- Очевидно, что объединение банков не может быть самоцелью. И я считаю, что здесь в каждом отдельном случае необходимо смотреть на ту мотивацию и существующие причины. Что касается наших крупнейших клиентов, то ForteBank, который является одним из таких, работает над объединением с банком Kassa Nova, и с нашей стороны, конечно же, не было не только никаких претензий, мы, напротив, приветствовали эту сделку. 

Что касается других банков, сложно комментировать в каждом отдельном случае.  Я считаю, что в целом по банковскому сектору в Казахстане было бы неплохо, если бы было побольше крупных игроков. Но, повторюсь, это не должно быть самоцелью, потому что сам процесс объединения банков крайне сложен: ведь речь идет о слиянии разных банковских культур, разных IT-систем и т.д. Если рассматривать вопрос экономики банков, то очевидно, что есть большие плюсы у более крупных игроков.  И если это вопрос роста банков, то рост через объединение или даже органический рост должны быть контролируемыми, с пониманием всех рисков.
 
Если посмотреть в будущее, хотя бы на 10 лет вперед, я уверен, что в Казахстане будет больше крупных банков, в том числе иностранных, причем как западных, так и китайских. Соответственно, будет больше ликвидности и больше конкуренции. 

- А за счет чего? Ведь иностранные банки, которые открывались в Казахстане (HSBC, RBC) в 2014-2015 годах, попросту ушли с нашего рынка.

- Потому что есть два самых важных критерия, которые банки используют в своем решении приходить или нет на тот или иной рынок. Во-первых, это чисто коммерческий интерес самого финансового института – возможно ли в Казахстане зарабатывать те деньги, которые соответствуют тем рискам, которые несет банк. Во-вторых, это чисто стратегические вопросы внутри самих банков, их стратегия по присутствию в разных рынках и т.д. 

К примеру, если смотреть на уход HSBC из Казахстана, он не был связан с привлекательностью казахстанского рынка. Это было решение по глобальной стратегии этого банка. Они хотели уменьшить свое присутствие в довольно многих странах и сфокусироваться на своих ключевых рынках.  

Я уверен, что в последующие годы будет больше иностранных банков в Казахстане. Быть может, это произойдет не сразу. Но я вижу, что привлекательность инвестиций в общем для Казахстана также привлекательна для финансовых институтов. Не исключаю, что здесь все активнее будут развиваться банки из западных стран, Китая и России, последние уже сейчас здесь есть.

- Тем не менее инвесторы часто говорят о возможных рисках, задаются вопросами политической стабильности.

- Это действительно вопрос, которым задаются международные инвесторы, рассматривающие возможности инвестирования в Казахстан. Это вопрос об инвестклимате, который, за последние 20 лет существенно улучшился, и который на сегодняшний день сложился в стране, особенно для больших инвесторов, вполне понятен и приемлем.  

Когда мы говорим о соображении инвесторов, то тогда речь идет о привлекательности рынка. И когда я думаю о Казахстане, то намного больше задаюсь вопросами динамики интеграции Казахстана и ЦА; инициативами и возможностями проекта «Шелковый путь»; задаюсь вопросом стабильности внутренней макроэкономической политики. Для инвесторов, которые знают и понимают Казахстан, именно эти вопросы являются ключевыми. А люди, которые не знакомы с Казахстаном, как раз и задаются вопросами рисков и стабильности власти. 
Но как ЕБРР, как, впрочем, и большинство инвесторов, которые не первый год работают здесь и понимают страну, акцентируют внимание на совсем других вопросах и темах.

- Какова система привлечения средств? Каковы критерии?

- Работа над проектами ведется по-разному. Во-первых, если говорить о критериях, то очень важно, чтобы это были коммерческие проекты. Во-вторых, очень важно, чтобы они приносили Казахстану что-то кроме инвестиций, развивали бы конкретные сектора экономики, использовали местный человеческий капитал, вводили новые стандарты.

При выборе проектов ситуация тоже может быть разная: или сам спонсор смотрит на Казахстан и видит какие-то возможности, или есть уже какой-то конкретный проект, куда они хотят войти. Тогда они приходят к нам. И мы помогаем им еще лучше понять Казахстан, потому что это один из тех плюсов, который мы даем иностранным инвесторам. Мы хорошо понимаем страну, как работает экономическая и политическая системы, а затем вместе со спонсорами начинаем работать, помогаем им структурировать проекты. 

В других ситуациях быть может, что спонсор делает все сам, но ему просто нужны дополнительные ресурсы. И здесь большим плюсом является то, что большинство проектов мы финансируем в казахстанских тенге, причем можем это делать и на очень долгосрочные периоды, как 10-15 лет. Причем суммы могут быть разными, начиная от сравнительно маленьких, начиная от $5 миллионов до $200-300 миллионов и больше. Но, конечно, все зависит от сектора. 

Банк уже на протяжении многих лет старается не предоставлять займы  в иностранной валюте компаниям, у которых нет валютных поступлений. Если мы видим, что компания, вкладывающая средства, не экспортирует, а работает, скажем, в корпоративном секторе или в энергетике на местный рынок, или это деньги, которые идут в БВУ на развитие МСБ, то здесь важно минимизировать валютные риски и предоставлять тенговое финансирование. Так что этим мы поддерживаем политику правительства и Национального банка РК по минимизированию валютных рисков.
 
Но, конечно, такой подход оптимален не для всех секторов экономики страны. К примеру, для тех секторов, которые экспортируют, нужен другой подход, тут лучше может подойти финансирование в иностранной валюте. Это может быть сектор добычи, который, кстати, тоже является одним из крупнейших секторов для инвестиций ЕБРР. За последние 4-5 лет мы проинвестировали в этот сектор более $600 миллионов. 

- Интересно как распределяется портфель банка?

- На данный момент в Казахстане из $2,9 миллиарда около 80% – это проекты или энергетики и добычи, или инфраструктуры и транспорта; около 20% – это финансовый и корпоративный сектора.  

- Но все же от предпринимателей часто звучат жалобы, что БВУ не особенно охотно кредитуют МСБ.

- Наша задача работать во всех направлениях и достигать системных изменений. Как я уже сказал, в программы поддержки МСБ мы вложили более $250 миллионов, и мы надеемся, что через наши программы банки улучшают те подходы, которые у них есть к финансированию МСБ, и улучшают стандарты по секторам. Кроме того, я уверен, что компании, которые прошли через нашу программу, становятся более интересным клиентом для любого БВУ.

- Насколько вообще приоритетно для банка направление МСБ?

- Мы начали работать с МСБ с первого дня нашего присутствия в Казахстане и работа по развитию МСБ была и остается приоритетной. Если смотреть на специфику банка, то нам очень сложно работать напрямую с МСБ, особенно когда речь идет о финансировании. Но наша роль — это, во-первых, помочь с финансированием БВУ, а также помочь БВУ улучишь свои подходы к финансированию МСБ. 
Если говорить о цифрах, то за последние 6-7 лет, используя эту модель, в малый и средний бизнес Казахстана было профинансировано проектов на сумму свыше $250 миллионов. При этом более 21 тысячи компаний МСБ получили кредиты от БВУ через линии, которые мы предоставляем. 

- Надо полагать, одной из таких направлений является программа «Женщины в бизнесе». Сколько же было профинансировано проектов и на какую сумму и есть ли еще программы, которые столь же перспективны?

- На протяжении 5 лет в развитие женского бизнеса было вложено инвестиций около $60 млн. Но кроме выдачи кредитов, мы также успешно работаем по улучшению навыков МСБ. У нас есть консалтинговая программа, которая работает непосредственно с МСБ, помогая людям понять, какие именно улучшения в компании являются самыми ключевыми – это могут быть вопросы финансовой системы, или подходы к цифровизации, или неправильно выстроенная политика по маркетингу. И тогда мы помогаем компаниям через нашу программу найти международных консультантов и софинансируем их работу пополам с компанией. Таким образом, мы проконсультировали уже 2 500 компаний в Казахстане. 

На самом деле это очень трудоемкий процесс. И это не тот случай, когда мы просто собираем полный зал на 500 человек и рассказываем что-то предпринимателям. Нет, этот проект работает совсем не так. 2 500 – это те компании, где мы вручную выбрали направления, необходимые для развития компаний, анализировали проблемы, привлекали нужных консультантов. И теперь мы уже наглядно видим те улучшения, которые позволили местным компаниям не просто подняться и стать крупнее, но и успешно выйти со своей продукцией на рынки других стран. 

- Если говорить о цифровизации, насколько охотно местный бизнес идет в этом направлении? Не является ли это политикой насаждения?

- Конечно, с одной стороны, это может быть политика правительства, но что намного важнее, так это то, что компании сами  хорошо понимают необходимость данного процесса. Без цифровизации, без инноваций очень сложно стать конкурентоспособными и откровенно есть многие сектора, где вообще невозможно существовать. В мире новые технологии шагнули далеко вперед, и очень важно казахстанским компаниям все больше равняться на те стандарты, которые существуют в других странах.   

Если рассматривать вопрос цифровизации на примере тех 2 500 компаний, которые мы проконсультировали, то 690 из них как раз и касались внедрения цифровых технологий. 
И если рассматривать все это в контексте всей страны, то, безусловно, большим плюсом является то, что успешные примеры, которые существуют в нашей программе, передаются дальше. Ведь, по сути, те компании, которые получили новые знания и навыки, на деле получили намного больший импульс. Вы сами знаете, что предприниматели, работая на одном рынке, смотрят друг на друга. И если мы кому-то одному выдаем кредит, то обязательно приходят друзья собственника или его конкуренты и тоже хотят. То же самое происходит и при получении новых навыков.

- Вы уже затронули тему ВИЭ. Хотелось бы уточнить, куда, собственно, были вложены средства?

- За последние 2 года мы профинансировали  множество проектов по солнечной энергетике на сумму более $200 миллионов. Станции строятся по всему Казахстану. И что важно, эти деньги выдаются в местной валюте. Если смотреть по солнечной энергетике, то это, конечно, в большей степени юг страны и такие районы, как Карагандинская область. 

Пару недель назад я участвовал в запуске одной из станций как раз в Карагандинской области, в поселке Гульшат. Эта станция на 40 мегаватт, спонсор этого проекта – китайская компания Risen. 

Это великолепно! Вы просто в степи видите инновационные технологии. Это надо увидеть, чтобы поверить. Ты едешь по степи, и вдруг открывается большая электростанция, занимающая более 1 квадратного километра. Она уже работает. Также недавно открыли в Сарани станцию мощностью  100 мегаватт с немецким спонсором, тоже в Карагандинской области.

А на форуме «Один пояс – один путь» в Китае ранее в этом году, где участвовал первый президент Казахстана, мы подписали еще один проект с китайским спонсором Universal Energy на строительство еще одной станции в Восточном Казахстане мощностью 30 мегаватт. 

Так что возобновляемая энергетика — это не просто инвестиции, это реальные проекты и, что меня особенно радует, это реальные результаты. И это ведь очень интересно, поскольку все спонсоры, вкладывающие средства в эти проекты в Казахстане, – разные: это компании из Китая,  Германии, Франции, Великобритании. Все это явно показывает, в каких секторах есть коммерческие возможности для иностранных инвесторов. 

 
- Похоже, вам больше нравятся проекты по возобновляемым источникам энергии. Или есть какие-то другие, которые вам, не как главе международной финансовой организации, а просто как человеку импонируют больше?

- Пожалуй, это все же солнечная энергетика. Ведь еще 10 лет назад никто не мог себе представить, что такое возможно. Мы последние 8 лет работаем с министерством энергетики Казахстана, чтобы создать реальную регулятивную базу, которая позволяет привлечь иностранные инвестиции в этот сектор. И когда я бываю на открытии предприятии, знаете ли, отрадно видеть реальные солнечные панели. 

Или та работа, которую мы ведем в секторе недропользования. Ведь на деле мы не просто инвестируем в сектор добычи. Все инвестиции, которые были вложены, делались в контексте работы над улучшением навыков и возможностей для женщин и молодёжи в этом секторе, для развития бизнеса в регионе. Не надо забывать, что большинство этих проектов реализуются в регионах страны и даже в таких отдаленных местах, где нет альтернативных возможностей, которые бы приносили доход для людей. Да, быть может, слова об улучшении благосостояния и уровня жизни населения звучат красиво, но ведь за ними кроется реальная жизнь простых людей. Когда ты на месте видишь реальные результаты от наших инвестиций, когда где-то что-то построено, где-то полностью изменен подход компании к работе, вот это как раз и радует. Все это дает понимание, что работа, которая нами проводится, действительно не зря.  Я могу много говорить о тех проектах, которые мне нравятся. Ведь это не просто какие-то теоретически вещи или цифры на бумаге, это реальность и отдача от того, что мы делаем. 

Есть, конечно, большие инвестиции в энергетику, инфраструктуру, и мы делаем огромную работу, которая происходит и в других секторах: это и инвестиции, и консультации. Где-то год назад я открывал Fashion-показ пяти казахстанских дизайнеров, которые прошли через нашу программу консалтинга. Конечно, не мне судить о высокой моде, но откровенно скажу, что два или три из них были бы к месту в лучших магазинах Лондона. Мы, конечно, не можем помочь таким ребятам идеями, но зато можем помочь монетизировать такие вещи. Так произошло и с дизайнерами. Мы через наших консультантов снабдили их коммерческими связями за рубежом, свозили на выставки в Милане, чтобы себя показать. 

- Каковы же планы ЕБРР относительно новых проектов, инвестиций в ближайшей перспективе?

- Если говорить об инвестициях, которые мы уже сделали в этом году и собираемся делать до конца года, то остается очень хороший микс инвестиций, которые пойдут на энергетику и газификацию страны. Тема не новая, но та, что будет активна в последующие годы. Речь идет о газификации севера, строительства сетей по всей стране. 

В секторе возобновляемой энергетики новый импульс – это запуск аукционов. Здесь мы видим новые подходы, новых инвесторов и уже работаем в этом направлении. Также мы по-прежнему останемся активными в финансовом и корпоративном секторах. 
Если акцентировать внимание на чем-то новом, то, конечно, это вопрос цифровых технологий. Наверное, здесь в контексте Казахстана сложно видеть большие объемы коммерческих инвестиций, которые бы могли найти монетизацию новых технологий. Но то, что мы наблюдаем в секторе недропользования, инфраструктурных проектах, то открываем для себя все больше возможностей для финансирования тех сегментов, которые связаны с новыми технологиями, с цифровизацией. Это, наверное, то, чем мы все больше и больше хотим помочь компаниям, не только стать более конкурентоспособными, но и, используя эти технологии, становиться более интегрированными, как в регионе ЦА, так и на мировой арене – в Китае, Европе и в других странах Азии. 


2776 просмотров

Более трети казахстанцев не смогут оформить ипотеку

У них испорчена кредитная история

Фото: Shutterstock.com

Вице-спикер мажилиса Владимир Божко в ходе правительственного часа рассказал о высокой закредитованности населения. 

«В настоящее время у нас потребительских кредитов без залога выделено 6 млн 752 тыс. человек. Банки и кредитные товарищества, надо откровенно сказать, заманивают граждан в финансовую кабалу и потом банки идут к коллекторам, а граждане – к государству и требуют решить их проблемы», – сказал Божко

Такая ситуация складывается по всем видам кредитов. Так, выдано 227 тыс. автокредитов, из них 22 тыс. уже просрочено. Кредитные карты получили 741 тыс. человек, из них 56 тыс. просрочены. По ипотеке из 270 тыс. 12 тыс. состоят на просрочке.

«В общей сложности 7 млн 51 тыс. человек уже на данный момент не смогут получить кредит на приобретение жилья», – резюмировал вице-спикер.

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

 

Цифра дня

64-е
место
занял Казахстан по скорости фиксированного интернета в мире

Цитата дня

Популизм – это политика посредственности. Я не раздаю пустых обещаний. Я - человек конкретных дел. Я буду твердо проводить в жизнь свою программу реформ.

Касым-Жомарт Токаев
президент Республики Казахстан

Спецпроекты

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Рейтинг прозрачности крупнейших компаний Казахстана

Биржевой навигатор от Freedom Finance

Биржевой навигатор от Freedom Finance


KAZATOMPROM - IPO уранового гиганта
Новый Курс - все о мире инвестиций

Банк Хоум Кредит

Home Credit Bank

Вы - главная инвест-идея

Home Credit Bank


Новый Курс - все о мире инвестиций
Новый Курс - все о мире инвестиций