Перейти к основному содержанию

919 просмотров

От лизинга мебели – к бизнесу лизинга

Казахстанский производитель мебели использовал лизинговые технологии, чтобы спастись от влияния кризиса

Фото: Shutterstock.com

Компания Tornadoplus, производитель корпусной мебели, внедрила инструмент лизинга для расширения продаж собственной продукции. Наработанные методы взаимодействия с клиентами заставили Игоря Проценко, владельца компании, задуматься о применении лизинга и на других рынках. Наибольшие перспективы предприниматель видит в фитнес-индустрии. 

В 2016 году рынок мебели погрузился в кризис. Потребление сократилось на 30% в сравнении с 2014 годом, когда мебельная промышленность достигла пика производства. В деньгах за 2014–2016 годы рынок упал на 24%. Низкие продажи повлекли закрытие 30% производственных предприятий. Внедряя в этот момент лизинговые продажи мебели, – впервые на этом рынке в Казахстане, – компания Tornadoplus рассчитывала нивелировать для себя последствия кризиса. 

Проценко попытался привлечь к финансированию лизинговых операций банки, но они отказались. Главная особенность лизинга состоит в том, что до полного выкупа имущества владение закреплено за продавцом. Но бывшая в употреблении мебель выступать залогом для банка не могла. Поэтому Tornadoplus разработала собственную лизинговую программу.

Основой послужил стандартный банковский договор лизинга, который доработали с учетом знания рынка и проблем, с которыми можно столкнуться. К примеру, в документ внесены личные гарантийные обязательства акционеров компании-покупателя. Другой способ снижения рисков – ограничение суммы сделки, она не может быть больше 20 млн тенге. 

Разрабатывая программу, Игорь Проценко понимал, что продукт должен быть востребован на рынке B2B. Наиболее перспективно выглядели частные учебные заведения. К примеру, в 2016 году только в Алматы работало около 200 частных детских садов, 80% которых испытывали потребность в новой мебели. 

Сотрудничество начинается с заявки, которую клиент оставляет на сайте компании. Tornadoplus с согласия контр­агента собирает и анализирует доступную информацию о нем. На принятие решения уходит в среднем две недели. Договор лизинга возможен на срок от года до трех, первоначальный взнос – от 20 до 40%, годовые проценты по лизингу – от 0 до 18%. График платежей строится с учетом сезонных спадов. 

За три года, говорит Игорь Проценко, клиентами программы пожелали стать 40 компаний, с половиной из них были заключены договоры лизинга. Ни одного дефолта допущено не было. «Эта программа была жестом отчаяния в разгар кризиса мебельной отрасли, но спасательным кругом для нас она не стала, – говорит Игорь Проценко. – Зато теперь, когда мебельный рынок пошел в рост, мы будем использовать этот опыт как дополнительное конкурентное преимущество». 

В руках у предпринимателя оказался универсальный финансовый инструмент для любого рынка. Банковские лизинговые программы ориентированы на крупное промышленное производство, а в сфере малого и среднего бизнеса никто подобные инструменты в стране не применяет. 

Что связывает мебель и фитнес-индустрию

Новый бизнес Игоря Проценко – «Самал Лизинг Текнолоджиз». Директор компании Алия Саиди в силу собственных компетенций определила наиболее перспективный для лизинговых технологий рынок: фитнес-индустрия. 

У Алии Саиди – большой опыт в индустрии фитнеса, она участвовала в развитии таких известных фитнес-брендов, как Fitnation, Luxor, Classis, Fightclub в Казахстане, Magneto и Aqquafirst в России. Эксперт говорит, что текущее проникновение фитнеса в Казахстане – минимально. Для Алматы этот показатель составляет 3%, для регионов – не более 1%. В то же время в Москве фитнесом увлечены 8% населения, в Лондоне и Нью-Йорке – 20%, а рекордсмен по этому показателю Барселона – 34% ее жителей регулярно посещают фитнес-залы.

Причин, почему в Казахстане такое низкое проникновение фитнеса, много, но одной из основных Саиди считает низкий уровень готовности индустрии в целом. Это совокупность показателей: от дефицита квалифицированного персонала до низкой компетенции владельцев, слабо представляющих возможные риски бизнеса. По мнению собеседницы, сейчас в Казахстане наступил период массового ухода с рынка некомпетентных игроков. Образующиеся ниши спешат занять крупные отечественные и российские фитнес-бренды. Собственный масштабный фитнес-проект планирует запустить даже крупный игрок из сферы ритейла.

Тренажеры в лизинг 

Сложившуюся ситуацию Алия Саиди называет не кризисом, а качественным перерождением индустрии. Клиенты пойдут туда, где будет лучше обслуживание и спортивные технологии. В этой сфере и видит перспективы «Самал Лизинг Текнолоджиз». 

Для поставок фитнес-оборудования компания заключила договоры с тремя солидными производителями, которые обеспечивают гарантийное обслуживание. 

Сейчас в работе у «Самал Лизинг Текнолоджиз» пять крупных фитнес-проектов: два в Нур-Султане, два в Алматы и один – в Ташкенте. По словам Игоря Проценко, сделки на этом рынке серьезные и требуют тщательной проработки финансового обеспечения, которое может колебаться в пределах от $100 тыс. до более чем $1 млн. 

«В лизинговые программы мы вкладываем весь накопленный опыт и возможности: собственные средства, банковские и частные займы, доход от работающего бизнеса», – говорит Игорь Проценко. Главными проблемами он считает невысокий уровень доверия к лизингу в Казахстане и короткие сроки финансирования. В России лизинговые программы возможны на срок до семи лет. В Казахстане стоимость денег и общее экономическое положение не позволяют запускать программы на срок более трех лет.

Комплексный подход увеличивает доход

Современное спортивное оборудование при должном уходе служит около 10 лет. Сами по себе тренажеры, даже очень качественные и современные, не гарантируют успех фитнес-зала. Поскольку прибыльность лизингового бизнеса напрямую зависит от жизнеспособности компаний-клиентов, «Самал Лизинг Текнолоджиз» проповедует комплексный подход. Перед заключением лизингового соглашения Алия Саиди консультирует клиентов по всем вопросам ведения бизнеса. «Конечно, консультации – это часть нашей прибыли, – признается Алия. – Но так мы показываем, что в успехе бизнеса клиента мы заинтересованы так же, как и в сохранении своей репутации».

3534 просмотра

В Мангистауской области третий год не могут построить птицефабрику

Она могла бы решить нехватку в регионе мяса птицы и яиц

Фото: Ольга Золотых

Еще в начале года птицефабрику мясного направления, которая должна покрыть половину потребности Мангистауской области в курином мясе, обещали открыть сначала в сентябре, а затем в декабре. Сейчас ее ввод перенесли на середину следующего года. Также была перенесена сдача в эксплуатацию и птицефабрики яичного направления.

Птицефабрику мясного направления в Тупкараганском районе Мангистауской области начали строить еще в конце 2017 года, но в середине 2018 года проект встал: возникла проблема с инфраструктурой и прокладкой инженерных коммуникаций. Предприниматели вначале заручились поддержкой акимата – местные власти должны были подготовить площадки к строительству. Однако в бюджете средств на это не оказалось.

«ПСД очень долго разрабатывалась, потом были проблемы с экспертизой и коммуникациями. Но в этом году вмешался уже аким области, наш вопрос поставили перед региональной комиссией, и в результате в бюджет заложили средства – 888 млн тенге – на инфраструктуру», – сказал «Курсиву» директор ТОО «Актау Агро» Данияр Тургинов.

На брифингах, которые проходили в Актау с участием руководителя управления сельского хозяйства и заместителей акима области в начале и в середине этого года, журналистам сообщили, что птицефабрика вот-вот запустится: сначала говорилось о вводе в эксплуатацию в сентяб­ре, затем сроки сместились до декабря. В итоге, по последним данным, производство будет запущено в июне 2020 года.

К слову, сегодня более 80% куриного мяса в область завозят извне. Мелкие птицефермы не могут полностью покрыть потребности региона – сейчас она составляет 10 тыс. т мяса птицы в год. Планируется, что строящаяся птицеферма покроет половину от этой потребности – ее производственная мощность 5 тыс. т мяса в год. Сейчас здесь ведется строительство и установка оборудования.

«В инкубаторном цехе будут вылупляться цыплята. Яйца для этого цеха планируем завозить из соседней России и Турции, все будет зависеть от цены. В каждом птичнике – а их всего 16 – можно содержать чуть больше 30 тыс. птиц, будем выращивать их до товарного веса», – добавил Данияр Тургинов.

Затем птицу будут отправлять в убойный цех мощностью 2 тыс. голов в час, а оттуда на полки супермаркетов и рынки области. На четвертой площадке размес­тится комбикормовый завод мощностью 10 тыс. т в час. Здесь планируется производить корма не только для птицы, но и для скота. Стоимость всего проекта птицефабрики – 4,6 млрд тенге. Из них 1 млрд тенге – собственные средства казахстанского инвестора, остальные заемные. В течение следующих пяти лет планируется строительство «родительской площадки». Таким образом, отпадет вопрос о закупе яиц для инкубаторов в других странах. Тогда же мощности фаб­рики могут увеличиться вдвое, а потребность области покроется на 100%.

Что касается птицефабрики яичного направления в Мунайлинском районе, то изначально ее также планировали запустить в 2019 году, но еще в 2018 году из-за проблем с инфраструктурой сроки ввода в эксплуатацию перенесли на 2020 год.

«Сейчас стоит вопрос по финансированию проведения коммуникаций и инфраструктуры. Компания просила акимат выделить средства, но денег на это в бюджете не предусмотрено. На эти работы необходимо 100 млн тенге. Сейчас мы отправили заявку для рассмотрения данного вопроса и финансирования через программу «Дорожная карта бизнеса-2020». Но пока ответа нет», – рассказал в интервью «Курсиву» заместитель руководителя Мангистауского областного управления индустриально-инновационного развития Талгат Абдикадыров.

Двумя месяцами ранее на брифинге в РСК заместитель акима Мангистауской области Нурдаулет Килыбай отметил, что вопрос с выделением средств практически решен.

«Недавно аким области дал задание экономистам, чтобы они заложили деньги на строительство инфраструктуры на эту базу», – сказал Нурдаулет Килыбай.

Сам проект стоимостью около 5 млрд тенге называют очень важным для региона, ведь в области нет ни одной птицефаб­рики, которая производила бы куриные яйца в промышленных масштабах. Мощность будущего производства – 143 млн яиц в год. При этом регион потребляет в среднем до 100 млн яиц в год. Оставшуюся часть продукции планировалось отправлять на экспорт в Иран.

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

Биржевой навигатор от Freedom Finance