nedvijimost-v-krizis.png

7200 просмотров

«Мы смогли удержаться на рынке за счет возможности более долгого оборачивания средств»

АО «Аралтуз» занимает более половины соляного рынка РК, являясь одним из старейших предприятий в отрасли. С 2003 г. предприятие увеличило свою долю рынка на 30% и старается ориентироваться также на экспорт. Однако импортеры год за годом отвоевывают определенную часть казахстанского рынка, не позволяя в свою очередь компании выйти на соляной рынок России. Преимущества импортеров обусловлены рядом факторов, ключевым из которых является себестоимость производимой соли. Президент АО «Аралтуз» Бауыржан Саркытбаев предлагает пути повышения конкурентоспособности казахстанской соли – вплоть до создания солехимического холдинга с цепочкой взаимосвязанных проектов, задействующих сразу несколько отраслей РК.

«Мы смогли удержаться на рынке за счет возможности более долгого оборачивания средств»

«Мы смогли удержаться на рынке за счет возможности более долгого оборачивания средств»
«Мы смогли удержаться на рынке за счет возможности более долгого оборачивания средств»

– Бауыржан Карабекович, сколько соли потребляет сейчас Казахстан, и какую долю рынка занимает «Аралтуз»? Снизились ли объемы продаж в 2008 г.?
– Казахстан, по нашим данным, потребляет ежегодно 200 тыс. тонн соли, по 100 тыс. тонн – пищевой и технической соответственно. 55% рынка занимает «Аралтуз». До 2008 г. объемы продаж и технической и пищевой соли росли, открывались предприятия МСБ – хлебопекарни, объекты пищепрома, росло потребление технической соли горно-металлургическими предприятиями, ТЭЦ. Сейчас произошло определенное снижение производства: технической соли – на 16%, пищевой – на 10%.

– С чем связано такое снижение?
– Многие предприятия сократили свое производство и соответственно потребление технической соли. Что касается пищевой соли, в период 2007-2008 гг. объем импорта вырос с 20% до 35%. Связано это с тем, что российская соль на казахстанско-российской границе дешевле, чем у казахстанских производителей. Ее дешевизна связана с плавной девальвацией рубля с одной стороны, и с другой стороны с тем, что люди закупают мешки соли по 50 кг на границе, привозят в Казахстан и уже здесь печатают упаковку, при этом обходясь 10-15 работниками вместо 600-700. Соль получается на 30% дешевле. Стоит учесть и то, что российский НДС с самого начала для солеваров составлял 10%, в то время как в Казахстане он еще недавно был 20-25%, что тормозило развитие отрасли. Кроме того, в России соль признана стратегическим товаром, и для солеваров действует особый тариф по ее доставке – более низкий. Казахстанские солевары таких льгот не имеют.

– С чем еще связано ценовое преимущество импортеров?
– Огромную роль в производстве продукции с низкой себестоимостью играет технология. К примеру, крупнейшая белорусская компания, поставляющая продукцию более чем в 10 стран в размере 400 тыс. тонн соли, имеет 400 рабочих. На российской «Илецксоль» (мощность 1 млн тонн в год) работает 400 человек, на украинской «Артемсоль» (мощность более 1 млн тонн) 800 рабочих мест. Мы производим 60-65 тыс. тонн пищевой соли в год, и у нас работают 660 чел. В себестоимости соли «Аралтуз» доля оплаты труда составляет 40-45%, в то время как у зарубежных конкурентов – не более 10%.

– Тогда что позволяет казахстанской соли господствовать на рынке?
– В 2007 г., несмотря на снижение производства соли, наши объемы выросли. И надо отметить, в целом по стране объем экспорта соли растет – около 30-40 тыс. тонн уходит в Киргизию, Узбекистан. Туда легче везти сырую непромытую соль, ведь своей добычи там практически нет, и особый упор эти страны делают на дешевизну. Однако если раньше в Киргизию «Аралтуз» поставлял 2 вагона соли в месяц, то сейчас уже 10. Наша соль несколько дороже, но берет качеством. В Киргизии уже имеются свои дистрибьюторы.
Казахстанцы же предпочитают йодированную качественную соль, и здесь приоритеты несколько иные, чем дешевизна. 35 тыс. тонн пищевой соли приходит ежегодно из-за границы – это товар «Мозырьсоль» (Белоруссия), «Артемсоль» и др. Нельзя сказать, что по качеству соль российского или белорусского производства лучше или хуже, разница в технологии добычи. В России добывается каменная (шахтная) соль, белорусская соль тоже шахтная, она растворена в воде, затем снова кристаллизована. Соль такого качества употребляют только рестораны, кафе. По составу она немного уступает казахстанской, которая добывается пластами в соляных озерах, чистится природной озерной водой, не имеет примесей и сохраняет все микроэлементы.
Что касается украинской соли, до 2007 г. она имела все ценовые преимущества, пока Россия не стала повышать цены на газ. Энергетическая составляющая в себестоимости соли довольно серьезная. Даже имея льготные условия по производству соли, Россия 50% своего рынка до сих пор отдает Украине. Но если у украинцев эта составляющая достигала 5%, то теперь уже 15%; как следствие, повысилась цена, и объемы украинской соли уже заметно снизились в Казахстане.
Оградительным барьером от поставщиков из дальнего зарубежья является расстояние. Везти соль далеко нерентабельно, транспортные издержки делают ее неконкурентоспособной.

– С чем связана зависимость цен на соль на казахстанском рынке от изменения цен на российском соляном рынке?
– Резкий скачок на соль в России в 2007 г. был связан с ожиданиями подорожания цен на российский газ в Украине и слухами о закрытии украинского соляного завода. В связи с этим началась ажиотажная скупка соли. То же самое было и в Казахстане. Производители держали цены на одном уровне и не диктовали их. Цены поднимали оптовики. В Кзылординской области, например, накрутка составляла 100% от обычной стоимости пачки соли в 25 тенге. Также активно использовался слух о дальнейшем резком повышении цен, что побуждало потребителей скупать соль впрок. При этом цены на техническую соль оставались на прежнем уровне.
Следует также учитывать, что в Казахстане энергоемкость производства соли составляет 950 кВт на тонну. Если газифицировать производство соли, чего сейчас очень ждет «Аралтуз», то потребление электричества упадет до 300 кВт, то есть в три раза, и Казахстан уже не будет так зависеть от ценовых ожиданий российского и украинского соляных рынков.

– Каким образом государство регулирует цены на соль?
– Государство закрепило «Аралтуз» в реестре естественных монополистов. На самом деле в Казахстане около 40 предприятий, производящих соль. Самое крупное находится на Западе – это «Индертуз», который имеет 650 млн тонн подтвержденных запасов соли, наш объем разведанных запасов – 13 млн тонн. В данное время на рынке лидирует «Аралтуз». Но в этом году «Индертуз» начал заниматься производством пищевой соли, появилась инфраструктура: газ, железная дорога. Все это говорит о появлении нового крупного конкурента на рынке РК. Потолка цен на соль, который устанавливает государство, в данный момент нет. Сам рынок не дает поднять цены: есть импорт, есть местное производство, и цены будут всегда держаться на уровне 25 тенге за пачку в рознице.

– Вы намерены внедрять передовые технологии, подобные российским и украинским?
– В наших планах строительство нового компактного завода, который бы на 100% удовлетворял казахстанские потребности соли и поставлял бы порядка 25-30 тыс. тонн в приграничные районы: в Западную Сибирь, Киргизию. На заводе, где будет изменена вся технологическая цепочка – от добычи до упаковки – предусмотрено 150 рабочих мест. Параллельно мы намерены развивать животноводческие и растениеводческие проекты. Инвестиции в завод не превысят $2 млн, и ввести его в эксплуатацию мы планируем в 2011 году. В перспективе завод позволит занять около 10% рынка Западной Сибири и до 50% рынка Киргизии.

– Есть ли в планах другие крупные проекты помимо соляного завода?
– Других крупных проектов пока нет. Однако если в Аральский регион будет проведен газ, появится возможность строительства завода по производству соды. К сожалению, в Казахстане не производится ни одного килограмма соды, хотя потребление ее достигает 200 тыс. тонн в год. Для производства соды нужны только соль, дешевый газ, известняк и 1 тыс. рабочих. В денежном выражении содовый рынок Казахстана оценивается в $150 млн в год, в то время как соляной – только в $10 млн в сегменте пищевой соли и $5 млн в сегменте технической.
Также в Казахстане нет производства собственного полотняного стекла. Оно поставляется в основном из России, КНР и других близлежащих стран. Себестоимость его и так высока. А учитывая, что стекло – хрупкий бьющийся при перевозке товар, себестоимость повышается еще более.
Взаимосвязь проектов здесь следующая: для того чтобы произвести 1 тонну соды, нужно добыть 1,5 тонны соли. Для производства 1 тонны стекла нужно потратить 500-600 кг соды. Эта цепочка повышает производство технической соли со 100 тыс. тонн до 600 тыс. тонн в год для нужд химической и стеклянной промышленности. Заодно будут развиваться и другие соляные компании, так как один «Аралтуз» не сможет поначалу обеспечивать такие объемы потребностей.
Для строительства содового завода требуется помощь государства, возможно, на принципах долевого участия. Необходимые инвестиции в завод – $100-150млн, при ожидаемом уровне годовых продаж завода на уровне $50-60 млн.
Что касается строительства стекольного завода, говорить об этом рано: слишком масштабно на сегодняшний момент.

– Газ все же ожидается?
– Мы тесно общаемся с департаментом энергетики Кзыл-Ординской области, которые обещают пустить газ через Аральск. Сейчас уже пущен нефтепровод рядом с нашей территорией, и мы подали технические условия на отведение ветки. Через год-два газ ожидается.

– Какова сейчас рентабельность, от каких основных параметров она зависит? Какого оборота достигла компания в прошлом году?
– Рентабельность «Аралтуз» находится на отметке 20%. Годовой оборот в 2008 г. составил 1 млрд тенге. Основной упор делается на объемы производства и продаж. С 2003 г. по 2009 г. компания смогла увеличить долю рынка с 30% до 55%. При этом в 2003 году еще не шла речь о значимой рентабельности, именно расширение рынков дало нынешний результат. Можно сказать, это является спецификой бизнеса. Эффективной оказалась маркетинговая работа, акции, которые знакомили население с пользой йодированной соли и ее отличием от соли кустарного производства. Надо отметить, что практически у всех солеваров рентабельность сегодня находится в пределах 20%, рынок сильно унифицирован.

– Как построен маркетинг компании? На ТВ не идет реклама соли…
– Есть маленькие хитрости, которые я не буду раскрывать. Определяющими являются качество соли и узнаваемость упаковки. Имея хорошие финансовые рычаги и подпитку оборотных средств через банки, мы смогли удержаться на рынке за счет возможности более долгого оборачивания средств. Соль – долгооборачиваемый товар: проходит 2-3 недели, прежде чем вернутся деньги.

– Сейчас многие кредиторы начинают требовать досрочного гашения займов. У вас нет проблем с банковскими кредитами и кредиторской задолженностью?
– Проект строительства соляного завода затянулся, так как банки сейчас ориентированы на краткосрочные проекты, а расчетный срок окупаемости завода составляет 4 года. Стратегия компании направлена на то, чтобы не иметь долгов перед государством по налогам и пенсионным отчислениям работникам. Конечно, текущая операционная задолженность перед банками есть, она определяется зависимостью от поставщиков пленки, йода, мешков и нужна для поддержания оборотных средств компании. В среднем в год «Аралтуз» требуется $600 тыс. кредитов, которые мы каждый год и закрываем.

– Планируете ли вы IPO и какие средства считаете возможным привлечь?
– Можно было бы выйти на IPO, связав новый соляной проект, содовый проект и выступить как солехимическая группа. Это станет возможным через 5-6 лет. Какой будет ситуация на казахстанской фондовой бирже на тот момент судить невозможно, соответственно нельзя оценить и объемы предполагаемого привлечения. Сейчас, учитывая ситуацию на рынке, выходить на IPO бессмысленно.

– Какие объемы запланированы на 2009 г.? Ожидаете ли вы увеличение или снижение продаж?
– По пищевой соли мы планируем 100% выполнение плана – на уровне 60 тыс. тонн. По технической, возможно некоторое снижение – на уровне 30 тыс. тонн. То есть заданной планкой остается уровень прошлого года.

– В 2005 г. на «Аралтуз» были массовые забастовки рабочих, связанные с низкой оплатой труда. Удалось ли решить эту проблему, и насколько повысилась зарплата рабочих в настоящее время?
– Во времена СССР «Аралтуз» производил 600 тыс. тонн технической соли и поставлял ее в этих огромных количествах в Россию, находясь на полном гособеспечении. Конечно, эти объемы несопоставимы с нынешними, однако рабочий состав остался на уровне 660 человек. Средняя зарплата с 2005 по 2009 гг. выросла на 30% – с 19 тыс. тенге до 25 тыс. тенге. Строительство нового завода обеспечит зарплату, хоть и меньшему числу рабочих, в размере 60-70 тыс. тенге. Зарплатный фонд сократится с 14 до 7 млн тенге. До введения нового завода мы не намерены сокращать людей.

– На чем еще «Аралтуз» планирует экономить во время кризиса?
– Помимо описанных возможных проектов, газификация производства даст энергосберегающий эффект, что является приоритетным направлением развития для страны в целом. Для завода это экономия в 40 млн тенге ежегодно.
Газификация также поможет резко сократить объем занимаемых площадей, которые могут быть использованы для строительства содового завода. Не нужно будет делать капиталовложений в строительство цехов, подвода электросетей, железнодорожных веток и прочее.
В свою очередь и передовая испанская технология на новом соляном заводе позволит снизить долю зарплаты в себестоимости до 10% – до российско-украинского уровня.
Себестоимость добычи соли неизменна и не растет со временем. Имея свое соляное озеро, мы не зависим от сырья. Экономия достигается за счет правильных логистических сроков добычи – раз в два года. Добыча двухгодового запаса сырья снижает расходы по электроэнергии, дизтопливу, по количеству вагонов, шпал, ремонтных работ и прочее, т. е. экономится до 30% от себестоимости добываемого сырья.
Кроме того, еще с советских времен «Аралтуз» обеспечивает электроэнергией и теплом рядом стоящий поселок с населением 5 тыс. человек, что является непрофильным активом и приносит убытки за счет технических потерь энергии (25%), ремонта сетей и т.д. В денежном выражении это 3 млн тенге потерь в месяц. Вопрос также требует решения и передачи этих функций другой компании.
Еще одной проблемой является новое постановление правительства о двухтарифном режиме потребления электроэнергии – 11 тенге за кВт в дневное время и 2 тенге в ночное – вместо 7 тенге за кВт по прежним правилам. При этом становится необходимой введение ночной смены, что делает соляной бизнес невыгодным. Решением является переход на газовый режим, что является более дешевым вариантом, и поможет сэкономить 80 млн тенге в год.

– Вы планируете расширить рынки сбыта?
– Развивать сейчас какие бы то ни было новые рынки сбыта тяжело. Дай бог удержаться на уровне 60 тыс. тонн. Даже если не строить новый завод, а сделать реконструкцию действующего и решить вопрос с электроэнергией, в Казахстане можно увеличить продажи на 15-20%. Другой важный вопрос – что будет с соляным производством Казахстана через 2-3 года, когда мы вступим в ВТО? Да, соль нерентабельно везти далеко, она становится дорогой. Но при той технологии, которую мы имеем сейчас, наша соль также остается дорогой.

Бауыржан Саркытбаев, президент ао «аралтуз»
Родился 1 сентября 1979 г.
Окончил университет «Туран» по специальности «Бизнес и менеджмент», затем MAB.
В 2000-2002 гг. работал инвестиционным менеджером в табачной компании.
В 2002-2003 гг. – финансовым директором золотодобывающей компании ТОО «Металл Трейдинг».
В 2004 г. пришел в АО «Аралтуз» на позицию менеджера по развитию. Затем последовательно занимал должности коммерческого и финансового директора.
С 2007 г. – президент АО «Аралтуз».

Читайте "Курсив" там, где вам удобно. Самые актуальные новости из делового мира в Facebook, Telegram и Яндекс.Дзен

kursiv_in_telegram.JPG

banner_wsj.gif


Материалы по теме


Читайте в этой рубрике

 

#Коронавирус в Казахстане

Читайте нас в TELEGRAM | https://t.me/kursivkz

kursiv_instagram.gif

Читайте свежий номер

kursiv_opros.gif

kursiv_opros.gif