3574 просмотра
3574 просмотра

Почему запретительные меры не подняли спрос на отечественную кожу

А фермеры просто выбрасывают излишки

Фото: ktkusmtku

Как утверждают фермеры Карагандинской области, полугодовой запрет на вывоз необработанных шкур КРС серьезно ударил по экономике региона и снизил его экспортный потенциал. А местные предприятия по выпуску кожаных изделий и вовсе не ощутили от законодательного ограничения какого-либо эффекта.

Запрет действовал с 19 февраля по 10 сентября 2019 года на территории всего Казахстана. Инициаторами данного запрета стали три крупных переработчика – Алматинский, Таразский и Семипалатинский кожевенные заводы. Ранее они жаловались на дефицит местного сырья, которое уходило за рубеж – чаще всего в Китай и Турцию, а назад возвращалось в виде выделанной кожи с 14-кратной накруткой на первоначальную стоимость.  

14 ноября, спустя два месяца после отмены ограничения, обанкротился Семипалатинский кожевенно-меховой комбинат – единственный в своем роде не только в Казахстане, но и во всей Центральной Азии. Его задолженность перед кредиторами составила 5 млрд тенге, перед государством – 65 млн тенге. 

Миллиарды на свалку 

Исходя из отчетов областных властей, сельское хозяйство является вторым по значимости направлением экономического роста Карагандинской области. В 2018 году в структуре ВРП на его долю приходилось 8% (100 млрд тенге), оставшиеся 92% – на промышленность (1,4 трлн тенге). 

Ежегодно в регионе выращивают более 500 тыс. голов КРС, забивают – более 200 тыс. Из слов животноводов следует, что в период запрета они были вынуждены выбрасывать шкуры, поскольку отечественные переработчики предлагали им несоизмеримо меньше по сравнению с перекупщиками – 200 тенге против 10 тыс. тенге за шкуру. Впрочем, то же самое фермеры делают и сейчас, после отмены запрета, так как спрос на эту продукцию не возобновился.  

«Чтобы приберегать шкуры, которые являются скоропортящимся продуктом, до лучших времен, нужно содержать целый штат, покупать соль, строить склад – это все вложения. Поэтому мы просто их выбрасываем. Раньше деньги, вырученные от продажи этого товара, мы вкладывали в производство, получали прибыль. Теперь существуем исключительно за счет субсидий от государства. Только представьте: тысячи фермеров ежегодно режут миллионы голов скота. Если умножить это число на 10 тыс. тенге, получится, что миллиарды ушли на свалку. Страна теряет экспортный потенциал, бюджет недополучает огромные суммы. В этом году мы зарезали 15 тыс. голов КРС. Можете подсчитать, какие убытки мы понесли, выбрасывая шкуры», – поделился с «Курсивом» директор откормочной площадки КХ «Жаке» Жанат Азыханов

Импортное лучше? 

В регионе нет предприятий, перерабатывающих шкуры КРС. Изготовлением кожаных изделий в промышленных масштабах занимается лишь Карагандинская обувная фабрика. Исходное сырье предприятие закупает как на отечественном, так и на российском рынках. 

«Сейчас нашим основным казахстанским поставщиком является алматинский завод, раньше – еще и семипалатинский. Поскольку отечественная кожа уступает по качеству иностранным аналогам, мы используем ее только для производства рабочей обуви. Для повседневной она не подходит, как и для галантереи, – слишком жесткая. Тем не менее стоит она несколько дороже российской – 50 тенге за квадратный дециметр. На производство пары ботинок мы тратим в среднем 30 кв. дм. При этом в структуре себестоимости готовой продукции доля сырья обычно составляет 50%», – рассказывает главный менеджер ТОО «Карагандинская обув­ная фабрика» Алексей Заика.

По его словам, запрет на вывоз необработанных шкур не сказался на обувном предприятии – оно не нуждалось в увеличении поставок отечественного сырья. 

«Чтобы наладить выпуск качественной кожи, недостаточно одного запрета. Работу необходимо проводить параллельно. Фермеры должны сначала научиться снимать шкуру правильно, а не делать это с закрытыми глазами. Тогда и брака будет меньше, и отделки. Вместе с тем кожевенные заводы должны быть модернизированы. Наши предприятия ни в какое сравнение не идут с зарубежными. Российские, например, в 50 раз больше, но все равно не по всем параметрам дотягивают», – рассуждает г-н Заика.  

Владелец небольшого производства по пошиву кожаных сумок и аксессуаров «Мануфактура ER» Александр Ермаков приобретает расходный материал в России. Соседняя страна выделывает кожу сама и перепродает итальянскую. 

«Квадратный дециметр обходится от 20 до 100 рублей (курс рубля на 19 ноября 2019 года – 6,08 тенге. – «Курсив»). Для сумки среднего размера необходимо 100 кв. дм, или 1 кв. м. Себестоимость готового изделия с учетом фурнитуры – 30 тыс. тенге, не считая логистику, налоги, труд», – говорит предприниматель. 

Стоимость кожаной сумки карагандинского производства варьируется от 50 до 80 тыс. тенге. Поэтому предприятие сотрудничает в основном с покупателями из Алматы и Нур-Султана, в том числе и с крупными международными компаниями. В перспективе – выход на европейский рынок. 

«Почему-то люди считают, что цены на отечественную продукцию должны быть ниже. Но никто не учитывает, что многое зависит от сырья. Кожа, выделанная в Казахстане, не стоит дешевле, потому что оборудование используется импортное, химия – тоже. Вдобавок ко всему нет таких больших объемов производства, как в той же России. И потом, существует понятие «рынок». Почему мы должны продавать свою продукцию дешевле, чем безымянные европейские бренды? Мы и так находимся в сложной ситуации, когда национальная валюта почти ничего не стоит», – резюмировал Александр Ермаков.

Безымянный_101.png

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook и Telegram


Материалы по теме


Читайте в этой рубрике

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

kursiv_instagram.gif

Читайте свежий номер