2322 просмотра
2322 просмотра

«Практика доказала опасность нефтедобывающих платформ на глубоководье»

В связи с катастрофой в Мексиканском заливе, страховая компания Transocean Limited уже выплатила $401 млн, и эксперты говорят, что общая сумма может дойти до $900 млн. Этот инцидент может сильно изменить отношение страховых компаний к нефтедобывающему сектору. Об этом, а также и о том, как отреагировал на этот случай казахстанский рынок, расскажет Председатель Правления АО «СК «Allianz Kazakhstan» Жанар <br />Калиева.

«Практика доказала опасность нефтедобывающих платформ на глубоководье»

«Практика доказала опасность нефтедобывающих платформ на глубоководье»
В связи с катастрофой в Мексиканском заливе, страховая компания Transocean Limited уже выплатила $401 млн, и эксперты говорят, что общая сумма может дойти до $900 млн. Этот инцидент может сильно изменить отношение страховых компаний к нефтедобывающему сектору. Об этом, а также и о том, как отреагировал на этот случай казахстанский рынок, расскажет Председатель Правления АО «СК «Allianz Kazakhstan» Жанар
Калиева.


– Жанар Ганиевна, как авария в Мексиканском заливе отразилась на мировом и казахстанском страховом рынках? Приведет ли это к повышению тарифов?
– Авария, происшедшая в Мексиканском заливе, несомненно, сильно повлияла на отношение к нефтедобывающему процессу во всем мире, в том числе и в Казахстане. Был поднят ряд вопросов как финансового, так и экологического характера.
Меня радует тот факт, что в Казахстане срочно принимаются меры по защите уникальных природных зон Каспия. Например, ассоциация KazEnergy на последнем заседании приняла решение создать специализированный координационный совет по развитию нефтегазовых операций на море.
Подобные инициативы, а также меры, которые предпринимает правительство, направлены на повышение безопасности нефтедобывающего процесса, на защиту экологии, человеческих ресурсов и инвестиций. Я уверена, что страхование, призванное минимизировать убытки индустрии, найдет достойное место в этих программах.
Что касается вопроса повышения тарифов, прежде всего, необходимо понимать, что тарифы – это не нечто универсальное и единое во всех отношениях. Тарифы – это котировки, которые формируются из массы показателей, такие как место бурения, количество бурящих, система бурения и так далее. Страховые компании могут корректировать тарифы, так как энергетические риски достаточно сложные и не всегда точно прогнозируемые. Если бурение проводится качественно, тарифы могут и не повышаться.

– Как на Ваш взгляд, катастрофа BP войдет в анналы истории или со временем память о ней сотрется?
– Развитие страхования имеет долгую историю, которая, в том числе, формировалась за счет накопления подобного опыта. Происшедшая катастрофа – это практика, на основе которой будут делаться выводы. Понятно, когда получают сильное испытание, стараются предотвратить его в дальнейшем.
Случившееся в Мексиканском заливе приведет к изменению отношения страховщиков к нефтедобыче – впредь они будут более скрупулезно подходить к оценке подобных рисков, в качестве примера говоря: «А вот помните, что случилось в Мексиканском заливе?!»
Самое главное, теперь у всех появилось понимание, что нефтедобывающая платформа по добыванию на глубоководье может быть опасна, в то время как раньше говорили о ее безопасности.

– Как Вы считаете, после этого инцидента количество компаний, ориентированных на страховании нефтедобычи, уменьшится или увеличится?
– Все зависит от ресурсов компании, емкостей и так называемого риск-аппетита. На рынке страхования всегда существуют компании, стратегия и потенциал которых позволяют им принимать на страхование риски значительного объема и уровня. Есть и другие игроки, которые не в состоянии себе это позволить, а потому отстраняются от подобных рисков.

– В связи с участившимися катаклизмами и авариями, поменялась ли система оценки рисков за последнее время?
– Мировой опыт показывает, что страховые компании всегда одними из первых приспосабливались к изменениям, в том числе и к нынешним условиям финансовой нестабильности.
Сегодня появилось огромное количество новых рисков. Например, картина природных рисков радикально изменилась. Объем убытков от стихийных бедствий удвоился и даже утроился. Наша жизнь меняется, появляются новые технологии, а с ними и новые риски.
Поэтому мы не можем себе позволить оставаться в стороне. Наша задача перед клиентами – всегда быть готовыми обеспечить своевременную защиту от новых угроз, возникающих в данных обстоятельствах. Риски есть всегда и везде. Секрет успеха заключается в том, чтобы найти способ управления ими как для себя, так и для своих клиентов.

– Возможно ли, что после инцидента в Мексиканском заливе, государство будет налагать дополнительные обязательства по страхованию?
– Нельзя перекладывать все риски на плечи государства. Со временем, когда частный страховой рынок нашей страны окрепнет и аккумулирует достаточно капитала, он сможет взять на себя обязательства по минимизации рисков техногенных катастроф.
Не перестаю говорить о необходимости принятия закона об обязательном страховании ответственности владельцев опасных производственных объектов, считаю это чрезвычайно важным. Аналогичного мнения придерживаются представители исполнительной и законодательной власти. Закон «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам обязательного страхования гражданско-правовой ответственности владельцев объектов, деятельность которых связана с опасностью причинения вреда третьим лицам» был подписан президентом РК 4 мая текущего года.

– В Казахстане обязательное страхование является локомотивом в данном секторе, как долго это будет продолжаться? И когда добровольное страхование выйдет на первый план?
– Действительно, обязательное страхование оказывает огромное влияние на развитие страхового рынка Казахстана. Так, введение одного-двух обязательных видов страхования позволяет поднять рынок в два-три раза.
Вопрос перехода страхового рынка из обязательного в преимущественно добровольный формат тесно связан с экономической ситуацией в целом, ростом экономики и доходов населения. Человек так устроен, что в первую очередь удовлетворяет свои первоначальные, базовые, нужды. И уже потом, когда появляются дома, квартиры, машины, бизнес, а самое главное – желание это защитить, создается почва для развития добровольного страхования.
Наша экономика развивается, и вместе с ним – рынок добровольного страхования в Казахстане. Люди и предприятия стали больше интересоваться страховыми продуктами Не стоит забывать, что на западе страхование существует на протяжении столетий, а у нас всего лишь 15 лет. Всему свое время.

– В страховании очень важна статистика. Как страхование в Казахстане, имея всего 15-летний опыт, справляется с недостатком статистических данных?
– При страховании крупных рисков страховая компания берет на себя ровно столько, сколько позволяет ей собственный капитал. Все, что выше собственных возможностей, отдается на перестрахование, чаще всего в западные страховые и перестраховочные компании, используя при этом их статистические данные.
Сейчас страховой рынок в РК показывает очень маленький уровень убыточности, что неизменно бывает в начале пути. Вопрос статистики связан со временем, а пока мы пользуемся мировым опытом. Но каждый год работает на накопление национального опыта и статистических данных.

– В истории страхования Казахстана еще не было крупного страхового случая. Как Вы думаете, что случится со страховой системой при этом? Сможет ли она устоять?
– Страхование представляет собой очень консервативную модель бизнеса. Мы знаем, сколько банков обанкротилось в связи с кризисом, но подобное не произошло со страховыми компаниями. Единственным исключением была компания AIG, портфель которой был связан с ипотечными кредитами.
Страховая модель оттачивалась на протяжении многих лет. Система, в которой риски делятся между страховщиками и перестраховщиками, позволяет в случае крупного убытка всем остаться на плаву.
Страховые компании строят свою политику на оценке чужих рисков, было бы странно, если бы они не смогли правильно оценить свои.

– Насколько в Казахстане компании, работающие в нефтяном секторе, открыто идут на страхование? Много ли объектов, которые до сих пор не застрахованы?
– К сожалению, точной статистики, сколько объектов остается без страховой защиты, нет. Во всяком случае, она неоткрыта.
Очень часто нефтяная компания страхуется у своей кэптивной компании. В этом есть свои плюсы и минусы, но в этом случае риски остаются внутри бизнеса и никому не передаются.
Недавно мы организовали и провели конференцию на тему «Минимизация финансовых и инвестиционных рисков в энергетическом секторе Казахстана», где неоднократно поднимался вопрос о важности страхования энергетических рисков. Государство позаботилось о том, чтобы все нефтяные компании в обязательном порядке страховали свои экологические риски. Вместе с тем недавно была обнародована информация о затопленных нефтяных скважинах на Каспии. По словам специалистов-экологов Каспия, в зоне затопления и подтопления находится 19 месторождений, на которых расположено 1 485 пробуренных скважин. Некоторые из них дают течь. Большую опасность представляют 150 скважин, расположенных в прибрежной части моря. Неизвестно, были ли застрахованы эти объекты. Тем не менее эта проблема снова становится головной болью для государства, а ведь при правильном подходе ее решением могли бы заниматься страховые компании.
Важно отметить, что страховщиков, квалифицированно оценивающих риски в энергетическом и нефтегазовом секторах и обладающих достаточным капиталом для удержания рисков на себе, чрезвычайно мало. Поэтому все страховые компании в Казахстане должны перестраховывать взятые обязательства на внешних рынках.

– Каков уровень развития системы риск-менеджмента в компаниях стран СНГ?
– Риск-менеджмент в страховом секторе имеет два аспекта: внешний – это оценка того, насколько бизнес клиента подвержен тем или иным рискам, каков уровень каждого из них; и внутренний контроль и минимизация собственных внутренних рисков.
Помимо опасностей, которым подвержена любая компания, у страховых компаний имеется собственный, уникальный аспект риск-менеджмента. Наш бизнес фактически представляет собой управление рисками, которое позволяет обеспечить клиентов профессиональной страховой защитой.
Мой опыт работы в российской компании группы Allianz – РОСНО и крупнейшей страховой компании в Украине позволяет сделать вывод, что система риск-менеджмента отличается от страны к стране, более того – от компании к компании.
Так, РОСНО использует целостный, комплексный подход к рискам. Например, в отношении промышленных рисков перед тем, как выдать котировку, необходимо провести оценку рисков, а порой и полноценный аудит. Эта услуга предлагается клиентам компании на профессиональной основе, независимо от того, покупают они в дальнейшем страховую защиту или нет.
Стройная система риск-менеджмента предполагает непрерывный процесс участия рисковиков в бизнесе компании, а не от случая к случаю, когда нужно «поставить галочку».
Специалисты Allianz делают прогнозы и определяют сценарии развития ситуаций, основываясь на сложных разработанных моделях, при помощи специализированного программного обеспечения. Это результаты многолетней страховой практики и богатейшего опыта, полученного на рынках разных странах. Этот опыт аккумулируется в исследовательском Центре технологий Allianz в Мюнхене, а также в центрах Allianz Risk Engineering по всему миру. В России есть риск-инженеры, которые ежедневно занимаются оценкой рисков и подготовкой предложений по их снижению.
При принятии риска на страхование страховщик может помочь клиенту не только дать котировку, а указать на те «тонкие места», в результате которых предприятие может понести убытки. Это и называется минимизацией риска, о которой мы всегда говорим, предлагая страхование.

– Имея опыт работы в разных странах, что Вы можете сказать о регуляторе (АФН) в Казахстане?
– Последовательная и профессиональная работа регулятора в Казахстане позволила создать четкие правила и регламенты, в том числе касающиеся международных стандартов учета и отчетности, размера капитала и резервов, риск- менеджмента и внутреннего контроля. Наверное, поэтому количество банкротств у нас не так высоко.
Вместе с тем задача регулирующих органов не только в ограничении рынка, но и в том, чтобы способствовать его развитию. В нашей стране это осуществляется в виде введения обязательных видов страхования. Тем самым создается эффективный баланс между ограничением и возможностью для развития. Также необходимо принимать на работу высококлассных специалистов или готовить их с абсолютно новым mindset (складом ума) и набором человеческих принципов, не приемлющих компромисса между личными интересами и государственными целями.

– Объем премий, собранных в Вашей компании в I квартале, в 9,4 раза превышает аналогичный показатель прошлого года. Какие действия и операции способствовали этому? Стоит ли ожидать таких же больших объемов в текущем году?
– С начала года компания вела курс на оптимизацию расходов. Была проделана большая работа по улучшению операционной деятельности, полностью проанализированы все бизнес-процессы, а также проведен анализ рынка Казахстана в целом. Результатом этой работы стало то, что компания отказалась от нескольких видов деятельности и сосредоточила силы на тех направлениях, которые определила для себя ключевыми.
Увеличить свой портфель нам во многом помогло доверие ряда международных компаний к нашему акционеру Allianz. Основные виды страхования, которые мы сегодня развиваем, – крупные строительно-монтажные, авиационные, морские проекты. Что касается будущих показателей, компания планирует держать взятую планку и продолжать оставаться в пятерке лидеров.

– В связи с пересмотром деятельности как изменилась продуктовая линейка?
– Мы решили временно отказаться от розничного сегмента и ориентироваться на корпоративный сектор во время кризиса и посткризиса. Необходимо некоторое время, чтобы посмотреть, как будет развиваться рынок.
Сейчас мы предлагаем такие виды страхования, как: страхование имущества, строительно-монтажных работ, ответственности работодателя, страхование водного, воздушного транспорта, автострахование, добровольное медицинское страхование персонала. При этом мы полностью отказались от страхования финансовых рисков.

– Allianz традиционно страхует спортивные события и также часто их поддерживает. Собирается ли Ваша компания страховать Азиаду-2011?
– Все компании Группы Allianz традиционно поддерживают различные общественные проекты, направленные на популяризацию спорта и здорового образа жизни. Что касается Азиады, выбор страховщика для этого мероприятия будет осуществляться на основе тендера. Наша компания подала заявку на участие в нем. Результаты пока еще неизвестны, но мы надеемся, что история нашей Группы и большой опыт страхования спортивных мероприятий не останутся без внимания организаторов.

– Как Вы считаете, что может способствовать развитию казахстанского рынка страхования?
– Способствовать развитию могут многие факторы. В первую очередь – рост экономики и благосостояния населения. Также необходимо поднимать уровень страховой культуры, повышать доверие к страховому сектору, формировать понимание значимости роли страхования как для государства, так и для отдельного человека. Мы не стоим на месте, и в последнее время наметилась положительная динамика в осуществлении этих задач, в том числе благодаря СМИ.

АО «СК «Allianz Kazakhstan»Allianz Kazakhstan работает на рынке страховых услуг с 1999 года. Акционером компании с 2007 года является ведущий международный страховщик Allianz S.E. Уставный капитал компании Allianz Kazakhstan составляет 2,3 млрд тенге. По итогам 2009 года Allianz Kazakhstan вошел в топ­5 страховых компаний Казахстана. Allianz Kazakhstan является универсальной компанией, имеющей лицензии на осуществление практически всех видов страхования. Разветвленная филиальная сеть представлена в 16 областных центрах страны. С 2003 года Allianz Kazakhstan является полноправным членом Объединения юридических лиц «Ассоциация финансистов Казахстана» и действующим участником Фонда гарантирования страховых выплат.

ЖАНАР КАЛИЕВА, ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ПРАВЛЕНИЯ АО «СК «ALLIANZ KAZAKHSTAN»Родилась в 1970 году в Алматы.
В 1992 году окончила КазГУ им. Аль­Фараби по специальности «Экономист». Имеет степени кандидата экономических наук и MBA.
С 1995 по 1997 год – менеджер Германской кредитной линии Государственного экспортно­импортного банка Казахстана.
В 1998­1999 годах – исполняющая обязанности директора департамента кредитования Центрально­Азиатского банка реконструкции и развития.
С 1999 по 2001 год – советник председателя правления по международным вопросам Народного банка Казахстана.
В 2001 году прошла стажировку в Allianz Group (в Германии, Румынии, Венгрии). В 2001­2003 годах входила в состав проектной группы Allianz в России.
С 2003 по 2006 год – заместитель директора департамента стратегического развития ОАО РОСНО.
В 2006­2007 годах работала в консалтинговой компании Accenture (Москва).
Став менеджером FSI (финансовые институты), руководила проектами в области совершенствования бизнес­моделей различных страховых компаний в России. В 2007­2008 годах входила в совет директоров НАСК «Оранта» (Украина). В 2008 году стала представителем Allianz S.E. в Казахстане. В январе 2009 года назначена председателем правления АО «СК «Allianz Kazakhstan».

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook и Telegram

kursiv_in_telegram.JPG


Материалы по теме


Читайте в этой рубрике

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

kursiv_instagram.gif

Акции и индексы

ИНДЕКС S&P 500
     
 
АКЦИИ
FREEDOM HOLDING CORP
     

Читайте свежий номер

rgo