Перейти к основному содержанию

8610 просмотров

Ревизию госпрограмм предложили провести в Казахстане

И привлечь к их финансированию банки

Фото: Олег Спивак

Председатель президиума Национальной палаты предпринимателей Казахстана «Атамекен» (НПП) Тимур Кулибаев во время встречи с парламентариями предложил провести ревизию госпрограмм по поддержке бизнеса и снизить уровень участия государства в этой сфере. Заместить госпрограммы должны банки, но они смогут это сделать только в случае смягчения регуляторных требований к ним, признает он.

«Госпрограммы начали постепенно замещать рыночные механизмы привлечения денег: к примеру, сегодня есть девять госпрограмм по поддержке сельского хозяйства, – сказал Кулибаев во время встречи с депутатами мажилиса. – Идет конкуренция между банками и институтами развития: внутри госпрограмм существуют разные операторы, разные ставки, это дезориентирует рынок. Необходимо выработать единые приоритеты, какие отрасли поддерживать, а какие отдать рынку. Нужна ревизия всех госпрограмм. Давайте совместно проведем эту работу», – обратился он к парламентариям.

При каких условиях банки смогут заменить государство

Сам автор предложения признал, что сейчас в Казахстане с банковским кредитованием бизнеса все обстоит не лучшим образом: по сведениям главы президиума НПП, по сравнению с прошлым годом объем кредитования юридических лиц со стороны банков снизился на 5,4%, а банковские займы малому и среднему бизнесу уменьшились на 12,5%.

Это при том, что в займах казахстанский бизнес остро нуждается: по данным исследования Всемирного банка, большинство казахстанских предприятий (62%) держится на плаву, не имея возможностей для дальнейшего развития. Исследования НПП дают примерно ту же цифру: 60% компаний обрабатывающей промышленности испытывает проблемы с получением займа на оборотные средства.

«Зачастую это связано с высокими требованиями банков, высокой ставкой по кредиту и недостатком залоговой базы», – утверждает Кулибаев.

И эти же 62 и 60% в разных интерпретациях остаются за бортом и государственных программ. Выход спикер видит в смягчении требований к банкам со стороны регулятора: по его мнению, банки сейчас находятся под давлением усиленного регулирования и вынуждены придерживаться консервативного подхода при принятии кредитных решений.

Разомкнуть круг, при котором банки не кредитуют бизнес, потому что у него нет достаточного залогового имущества, а это имущество не появляется, потому что у бизнеса нет возможности получить необходимые заемные средства, предлагается за счет снижения пруденциальных нормативов и требований к залоговому обеспечению.

При этом риски банков НПП предлагает нивелировать за счет внедрения цифровых технологий, формата цифровых кредитных досье и информационных систем управления рисками. По мнению палаты, это позволит банкам проводить экспресс-анализ компании, оценивать ее благонадежность за счет проведения рейтингов на основе базы данных информационных систем.

НПП считает необходимым, чтобы государство сократило количество госпрограмм, освободив кредитную нишу для получивших большую свободу банков, оставшись с госпрограммами только в нескольких стратегических отраслях.

Банки и финансисты «за»

Отметим, что идея ревизии госпрограмм и частичного ухода государства с рынка кредитования высказывалась и ранее: в середине ноября глава Народного банка Умут Шаяхметова на конференции «Финансовый рынок и реальный сектор экономики» заявила, что поддержка государством бизнеса была эффективной лет пять назад, когда осуществлялась точечно по тем самым стратегически важным отраслям.

«Нам нужно сокращать количество госпрограмм, так как ручное управление становится неэффективным и порождает иждивенческие настроения, причем у всех институтов и участников госпрограмм, – считает Шаяхметова. – Мы уже залезли в Нацфонд, в хорошую кормушку, и это не стимулирует быть более эффективными государство и правительство. Я не вижу спроса на модернизацию, на изменение своих процессов со стороны заемщиков: было много программ по лизингу в 2006-2008 годы, на этом рынке было хорошее налогообложение, которое породило в те годы переоснащение наших старых фондов. И сейчас такое время подошло: необходимо переоснащаться, но большого спроса мы не видим», – отмечает она.

Выводы у банкиров примерно те же, что и у НПП: они призывают слезть с госпрограммной «иглы» и разделить поляну кредитования между банковским сектором и государством, оставив за последним кредитование стратегических секторов экономики. Хотя в эффективности госкредитования та же Шаяхметова сильно сомневается: в качестве примера она приводит сельское хозяйство страны, которое, несмотря на девять госпрограмм, в массе своей остается «депрессивным». Так что вопрос ревизии деятельности операторов госпрограмм остается актуальным сам по себе, вне зависимости от того, поделят они с банками рынок кредитования или нет.

Необходимость сокращения госучастия в кредитовании разделяет и глава Ассоциации финансистов Казахстана Елена Бахмутова – в первую очередь потому, что это, по ее мнению, глушит предпринимательскую инициативу: бизнес просто ждет появления на рынке очередной порции дешевых денег, вместо того чтобы пытаться решать свои проблемы. К тому же снижение стоимости заемных средств рано или поздно ударит по самому государству и по рынку: расширение госпрограмм будет требовать все больших и больших вливаний, которые имеют свои ограничения. И когда бюджетные возможности будут исчерпаны, государство может столкнуться с проблемой привыкшего к госпомощи бизнеса с одной стороны и потерявшего свои возможности в сфере кредитования финсектора – с другой.

«Ограничения административных интервенций государства в экономические рыночные отношения, включая финансовый рынок, просто необходимы», – считает она.

Кредиты под проекты, а не под залоги

Представители бизнеса, на которых направлены кредиты (и от банков, и в рамках госпрограмм), считают, что банки смогут на равных конкурировать с государством не в результате снижения регуляторных требований к ним, а в случае изменения подходов к заемщикам. В частности, по мнению генерального директора отраслевой организации «Мясной союз Казахстана» Максута Бахтыбаева, банки смогут выдавить государство со своей вотчины, если будут воспринимать бизнес как партнера в зарабатывании денег, а не как средство их зарабатывания. Но это означает, что они должны разделять с ним риски, кредитуя его под залог текущих проектов, а не под залог имеющихся у него активов.

«Так как акционерам банка важна прибыль (и тут как бизнесмены они правы), то о росте реального сектора экономики они будут думать тогда, когда придет понимание, что банк – это парт­нер бизнеса, и прибыль от этого партнера можно получать только тогда, когда они будут расти вместе. Когда кредиты будут давать не под залоги, а под проекты. А для этого нужна экспертиза этих проектов в банках – и тогда государству на рынке кредитования будет нечего делать», – считает Бахтыбаев.

В нынешней же ситуации, по его мнению, кредитование через госпрограммы является более или менее действенной попыткой оживить экономику. Минусы такого вмешательства, по словам спикера, очевидны: государство по корпоративным и рыночным меркам не самый лучший управленец, и рядом с ним на рынке всегда идут бюрократия, коррупция, непрозрачность и прочие побочные эффекты. Но проблема в том, что банки сейчас достойной альтернативы рынку и бизнесу предоставить просто не могут.

«Всем известно, что в реальном бизнесе, связанном с производством, рентабельность не превышает 25–30%, из них отдавать 15-17% банку, да еще и предварительно дав ему 150–200% залогов от стоимости проекта, – это из области фантастики», – отмечает Бахтыбаев.

По его мнению, переходная модель, когда операторами гос­программ будут выступать не нацхолдинги и их дочки, а банки, позволит сделать процессы распределения средств прозрачнее, но тогда средства госпрограмм станут дороже для бизнеса за счет появления посредников. При таком решении, по сути, все программы поддержки бизнеса и населения превратятся в программу поддержки банков, что тоже не является рыночным решением, убежден эксперт.

Госхолдинги уже проходят AQR?

Банки со сторонней помощью заканчивают оценку своих активов (AQR), так что к январю Национальный банк вполне может оценить их способности заместить государство на рынке кредитования. Как идет и проводится ли вообще аналог AQR в отношении самих государственных программ и их операторов, среди которых национальные холдинги, пока неясно. Хотя о необходимости ревизии деятельности государства на рынке неоднократно заявлял в течение всего этого года президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев.

«Мы должны четко определиться с границами государства в экономике, – сказал Токаев на заседании совета национальных инвесторов в мае этого года. – В непростые времена государство всегда брало на себя бремя поддержания экономического роста, но нельзя забывать, что системная конкурентоспособность экономики формируется за счет частного бизнеса. Именно поэтому была поставлена задача довести долю государства в экономике до стандартов стран ОЭСР. Это даст толчок частным инвестициям и развитию МСБ», – сказал глава государства.

После чего поручил правительству до 1 сентября провести ревизию всех разрешенных видов деятельности для госкомпаний и внести предложения по их сокращению, одновременно объявив мораторий на создание новых государственных компаний в экономике. А 2 сентября, выступая с посланием народу Казахстана в парламенте, Токаев напрямую дал правительству поручение проверить эффективность деятельности госхолдингов.

«Нам нужно понять, каков реальный вклад Фонда национального благосостояния в рост благосостояния народа за прошедшие 14 лет. Правительство вместе со Счетным комитетом в трехмесячный срок должны провести анализ эффективности государственных холдингов и национальных компаний, – заявил тогда президент страны. – Количество государственных компаний можно и нужно сократить, при этом следует аккуратно подходить к деятельности государственных компаний, работающих в стратегических секторах – контроль государства над ними должен сохраниться. В противном случае вместо государственных монополистов мы получим частных монополистов со всеми вытекающими отсюда последствиями», – добавил президент.

Если исходить из сроков, озвученных в поручении главы государства, результаты анализа эффективности деятельности гос­холдингов и получение данных банковского AQR должны сойтись в одной точке – к 1 января 2020 года (анализ деятельности госхолдингов должен быть проведен даже чуть раньше – 2 декабря 2019 года, если отсчитывать ровно три месяца от даты озвучивания поручения, то есть от 2 сентября).

banner_wsj.gif

30727 просмотров

Какой казахстанский бизнес потеряет миллиарды тенге на эпидемии

В условиях чрезвычайного положения замирают целые секторы экономики

Фото: Олег Спивак

Целые секторы экономики замирают в условиях чрезвычайного положения в Казахстане и карантина в Алматы и Нур-Султане. Бизнес ищет варианты работы онлайн, но не для всех это возможно. 

Санитайзеры стали обязательным элементом крупных торговых центров в Казахстане. Но даже ежечасная дезинфекция и тепловизоры на входах не спасают бизнес в условиях карантина. «Информируем вас о закрытии всех ТРЦ сети в целях предотвращения угрозы распространения коронавирусной инфекции» – это объявление на сайте «Меги» появилось позавчера, 17 марта. Днем позже о приостановке деятельности сообщил молл «Апорт».  

Работать на территории торговых центров Алматы и Нур-Султана продолжают только супермаркеты и аптеки.

Бизнес закрывается на карантин

Оценивать влияние ЧП и карантина на казахстанский бизнес большинство опрошенных «Курсивом» экспертов отказались, ограничившись словами «последствия будут, но говорить о них рано».

Они перечислили лишь очевидный набор отраслей, которые пострадают первыми, – это непродовольственный ретейл, общепит, транспорт, досуг, туризм. Сфера оптовой и розничной торговли генерирует самое большое число рабочих мест. По данным статистики, в январе 2020 года этим бизнесом занимались 543,9 тыс. субъектов предпринимательства. Оборот розницы в феврале составил 767,1 млрд тенге. Совокупный вклад торговли в ВВП 2019 года – 11,6 трлн тенге. Вклад рынка услуг по проживанию и питанию в ВВП 2019 года составил 777,7 млрд тенге.

Профессиональные ассоциации, куда мы обратились за комментариями, также затруднились оценить масштаб грядущих потерь. Как удалось выяснить «Курсиву», после введения чрезвычайного положения посещаемость в этих заведениях обрушилась на 75%. Можно предположить, что с ужесточением ограничений до карантина поток посетителей сократится почти до нуля. Стоит заметить, что этот сегмент – один из самых динамично развивающихся, и не только в мегаполисах. По данным сервиса 2ГИС, число заведений общественного питания в Казахстане за последний год выросло на 17%. В пяти крупнейших городах страны число действующих точек общепита достигло 10 тыс. При этом число фреш-баров и кофеен удвоилось – до 4397, вдвое больше стало суши-баров, кофейни и кондитерские выросли на 40%, бары – на 32,8%, число пиццерий увеличилось на 31%. Формат кафе, кулинарий и столовых показал рост на 13%, ресторанов – на 8,3%. Все они с 19 марта в Алматы и Нур-Султане закрыты, карантин предполагает «установление нового режима работы объектов общественного питания по принципу «доставки до клиентов», с усилением санитарно-противоэпидемиологических мер». Некоторые представители этого рынка находят креативные пути для функционирования в условиях карантина – например, винотеки продолжают организовывать дегустации, но проходят они онлайн. 

bizness.jpg

Иллюстрация: Мадина Сапарбаева

Все участники дегустации получают вино на дом и общаются с сомелье через интернет. Сектор искусства, развлечений и отдыха, полностью остановленный карантинными мерами, обеспечивает работой 14 729 предприятий малого и среднего бизнеса. Их вклад в ВВП прошлого года – 502,7 млрд тенге. Госстат приводит статистику оборотов этого рынка в минувшем году: организаторы спортивных мероприятий привлекли 208,9 млрд тенге, организаторы культурно-массовых мероприятий – 54,3 млрд тенге. В целом годовой оборот в этой сфере составил 777 млрд тенге. В области оказания транспортных и складских услуг заняты 97,6 тыс. предприятий МСБ. Их вклад в ВВП минувшего года составил 5,5 трлн тенге. 

К каким последствиям приведут ограничения на перемещения, в компаниях и профильных ассоциациях сказать затруднились. Можно отметить, что интернет-магазины переживают рост числа заказов – для продуктовых онлайн-ретейлеров этот рост стал взрывным, и им сейчас приходится резко масштабировать бизнес, чтобы удовлетворить спрос. Проблемы перечисленных секторов экономики быстро отразятся на общем положении – как минимум одному бизнесу нечем будет платить аренду другому бизнесу. Негативный сценарий от одного из экспертов, который пожелал остаться неназванным, подразумевает цепную реакцию последствий, которая затянет в кризис все секторы экономики, включая и самые крупные. Анализ возможных последствий от введения жестких карантинных мер для экономики Казахстана, как стало известно «Курсиву», сейчас по заданию правительства делают несколько казахстанских аналитиков. 

Reuters со ссылкой на данные статистического ведомства КНР сообщает, что влияние карантина на экономику Китая оказалось следующим: промышленный сектор за февраль сократился на 13,5% (вместо прогнозируемых 1,5%), розничные продажи ужались на 20,5% (предсказывали 0,8%), строительная индустрия потеряла 24,5%. В результате аналитические центры сейчас ужесточают прогнозы, касающиеся влияния коронавируса на глобальную экономику.

banner_wsj.gif

drweb_ESS_kursiv.gif