1608 просмотров
1608 просмотров

Эпидемия бесчувственности

Тема апокалипсиса в последнее время все больше занимает голливудских режиссеров, даже в общем-то стоящих в стороне от мейнстрима. Пример тому – и «Заражение» Стивена Содерберга, и «Последняя любовь на земле» Дэвида МакКензи. Только в отличие от американца Содерберга, европеец МакКензи, пробуя себя на этой благодатной ниве коммерческого кинематографа, обращается не столько к ужасам социальным, сколько к чувственным. Его новый фильм повествует как раз о потере человеческих чувств и о том, выстоят ли в этом хаосе романтические отношения.<br />

Тема апокалипсиса в последнее время все больше занимает голливудских режиссеров, даже в общем-то стоящих в стороне от мейнстрима. Пример тому – и «Заражение» Стивена Содерберга, и «Последняя любовь на земле» Дэвида МакКензи. Только в отличие от американца Содерберга, европеец МакКензи, пробуя себя на этой благодатной ниве коммерческого кинематографа, обращается не столько к ужасам социальным, сколько к чувственным. Его новый фильм повествует как раз о потере человеческих чувств и о том, выстоят ли в этом хаосе романтические отношения.

По миру распространяется непонятный вирус, лишающий обоняния. Некоторое время спустя люди перестают чувствовать вкус еды, затем наступает глухота. И так далее, человечество лишается одного чувства за другим. Распространение вируса по времени совпадает с развитием взаимных симпатий между шеф-поваром Майклом (Юэн Макгрегор) и эпидемиологом Сьюзан (Ева Грин). Окна ее квартиры выходят на задний двор ресторана, в котором трудится он, так что деваться им друг от друга некуда, и случайная просьба прикурить оборачивается вспыхнувшим романом.

Начинаясь как очередной ремейк «Прекрасной Марты» (немецкой романтической комедии про путь к сердцу женщины через гастрономию), «Последняя любовь на Земле» довольно быстро обнаруживает сходство со «Слепотой» Фернанду Мейрелиша — другой картиной про утрату способности к чувственному восприятию. Правда, у Мейрелиша, который экранизировал претенциозный роман Жозе Сарамаго, человеческий вид терял зрение и стремительно деградировал, погрузившись во тьму.

Здесь же общество легко переживает исчезновение запахов, да и с последующей потерей вкусовых ощущений справляются даже рестораны. Казалось бы, что страшного, если люди лишатся пяти чувств и будут есть одуванчики, натыкаясь на стены? Человек – существо приспосабливаемое – ко всему привыкает. Так что, если в какой-то момент у героев со зрителями и появляется ощущение надвигающейся катастрофы, то режиссер готов использовать его для того, чтобы показать: жизнь продолжается.

Однако качественные изменения этой самой жизни — отличный повод снова поиграть с жанрами. Режиссер «Бабника», «Молодого Адама» и «Холлэма Фо» Дэвид МакКензи оживляет сразу два закостеневших было жанра: зомби-слэшеры и фильмы-катастрофы, но никак не может перескочить за грань банальной мелодрамы. В избитой стилистике фильмов-катастроф МакКензи умело использует постапокалиптическое запустение городов Соединенного Королевства. В «Последней любви» безлюдный Глазго не сильно уступает вымершему Лондону в «28 днях спустя». Атмосферу усугубляют тревожные скрипки германо-британского композитора Макса Рихтера, напоминающие и саундтрек к «Реквиему по мечте», и множество других звуковых дорожек к фильмам.

Решившись на столь необычную тему – препарацию чувств на фоне их последовательной потери и анализ главного чувства на фоне хаоса и анархии–специалист по любовным страстям Дэвид МакКензи почему-то так и не смог наскрести хотя бы чуточку храбрости на нестандартную ее реализацию. На дворе конец света, человечество вроде как изменилось навсегда, а на экране лениво и нерешительно раскручивается традиционная мелодрама.
Только в сравнении с типичной мелодрамой в «Последней любви на Земле», кажется, что главные герои устремляются друг к другу в объятия не столько из-за любви, сколько из-за отчаяния и страха. Вот уж воистину движущая сила борьбы с любой эпидемией.

Девушка БондаДо того, как стать девушкой Бонда Ева Грин успела сняться в трех крупных кинокартинах – «Царство небесное», «Арсен Люпен» и в «Мечтателях» у Бернардо Бертолуччи – но именно «Казино Рояль» принесло ей мировую славу. Затем было еще несколько лент, однако «Последняя любовь на Земле», пожалуй, лучшая характерная роль актрисы на сегодняшний день.

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

kursiv_in_telegram.JPG


Материалы по теме


Читайте в этой рубрике

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

kursiv_instagram.gif

Читайте свежий номер

kursiv_opros.gif