Перейти к основному содержанию
2045 просмотров

В Казахстане 95 тыс. самозанятых живут на доходы ниже прожиточного минимума

Кабмин и депутаты выступили за создание постоянных, а не временных рабочих мест

Казахстану необходимо сделать акцент на создание постоянных рабочих мест для населения и отойти от прежней практики временного трудоустройства, которая оправдывала себя в кризисные годы, сказал вице-премьер Ерболат Досаев, выступая на парламентских слушаниях «Проблемы и перспективы развития сферы занятости» в мажилисе в пятницу.

В свою очередь, депутат мажилиса Айгуль Нуркина отметила, что анализ эффективности реализованных с 2011 года программ содействия занятости свидетельствуют о низком уровне трудоустройства на постоянные рабочие места участников программ.

«Если ранее, в период кризиса, важной задачей являлась поддержка занятости через временные меры действия занятости, в том числе через реализацию инфраструктурных проектов, то сейчас главный упор сделан на производительные рабочие места и подготовку специалистов, отвечающих требованиям новой структуры экономики», – сказал Досаев.

«С увеличением продолжительности жизни дополнительную нагрузку на рынок труда будут оказывать последствия бэби-бума, имевшего место в середине 2000-х годов. Таким образом, с одной стороны, необходимо обеспечить создание производительных рабочих мест, которые будут соответствовать требованиям рынка, и с другой стороны, подготовить квалифицированные востребованные кадры»,  добавил он.

По данным депутата Айгуль Нуркиной, с 2011 по 2018 годы только 70% из 1,8 млн участников программ содействия занятости были трудоустроены на постоянные рабочие места.

«Большая часть мер и, соответственно, бюджетных средств направляется на создание временных рабочих мест. Сроки трудоустройства участников по этим направлениям – от шести до двенадцати месяцев. Эти меры по своей природе никак не соответствуют задачам обеспечения продуктивной занятости», – сказала г-жа Нуркина.

По ее словам, необходимо разработать комплекс мер содействия в трудоустройстве целевых групп населения (безработных, непродуктивно и неформально занятых), определив приоритетными, а значит и бюджетируемыми, те направления и инструменты, которые дадут возможность гражданам трудоустроиться на постоянные рабочие места.

Она предложила правительству создать систему прогнозирования, которая помогла бы определить параметры численности и структуры трудовых ресурсов в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Кроме того, принять меры по активизации поддержки малого и среднего бизнеса, что создаст новые рабочие места для обеспечения стабильного источника занятости населения.

Ключевой темой обсуждения представителей правительства и депутатов стала легализация так называемых самозанятых. По данным Айгуль Нуркиной, из 2,1 млн самозанятого населения 95 тыс. человек живут на доходы ниже прожиточного минимума, 20% самозанятых получают доходы от 24 до 48 тыс. тенге в месяц, что в три-шесть раз ниже средней заработной платы по стране.

Для выведения самозанятых из тени не так давно был внедрен Единый совокупный платеж (ЕСП), однако депутат считает эту меру недостаточной.

«Необходимо продумать целую систему административных и стимулирующих экономических мер для каждой целевой группы. Более того, необходимо разработать механизм стимулирования будущих плательщиков ЕСП для их перехода в статус предпринимателей»,  сказал г-жа Нуркина.

Она также указала, что на сегодня уровень и направления подготовки специалистов не соответствуют требованиям работодателей. Так, в 2017 году незаполненными остались более 26 тыс. вакансий.

Депутат предложила ускорить темпы и охват цифровизацией: согласно выводу международных экспертов, к 2025 году использование онлайн-площадок по трудоустройству может до 7% снизить затраты компаний на подбор кадров и обеспечить занятостью 600 млн человек, в том числе более 70 млн впервые трудоустраивающихся.

И министры, и депутаты согласились с тем, что необходимо активное вовлечение населения в предпринимательскую деятельность.

Министр труда и социальной защиты населения Мадина Абылкасымова сообщила, что, по прогнозам ведомства, ожидается, что численность рабочей силы к 2025 году увеличится на 8% и составит 9,8 млн человек. Ежегодно на рынок труда будет выходить порядка 300 тыс. молодежи.

«При достижении параметров стратегического плана 2025 года по росту экономики и производительности труда, мы ожидаем, что в период до 2025 года будет создано более 1 млн новых рабочих мест. При этом вырастет доля средне- и высококвалифицированных рабочих мест и сократится спрос на низкоквалифицированный труд»,  сказала Мадина Абылкасымова.

Министр отметила, что Минтруда проводит работу в сфере занятости по нескольким направлениям: это развитие национальной системы прогнозирования потребности в кадрах, управление перетоками трудовых ресурсов и развитие системы квалификаций.

Кроме того, для расширения возможностей трудоустройства для населения и работодателей с января 2018 года создана крупнейшая в стране онлайн-база вакансий и резюме – Электронная биржа труда на базе интернет-ресурса enbek.kz. К ней подключено 200 центров занятости, 48 частных агентств и шесть онлайн-площадок.

banner_wsj.gif

Во сколько обойдется Узбекистану энергетическая самодостаточность

Страна ищет способы закрыть дефицит электроэнергии

Фото: Pixabay

Республика Узбекистан запустила реализацию крупномасштабной программы модернизации электроэнергетики. Десятилетний план по наращиванию мощностей потребует свыше $70 миллиардов инвестиций. Корреспондент Kursiv.kz узнал, на какие проекты будет сделан акцент, и где официальный Ташкент возьмет средства на перестройку энергосистемы.

Задачи на будущее

В мае этого года Министерство энергетики Узбекистана опубликовало стратегический для отрасли документ – концепцию обеспечения республики электроэнергией на 2020-2030 годы. В нем обозначены ключевые проблемы, с которыми сталкивается страна и долгосрочные цели.

В частности, в программе говорится - несмотря на ежегодный прирост выработки электроэнергии, потребность в киловаттах в Узбекистане на 9% выше производства. В первую очередь, энергии не хватает для развития промышленности, дефицит будет расти каждый год. 

«По данным аналитиков, через десять лет показатель энергопотребления в Узбекистане может вырасти почти в два раза. В связи с этим в ходе текущих проектов минэнерго идет поэтапное наращивание генерирующих мощностей, модернизации действующих ТЭС и строительство новых, а также увеличение доли возобновляемой энергетики», - сообщает в ответ на запрос Kursiv.kz пресс-служба министерства.

В республике работают 11 теплоэлектростанций, которые сжигают газ и уголь, генерируя 85% мощности. Исходя из данных профильного ведомства, КПД этих станций очень низкий – всего 25%. Это связано с тем, что энергоблоки на ТЭС и ТЭЦ эксплуатируются без замены уже более четверти века. Технологическая отсталость является причиной и высоких потерь на магистральных (3%) и распределительных сетях (12%).

По словам заместителя министра энергетики РУ Шерзода Ходжаева, озвученным им в эфире национальной телерадиокомпании O’ZBEKISTON, из-за недопоставки электроэнергии экономика страны ежегодно теряет около $6 млрд. Потери выражаются в замедлении темпов роста промышленности, бизнеса, которым не хватает мощностей.

Для преодоления этих трудностей стратегией впервые за почти 30-летнюю историю независимого Узбекистана разработана специальная программа. Она включает:

  • строительство атомной электростанции,
  • возведение шести новых, реконструкцию шести существующих ТЭС,
  • строительство 25 новых, модернизацию 21 существующей ГЭС,
  • установку 25 солнечных и нескольких ветроэлектростанций,
  • прокладку новых ЛЭП, монтаж дополнительных подстанций, реконструкцию существующих трансформаторов.

По мнению исполнительного директора Международного центра устойчивого энергетического развития под эгидой ЮНЕСКО (МЦУЭР) Игоря Матвеева, принятая Узбекистаном концепция – документ долгосрочного планирования. Он не является жестким планом, а лишь замыслом, идеей развития. 

«Работая в соответствующем направлении, правительство Узбекистана действует вполне адекватно. В сфере национальной электроэнергетики республики наиболее острыми проблемами являются изношенность оборудования станций, магистральных и региональных сетей, низкий уровень кооперации с соседними государствами в части поставок топливно-энергетических ресурсов», - отметил в интервью Kursiv.kz эксперт МЦУЭР.

Дорогие киловатты

Ключевой вопрос в реализации этой стратегии – финансовый. Общая сумма, необходимая на модернизацию энергосистемы официальным Ташкентом в СМИ ранее не озвучивалась. Исходя из предварительных расчетов Kursiv.kz, которые основаны на официальной информации о стоимости отдельных проектов, энергетическая самодостаточность обойдется Узбекистану в $70 млрд. И эту сумму нельзя назвать окончательной в связи с тем, что в ней не учтены инфляционный прирост и незапланированное удорожание проектов на стадии реализации. Источниками для расчетов стали цифры министерства энергетики, Научно-информационного центра Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии Центральной Азии, сообщения официальных информагентств Узбекистана о стоимости проектов ВИЭ.

Самым обсуждаемым объектом концепции стало строительство первой в стране атомной электростанции. Напомним, Kursiv.kz писал о том, что АЭС будут строить специалисты Росатома и на это необходимо $11 млрд. Несмотря на масштабность проекта, анализ данных Минэнерго РУ показал, что в 2030 году АЭС с мощностью 2,4 ГВт будет занимать всего 8% от планируемого объема генерации (29,3). При этом на строительство самой станции и инфраструктуры будет потрачено восемь лет.

Сторонники ядерной энергетики приводят аргументы о мультипликативном эффекте, который даст первая узбекская АЭС. Это работа на перспективу. В частности, в интервью «Российской Газете» гендиректор Росатома Алексей Лихачев приводил такие расчеты. Один доллар, вложенный в строительство АЭС, в дальнейшем может принести $4,3 в ВВП Узбекистана.

Самыми дорогостоящими и энергоемкими для Узбекистана станут крупные проекты по строительству и модернизации теплоэлектростанций, объектов альтернативной энергетики.

Инфографика Узбекистан ЭЭ.png

Где взять деньги?

В самом документе вопрос источников финансирования размыт. Игорь Матвеев считает, что «в настоящее время не стоит делать выводы о том, является ли концепция оптимистичной или пессимистичной, подкреплена ли она финансовым инструментарием». Это связано и с протяженностью во времени и с ростом заинтересованности иностранных инвесторов.

Данные сайта узбекистанского Центрального банка показывают, что у страны нет финансового запаса, чтобы реализовать все проекты без привлечения инвестиций. Официальные резервные активы на конец апреля 2020 года составляют $31,2 млрд, а внешний долг – $18,8 млрд.

В официальных выступлениях в СМИ представители профильного министерства делают акцент именно на инвестиции. В рамках соглашений энергопроекты будут функционировать по модели «Build-own-operate» (строить-владеть-эксплуатировать). А чтобы инвесторы чувствовали себя более уверенно, минэнерго представит тарифную политику, которая будет продумана на много лет вперед. Такой подход уже показывает первые результаты. Например, при объявлении тендера на строительство солнечной электростанции в Навоийской области мощностью 100 МВт о своем желании вкладывать деньги в проект заявили 23 иностранных инвестора. В конкурсе на строительство ВЭС в республике Каракалпакстан заявки подали 70 компаний и консорциумов из 30 стран мира.
 
Согласно данным пресс-службы Минэнерго РУ, две новые теплоэлектростанции, работающие на газе, в Сурхандарьинской и Бухарской областях построят турецкие компании Yildirim Enerji Holding и Cengiz Energy. Министерство уже заключило с ними предварительные соглашения. Что касается атомной электростанции, то источником финансирования строительства данного объекта может выступить Россия. Kursiv.kz сообщал о намерениях выделения экспортного кредита Ташкенту.

Исходя из новой стратегии, затраты на строительство новых объектов, хоть и растянутые во времени, лягут на плечи потребителей. Притом заплатить за прогресс придется не только тем, кто будет жить рядом с новыми энергообъектами, а всем потребителям республики. Это вытекает из идеи перехода Узбекистана на оптовый рынок электроэнергии с 2021 года. Его механизм частично прописан в концепции. Смысл заключается в установлении единого национального тарифа для конечного потребителя во всех регионах. В стране будет установлена такая цена на киловатт, которая покроет затраты на генерацию, транспортировку, амортизацию, обслуживание долгов и выплату дивидендов.

По словам исполнительного директора МЦУЭР Игоря Матвеева, мировой опыт использования системы оптовых рынков электроэнергии позволяет сделать заключение – предполагаемые цели по сдерживанию темпов роста тарифов для людей при таком подходе почти не достигаются. Правила начинают диктовать рыночные «стихии», что приводит к дисбалансу и удорожанию электроэнергии. Эксперт считает, что такой подход потребует повышенного внимания государства, твердого регулирования.

banner_wsj.gif

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Читайте свежий номер

kursiv_kaz.png